Все описанные события и персонажи вымышлены. Любые сходства с реальными событиями случайны.
Едва небо начало светлеть, красный внедорожник с закреплённой на лобовом стекле табличкой «Prensa internacional» выехал с территории отеля и помчался по ещё пустынным, освещённым улицам столицы, а выбравшись на шоссе, увеличил скорость. Американцы и Мари погрузились в дрёму, Андрей же, управляя автомобилем, чуть опустил боковое стекло и закурил.
На востоке линию горизонта прорезала светло-серебристая, стремительно расширяющаяся полоса. Темнота медленно отступала, и, словно на фотобумаге, помещённой в ванночку с проявителем, справа от шоссе начинала проступать тёмная громада безмолвного стража — вулкана Момотомбо с густой дымной шапкой над вершиной. Прошло всего несколько мгновений, и далеко над горами небо вспыхнуло золотом. «Plymouth TrailDuster» съехал на обочину и, подняв пыль, остановился. Американцы и Мари мгновенно открыли глаза.
Хлопнули двери автомобиля, журналисты высыпали на дорогу, достали из багажника фотоаппараты, восторженно глядя на рождение нового дня. Небо вспыхнуло оранжево-золотым, а следом, словно подброшенный мяч, появился огненный шар, разгоняя остатки темноты, спрятавшиеся в низинах и на склонах вулкана. Пыль на обочине вспыхнула золотом, асфальт, покрытый росой, заблестел словно зеркало. Тишину разорвал стрекот проснувшихся цикад. Захлопали зеркала, застрекотали моторчики, протягивающие плёнку. Восхищённо выдохнув, Мари опустила камеру, назвав увиденное сказочной красотой.
Внедорожник продолжил движение по серой ленте, окружённой бесконечными плантациями маиса и сахарного тростника. Изредка вдалеке мелькали соломенные крыши одиноких хижин. Постепенно плантации маиса и сахарного тростника сменились белоснежными, искрящимися на солнце хлопковыми полями. Андрей вновь остановил автомобиль на обочине. Журналисты, прихватив фотоаппараты, высыпали на дорогу. Впереди всё пространство казалось засыпанным снегом, а вдалеке высился тёмный страж — вулкан Кристобаль, склоны которого покрыты густым фиолетовым лесом. Щёлкали затворы камер, стрекотали моторчики. Закурив, Андрей прислонился к капоту, наблюдая за работой друзей. Подошедший Грегори встал рядом и тоже закурил, спросив, неужели контрас придут сюда. Андрей тяжело вздохнул и подтвердил, что обязательно придут, ведь хлопок — это валюта, а Рейган поставил задачу удушить экономику Никарагуа. Скрипнув зубами, Грегори мрачно заметил, что совсем скоро эта красота превратится в лунный пейзаж.
Из марева, поднимающегося над дорогой, словно вынырнул огромный, блестящий хромом грузовик, выбрасывая чёрные клубы дыма. Водитель, глядя на стоящих на обочине, нажал на клаксон, и тишину разорвал резкий, пронзительный сигнал. Журналисты, развернувшись, дружно качнули головами и помахали улыбающемуся водителю.
Внедорожник продолжил движение, и совсем скоро показались красные черепичные крыши окраины Леона. Город окружали пустые ломаные линии окопов. У дороги были оборудованы блокпосты, обложенные мешками с песком, милисианос с винтовками на плечах безразлично посматривали на проезжающие мимо автомобили.
Леону, которому после победы революции присвоили звание города-героя, казалось, возродился после кровопролитных боёв и жестоких бомбёжек. Вокруг виднелись ярко выкрашенные аккуратные домики под черепичными крышами, улыбчивые неторопливые прохожие, и лишь как напоминания о былом некоторые дома были оставлены разрушенными, а на их стенах закреплены таблички с именами павших революционеров.
Внедорожник выехал на центральную площадь у кафедрального собора и остановился. По периметру были расставлены тележки торговцев, торгующих незамысловатой снедью и, конечно же, густым, настоявшимся в термосах кофе. Выпрыгнув на асфальт, Андрей закурил, всматриваясь в лица наперебой заголосивших торговок. Воздух наполнился сладковатыми запахами хлопкового масла, смешанными с ароматами цветов, запечённого мяса и свежей выпечки.
Грегори, отойдя в сторону, остановился, глядя на посечённые пулями и осколками стены Кафедрального собора. Подошедший Уин взял из рук друга сигареты и поинтересовался, накатило ли на него. Грегори лишь ответил, что такое не забудешь.
Мари, стоя на краю площади, внимательно всматривалась в лица торговок. Подошедший к женщине Молчун спросил, кого она высматривает. Мари рассказала, что пару лет назад они приезжали сюда с Полом и встретили одну их знакомую, имени которой она, к сожалению, не знает, и та негритянка напоила их вкуснейшим кофе. Уточнив, что это было во время боёв за Леон в семьдесят восьмом, Молчун с улыбкой подтвердил, что тот кофе незабываем.
Подойдя к одному из лотков, журналисты купили по стаканчику кофе и эспанада и отошли к лавочкам, размещённым в небольшом сквере. Грегори, посмотрев на друзей, заметил, что в принципе они увидели, что хотели: город не готов к войне с крупными силами, всего один ряд окопов, в которых все защитники и погибнут после первого авианалёта или длительного миномётного обстрела. Мари, откусывая пирожок, возразила, что у контрас нет авиации. Грегори парировал, что Гондурас поделится, пусть и не новыми штурмовиками, но Т-28 и «Мустанги» во временное пользование передадут с превеликим удовольствием, ведь администрация Рейгана не просто так выделяет десятки миллионов долларов на перевооружение армии Гондураса. Он пояснил, что использовать авиацию на севере неэффективно из-за гор и джунглей, это сравнимо со стрельбой из пушки по воробьям, а тут равнина и оперативный простор. Андрей, прожевав пирожок, кивнул головой и согласился, добавив, что авиацию привлекут обязательно, иначе у контрас нет шансов. Он предположил, что, вероятнее всего, применят ту же тактику ночного просачивания малыми группами, что и сандинисты в семьдесят восьмом: выйдут на дистанцию атаки, проведут разведку боем, а после выявления огневых средств обороняющихся наведут авиацию. Он также обратил внимание, что они нигде не видели солдат, даже полицейских патрулей нет, только милисианос на въезде, и, видимо, в Чинандеге они увидят то же самое. Судя по всему, сандинисты считают, что контрас не рискнут атаковать западные департаменты. Молчун вздохнул, назвав это огромной ошибкой, и спросил, что они будут делать.
Уин, посмотрев на друзей, предложил вернуться в столицу, связаться с Росарио и задать неудобные вопросы, усомнившись в целесообразности поездки в Чинандегу. Андрей, потерев бороду и закурив, ответил, что Росарио их, конечно, выслушает, но вот что именно ей сказать — большой вопрос. О том, что скоро начнётся масштабное наступление контрас, она и сама знает, а на заявление, что впервые за четыре года войны контрас попытаются овладеть экономически важными городами на западе, у них нет никаких фактов, только предположения, сделанные на основании анализа заявлений Рейгана и информации, полученной из неопределённых источников. На фырканье Грегори о неопределённости источников Андрей хмыкнул и с сомнением спросил, предлагает ли он рассказать Росарио о Николь, ведь тогда она может неправильно их понять, и подругу Грегори вышлют из страны как шпионку. Он заключил, что если с кем и разговаривать об их предположениях, то только с «Марджин» и «Чомбе», которые им поверят. Когда Мари спросила, едут ли они в Чинандегу или нет, Грегори, смяв опустевший стаканчик и бросив его в урну, принял решение возвращаться.
Позже Андрей вошёл в ресторан на третьем этаже, зал которого был наполнен гулом голосов множества посетителей и звоном посуды. Кивнув администратору, он прошёл к дальнему столику, на котором была установлена табличка «Reserva». Мгновенно подошедший официант поставил чашку кофе, положил газету и неуловимым движением смахнул табличку, предупредив, что сегодня только «The New York Times», так как местные газеты по неизвестной причине не вышли. Закурив, Андрей пригубил напиток и развернул газету. На первой странице красовался заголовок: «„Убийство“ и „Бойня“ — такими обвинениями открылись дебаты в Совете Безопасности ООН». Затянувшись дымом и качнув головой, он продолжил чтение. В статье говорилось, что члены ООН обвинили Советский Союз в «убийстве» и «бойне» в ходе дебатов по поводу уничтожения южнокорейского авиалайнера, который, по данным США, был сбит советским истребителем. Канадский делегат назвал это убийством и призвал к выплате компенсаций семьям 269 жертв, а заместитель постоянного представителя Австралии охарактеризовал инцидент как «варварский» и «бойню в небе». Андрей зло прокомментировал, что все ручные сявки спущены с поводков. Далее в статье заместитель постоянного представителя США обвинил русских в «бессмысленном, хладнокровном, преднамеренном убийстве», а ответ советской стороны, по его словам, отражал «истинное лицо тоталитарного государства». Андрей тяжело вздохнул, подумав о крови на руках американских политиков и о том, что те 269 душ — на совести Рейгана. В ответ советский представитель Овинников назвал происходящее пропагандистским спектаклем, цель которого — представить Советский Союз в ложном свете и усилить милитаристский курс в США, а обеспокоенность судьбой авиалайнера — лишь предлогом для оправдания безответственной политики и подготовки к ядерной войне.
Подошедший Грегори опустился в кресло, забрал газету и, сложив, бросил на стол, спросив, не даёт ли Андрею покоя сбитый самолёт. Тот предложил почитать, какой спектакль разыграли американские политики, и задался вопросом, неужели всё было задумано из-за желания срубить деньжат. Грегори захохотал и возразил, что на заказах Пентагона будут заработаны миллиарды, а 269 человек просто не повезло, они сели не на тот рейс, и предложил вспомнить, как ведут себя транснациональные корпорации в Центральной Америке. Он с горечью заметил, что руки их политиков и бизнесменов даже не по локоть, а по плечи в крови ни в чём не повинных людей, которым просто не повезло родиться не в той стране. Андрей, выдохнув, предложил хорошенько выпить и, взъерошив волосы, подтвердил в ответ на вопрос друга, что позвонил «Марджин» и встреча назначена здесь же завтра после заката. Грегори поднял руку, подзывая официанта и предложив сделать заказ, пока остальные подтянутся.
На площадке Author Today можно приобрести и скачать в формате FB2 электронные книги: «Пикси», «По прозвищу Змей», «Серж» (6 книг), «Сашка» (пока 8 книг).
Полную версию «Журналист» и другие произведения читайте на Boosty, подписка платная всего 130 рублей месяц.