В Зоне нет абсолютного зла, как нет и абсолютного добра. Здесь всё имеет свой оттенок серого, свой радиоактивный отблеск. И если вы думаете, что все бандиты — это просто отребье с большой дороги, жаждущее крови и хабара любого встречного, то вы просто не встречали банду Кочерги.
Они базировались в старом депо на окраине Свалки. Место было выбрано с умом: с одной стороны — холмы, с другой — ржавые остовы техники, создающие идеальный лабиринт для засады. Их боялись, о них ходили слухи, но слухи эти были странными.
Я знаю Зону как свои пять пальцев и умею читать людей не хуже, чем показания детектора аномалий. Я наблюдал за ними неделю, прежде чем составить своё мнение. И я был поражен.
Их кодекс был прост и жесток в своей прагматичности. Они называли себя «санитарами Свалки».
Главной мишенью Кочерги и его людей были «жирные коты». Сталкеры, которые возвращались из глубоких рейдов с полными рюкзаками редких артефактов, но при этом смотрели на всех вокруг как на грязь под ногтями. Те, кто носил новенькие экзоскелеты , купленные за бешеные деньги, и считал, что Зона принадлежит им по праву кошелька.
Таких они грабили виртуозно. Не просто приставляли ствол к голове — это было бы слишком примитивно. Они разводили их. Подсылали «наводчика», который сливал ложную информацию о богатом схроне. Когда «богатей» с отрядом таких же напыщенных индюков уходил в указанном направлении, их брали в кольцо. Забирали всё: артефакты, оружие, снаряжение. Но что самое удивительное — они всегда оставляли «клиенту» один магазин патронов к пистолету и одну аптечку.
— Чтоб мог дойти до Кордона и не сдох по дороге, — объяснял мне позже один из них по кличке Штырь. — Мы не убийцы. Мы забираем лишнее у тех, у кого его слишком много.
Вторая категория — это новички, которые, освоившись на Кордоне, начинали мнить себя королями Зоны. Они нанимали «отмычек» за банку тушенки и отправляли их в аномалии впереди себя, чтобы проверить дорогу. Или отжимали хабар у одиночек послабее.
С такими Кочерга разбирался жестче. Их могли избить (несмертельно), отобрать всё снаряжение и заставить идти обратно к Периметру пешком через Свалку в одном комбезе. Это был урок на всю жизнь.
Если банда Кочерги встречала одиночку в потрепанной «Заре», с пустым рюкзаком и голодными глазами... они проходили мимо. Более того.
Я видел это своими глазами. Молодой сталкер, заблудился в тумане у депо и случайно вышел прямо на базу бандитов. Он был готов к смерти, стоял бледный и трясущийся.
Кочерга вышел ему навстречу. Огромный мужик с лицом, изуродованным шрамом от кислотного ожога.
— Заблудился, малой? — пророкотал он.
Пацан только кивнул, не в силах вымолвить ни слова.
— Хам! Дай ему банку тушняка и флягу воды. И выведи его на тропу к «Ростоку», чтобы в «трамплин» не вляпался.
Я видел это не раз и не два. Они могли поделиться патронами с тем, у кого их не было для самообороны. Могли подсказать безопасный маршрут мимо гнезда слепых псов.
— Мы тут порядок наводим, — объяснял мне Штырь, когда я однажды подошел к ним без оружия (на свой страх и риск). — Если каждый зажравшийся хмырь будет чувствовать себя безнаказанным, Зона превратится в ад. А так... все знают: веди себя как человек — пройдешь мимо. Будешь вы*бываться — останешься в одних трусах.
Их боялись многие: и «Свобода», и одиночки. Но уважали тоже многие. Потому что в мире, где каждый сам за себя, банда, имеющая свой кодекс чести, пусть и извращенный — это редкость.
В конце концов их всё равно уничтожили. Не мутанты и не аномалии. Пришел отряд наемников с Большой земли. Им было плевать на местные понятия и кодексы. Они просто зачистили точку.
Но легенда о «порядочных бандитах» осталась. И иногда, когда я встречаю в Зоне новичка с пустой флягой, я делюсь с ним водой. В память о том странном кодексе чести, который пыталась привить этому миру банда Кочерги.