Предыдущая часть здесь:
Тень дракона.
Тэхён отшатнулся от забора, словно невидимая сила толкнула его в грудь. Он вцепился в рукав Чонгука так сильно, что костяшки пальцев побелели.
— Чонгук... — прошептал он севшим, чужим голосом, в нём смешались ужас и обречённость, — Это они... Это люди моего отца...
Бывший воин отреагировал мгновенно. Он не стал задавать вопросов, не стал тратить время на панику. Его тело, натренированное годами службы, действовало на инстинктах. Одним плавным движением он шагнул вперёд, вставая между Тэхёном и дорогой, словно живой щит. Его спина была прямой, а взгляд — сосредоточенным, но рука, которую он положил на плечо принца, заметно дрожала.
— Спокойно, — голос воина звучал твёрдо, но в нём проскальзывали стальные нотки напряжения, — Не показывай страха. Мы не сделали ничего плохого. Мы — обычные люди.
— Ты не понимаешь! — выдохнул Тэхён, и в его голосе наконец прорвалась та паника, что копилась внутри. Он выглянул из-за плеча Чонгука, не в силах оторвать взгляд от приближающейся процессии, — Если он нашёл нас... Если отец здесь... Он не простит побега! Он казнит тебя! Он отправит меня в самый дальний монастырь!.. Он...
— Тш-ш-ш, — Чонгук резко развернулся и осторожно, но властно взял лицо Тэхёна в свои ладони. Его пальцы были горячими. Он заставил принца смотреть себе в глаза, отсекая весь внешний мир. Взгляд Чонгука был твёрдым, но в самой глубине зрачков плескался страх: не за себя, за него.
— Послушай меня! Слушай только мой голос. Мы не побежим снова, мы не будем прятаться всю жизнь. Мы встретим это вместе! Что бы ни случилось, я буду рядом.
Тэхён дрожал всем телом, его дыхание было рваным и поверхностным. Он смотрел в глаза своего защитника и видел в них отражение собственной боли. И он кивнул, собирая волю в кулак.
Процессия остановилась у их калитки. Всадники спешились с механической синхронностью, их доспехи тускло блеснули в лучах заходящего солнца. Они выстроились в идеальную линию - живые статуи из стали и дисциплины. Один из них, капитан гвардии, подошёл к паланкину и почтительно откинул тяжёлую шёлковую занавеску, расшитую золотыми драконами.
Из паланкина вышел Император.
Он ничуть не изменился за этот год: та же прямая, несгибаемая спина, та же тяжёлая осанка человека, привыкшего повелевать миллионами судеб. Лишь в уголках глаз залегло чуть больше морщин, да кожа на скулах натянулась сильнее, обтянув острые кости. Но взгляд... Взгляд остался прежним: холодным, пронизывающим насквозь, не оставляющим места для надежды. На его лице не было ни капли одобрения или отеческой теплоты. На нём было лишь холодное презрение аристократа, увидевшего грязь на своих сапогах.
Он медленно обвёл взглядом их скромный дом: черепичную крышу, аккуратный огород за забором... Его взгляд задержался на двух фигурах у калитки. Император сделал шаг вперёд.
Его голос прозвучал словно удар хлыста:
— Здравствуй, сын...
Чонгук почувствовал, как Тэхён за его спиной перестал дышать. Император смотрел прямо на них с ледяным презрением во взгляде, от которого хотелось провалиться сквозь землю.
Продолжение следует...