Владелица колледжа усмехнулась, новая ученица не пошла к преподавателю самообороны, это говорило о том, что она очень уверена в себе, и не стоит звонить в медотсек, потому что скандалистки туда не сунуться.
Действительно Глафира, решила продолжить познание Дарии не с самозащиты, а с преподавателя экономики. Встретивший её весёлый старикан Холкс, оказался, по её мнению, изобретательным садистом, потому что за пять часов вдолбил в её голову и всю денежную систему страны, и систему долговых оплат, и банковское дело, используя и таблицы, и, как ни странно, периодически звучавшую музыку, и даже лёгкие удары током.
В перерывах между предметами он расспросил её о многом: и о драке с девицами, и об её увлечениях в другом мире, и о родителях. Благодаря этим разговорам, тяжесть потери для "новорожденной" Глафиры стала чуть легче.
Когда они в обеденный перерыв питались блюдами, заказанными стариком, и обсуждали различия в архитектуре разных миров, раздался сигнал срочного вызова. То, что он срочный, сообщил ей Учитель.
Глафира угрюмо смотрела на появившийся в воздухе экран, по которому мадам Ганага сообщила ей, что в качестве наказания за драку, она получает добавочные восемь часов занятий в этот день. Однако поразмыслив, она поняла, что ей нравится это наказание.
Выслушав распоряжение мадам Ганаги, Холкс ухмыльнулся, и, достав из шкафа какие-то тюбики, которые выдавил ей в сок, сообщил:
– Вот и хорошо! Больше успеешь узнать. Продолжим! Ты понравилась мадам, а это много значит. Попозже принесут соки и пюре, и мы еще раз перекусим. Глафира, а вот почему ты начала знакомство с этим миром с экономики?
– Миром правят деньги. Во всяком случае на Земле.
– Не только, ещё кровь! – Старик подмигнул ей. – Я имею в виду силу кланов, в которых семьи объединены родством. Приступим! Теперь информации будет много больше, чем раньше. Я уже оценил твои возможности. Ты как, собираешься только слушать меня, или что-то записывать?
– Предпочитаю слушать и рисовать схемы, – она показала тетрадь, уже изрисованную ей. – Я потом записи уничтожу.
– Это почему же? Я же буду рассказывать общеизвестное, – Старик заинтересованно посмотрел на неё.
– Кино и домино! Новый мир, новая я! По-моему, не зачем оставлять о себе информацию. Чем меньше о тебе знают, тем лучше для здоровья! – отрезала Глафира, вспомнив, как муж во время развода, используя записанное ею количество денег, подаренных родителями на свадьбу, делил квартиру. Она ухмыльнулась, вспомнив, когда она предоставила адвокату записи о расходах в её еженедельнике, с её ехидными комментариями о пристрастиях мужа к модным брендам в одежде. Как муж на суде кричал, что она никогда не уважала его и считала надутым сморчком. Как она честно сказала, что неправильно выбрала выражения, потому что он просто нудный суслик. Как все скрывали улыбки, а она ждала, когда все закончится.
– Почему улыбаешься? – спросил Холкс.
– Знаете, я когда разводилась с мужем, он использовал мои записи в моём личном дневнике о нем. Вот тогда я поняла, что даже если кого-то не уважаешь, то лучше об этом промолчать, потому что полученное удовольствие от плевка в лицо часто не окупает последующие финансовые потери.
Старик выгнул бровь, потёр ладонями друг о друга и возвестил:
– Значит развелась. Отлично, просто отлично! Тогда начнём.
Глафира наслаждалась, так ей было интересно. Мир, в который она попала, был велик, почти в два раза больше Земли. Тридцать государств на трёх континентах, пяти больших островах и семи архипелагах. Дария занимал две третьих континента Галфа. Это государство имело естественные границы, созданные Срединным Хребтом, тянувшимся поперёк континента от Северного океана до океана Бурь, и водами Восточного океана.
Воды Северного океана были опасны для плавания из-за животных и скал. Название – океан Бурь говорило само за себя. На побережье континента этого океана было только восемь бухт, где могли укрыться от штормов корабли. Там были построены восемь гигантских городов-портов, которые назывались, как и бухты, и имели немыслимое количество жителей от десяти до пятнадцати миллионов. Это были прекрасные современные города, судя по их изображениям.
Территория с южным мягким климатом занимала только треть Дарии, остальные две трети были похожи по климату и ландшафту на земную Сибирь.
Животный мир поражал воображение наличием крупных форм. Охота без разрешения в некоторых районах была наказуема.
Сами наказания удивили Глафиру – горе-охотников оставляли без любых технических средств в этих страшных лесах и горах. Хотя охотникам и оставляли их оружие, большинство браконьеров сразу просили их казнить.
Несмотря на то, что часть этого государства относилась к зонам рискованного земледелия, Дария была лучшей житницей мира.
Когда, Глафира посмотрела, как возделываются местные культуры, то многое её так поразило, она чуть не истекла слюной от зависти. Сбор урожая, как зерновых, так и плодовых и овощных культур был полностью механизирован, но сев производили обязательно люди. Они использовали механизмы, но роботы без людей к посеву не допускались. Зерно было не похоже на то, что произрастало на Земле. Она не успела найти ничего про животноводство, хотя прочла многое про грибные фермы. Почти в каждом городе были плантации грибов, как технических (они, так и назывались), так и съедобных.
Холкс, когда она поинтересовалась, используют ли они мясо, сказал, что на грибах не проживёшь, и во многих местностях есть богатые животноводческие фермы, но не стал их описывать.
Удивилась, что валюта Дарии была самой стабильной, а банки считались самыми надёжными в мире. Старик учитель, не задерживая её внимание на этом, мимоходом сообщил, что именно суровый климат, позволил Дарии справиться с проблемой дождей быстрее всех, и поэтому стабильная экономика сделала и валюту стабильной.
Глафира пару минут переваривала высказанное, но информации было столько, что она отложила это на потом. Хотя ей было интересно, как климат способствовал стабильности валюты!
Старик, только усмехнулся заметив, как она написала «дожди», «животные», «посев» и поставила знак вопроса и обвела эти слова, но спрашивать ничего не стала.
Он несколько минут чему-то улыбался, потом решительно стукнул кулаком по ладони и начал ей подсовывать один диск за другим, и наблюдая, как она рисует какие-то схемы, слушая информацию. Иногда, он говорил под музыку сам, показывая рисунки и диаграммы.
Каждые три часа Глафира просила прервать занятия и несколько минут гнулась в разные стороны и приседала, он молча улыбался и ждал, а потом Холкс ей давал какой-то чай и занятия продолжались.
К вечеру Глафира пришла к выводу, что приняла этот Мир и осознала, что это связано со степенью её незнания прежнего Мира. Парадокс заключался в том, что она не знала об этой Дарии в деталях почти так же, как не знала о собственной стране и других странах на Земле. Нет, в целом знала многое, но нужны детали, чтобы этот Мир стал родным.
– Да! Это меня ошарашило. Я как-то значительно поумнела, – прошептала она сама себе под нос.
Результат был неожиданным не только для неё, потому что Холкс возвестил:
– Удивлён! Ты взяла за эти часы годовой курс обучения.
– Скажите, уважаемый, а в какой части Дарии я нахожусь сейчас? Я имею ввиду этот колледж и город, – Глафира улыбнулась ему.
– Это – Великая равнина Догнана, по ней течёт одна из величайших рек мира. А город… Это Фирна – столица региона!
– Простите, а почему тот старик-воткан так бесновался? Я уверена, что Вы знаете, что произошло со мной.
Глафира покраснела, потому что Учитель на неё посмотрел так, как только смотрел её отец – чуть укоризненно (из-за неправильно выбранного тона), и добродушно - печально. Так отец на неё смотрел в последние дни своей жизни. Она одернула себя за неуместные переживания и воспоминания (нельзя вспоминать Землю, иначе тоска загрызет).
Хокс, кряхтя, поудобнее расположился в кресле и улыбнулся.
– Кое-что узнал о твоих первых шагах в этом мире. Тот, как ты говоришь старик переживал из-за спорных земель на плоскогорье Сиры. Думаю, что воткан Корин так или иначе всё равно выкупит их, – Учитель ухмыльнулся. – В будущем учти, что неосторожно сказанное слово, да ещё при двух судебных исполнителях, может сильно осложнить твою жизнь. Всегда запоминай знаки на левом плече, которые говорят о профессии! Про знаки профессий потом прочитаешь сама, их немного. Теперь давай поговорим о принципах построения городского управления в разных регионах. Чтобы разобраться, составим схему движения финансовых потоков кланов и связь кланов с управлением.
– А что, это можно найти в открытых данных? В моём мире не афишируют связи между управлением и финансами.
– Почему? Ты же не думаешь, что безродные способны управлять государством?! Здесь всё открыто, ведь те, кто богаты, берут на себя тяжесть финансовых и политических просчётов. Они поэтому-то всегда должны быть в форме.
– Ну-у… Не всегда же они это делают! Я про тяжесть просчётов. Во всяком случае, в моём мире из-за их просчетов отдувались простые люди.
Старик с интересом взглянул на неё.
– Хм… Я не совсем понял, что значит простые, но в нашем государстве это так.
– Простые – это те, кто живут от зарплаты до зарплаты, – вздохнула Глафира. – Хотя и это неверно, потому что зарплаты у всех очень разные – некоторые себе яхты покупают, а некоторые только еду и одежду. Нет, опять неверно сказала! Ведь и желание что-то иметь у людей разные. Девочки в лаборатории, где я работала, кучу денег тратили на косметику и модные тряпки, а я после развода, когда мы продали квартиру, получив свои деньги, отправилась в другую страну в величайший горный массив нашего мира и до сих пор не жалею. Простите, Учитель! Никак не могу коротко сказать о различии наших миров.
Старик печально улыбнулся.
– Жаль, что у нас с тобой так мало времени, и рад, что мы встретились. Видимо, нам обоим очень повезло, или действительно, как говорили древние, что судьба случайностей, отражает величие закономерностей.
Глафира ему улыбнулась.
– В моем прежнем мире говорили, что пути Господни неисповедимы. Люди считали, что существует Высший Разум, его называли Бог или Господь, который наблюдает за своими творениями, и если вмешивается, то это можно понять только спустя века.
– А что есть те, которые следят за подобным? – Учитель остро взглянул на неё.
– Судя по тому, как из поколение в поколение государства повторяют одни и те же ошибки, то вряд ли есть такие организации, ну а Высший разум не вмешивается. Хм… Бог с ними со случайностями. Учитель, а когда мы займемся связями с другими государствами?
– Ну… – Холкс запыхтел. – Другими ты займёшься позже, а теперь работай! Вот, держи! Я подготовил тебе аудио-видео курс. Он сложный. Не сердись, иногда тебя электрический ток будет стимулировать. Это не больно, а полезно. Сейчас ты начнёшь с отдыха. Выучи знаки профессий, ну а потом начнём аудио курс. Я посижу и посмотрю, как у тебя идут дела.
К ночи Глафира была без сил, но Холкс, проворчал, щёлкая кнопками на пульте:
– Спи здесь! Незачем тратить время на драки с твоими одноклассницами. Завтра с утра поговорим об остальном, но кое-что выучи ещё, думаю пригодится, – и ткнул пальцем в пульт. – Хотя… Кхм… Хотя, может и не поговорим, если предчувствия меня не обманули. Не зря же судьба привела тебя ко мне! Уверен в этом! Я не верю в случайности.
Уставшая Глафира едва смогла улыбнуться.
– Хорошо, хоть вы не говорите, что это подарок!
Старик хихикнул.
– Как знать! Хотя может это – шанс?
– Для кого, Учитель?
Он покачал головой.
– Шанс никогда не дается кому-то, запомни это! Шанс дается для чего-то! Ничего-ничего! Скоро и тебя, и меня ждёт заслуженный отдых, но вот это, тебе надо просмотреть именно перед самым сном. Лучше запомнится! Я очень советую, позанимайся ещё часа три-четыре. Садись вот сюда, в это кресло! Когда настанет время сна, кресло убаюкает тебя. Не волнуйся, тебя никто не побеспокоит. Слушай, читай и вот, пей этот сок.
– Хорошо, Учитель! – Глафира обреченно вздохнула, полагая, что завтра он её ещё больше завалит данными, но чувствовала себя великолепно. Она рядом с ним была опять школьницей. (Золотое время, когда был жив папа.)
Увы, утро следующего дня её поразило тем, что в комнату, где она дремала с древним атласом в руках, ворвались вооружённые люди в форме с какими-то незнакомыми значками на рукавах и потащили её в кабинет мадам Ганаги. Глафира так была ошеломлена, что только таращила глаза.
Женщина-облако, шурша юбкой, подплыла к ней.
– Глафира, с кем ты вчера занималась? И почему ты не пошла к себе?
Отчаянно зевая, девушка покачала головой:
– Занималась только с учителем Холксом. Он велел посмотреть древние фолианты. Он велел мне здесь ночевать в специальном кресле. Утром мы должны были продолжить занятия.
– Его куда-то вызвали? Почему он ушёл? – резко спросил вооружённый бородач в форме.
Глафира, наконец, поняла, что это полиция.
– Не знаю, – Глафира окончательно проснулась и протянула мадам Ганаге атлас-раскладушку. – Он мне подарил это и велел к сегодняшнему утру выучить всю географию Дарии. Я так и сделала. Заснула где-то в третьему часу ночи. Думаю, что он просто пошёл спать. Мне он включил музыку.
Военный посмотрел на атлас и надпись на нём «На память от старика Холкса. Глафира, выбирай свои дороги сама!»
– Ты свободна! Атлас возьми, – пророкотала мадам Ганага, голос её дрогнул. – Но… Охи-охи! Ты должна знать, что учитель Холкс был убит в своей комнате. Жаль, что ты ничего не слышала!
В ушах зазвенело, и стало темно. Очнулась Глафира в знакомой палате, около неё сидел Целрик.
– Почему? – она спросила единственное, что её волновало.
– Здравствуй! Ты такая же. Зачем же так нервничать? Не только тебе интересно, почему произошло убийство! – врач положил ей руку на лоб. – Говорят, ты подралась с кем-то из учениц?
– Нет, дала сдачу… Сколько я здесь? Вы не думайте, что я истеричка…
– Зачем же истеричка? Здесь что-то иное, ты спишь уже третьи сутки. Чем он тебя накормил?
– Едой, которую принесли из местной столовки, а что?
Она не собиралась говорить про стимуляторы, которые Холкс добавлял ей в еду и питьё. Он сразу ей сказал, что это – стимуляторы, и чтобы она не волновалась из-за побочных эффектов, сообщив, что их нет, что это очень важно для таких, как она.
Глафира тогда ничего не стала спрашивать, а просто продолжила поглощать знания. Проверить, что это за стимуляторы теперь никто бы не смог, потому что шарики, которые Холкс доставал из кружевного кубка кончились. Именно благодаря им она не теряла остроты восприятия, от обрушившейся на неё информации.
Вспомнила, как учитель Холкс, тогда сказал:
– Ты быстро воспринимаешь мир, и решила измениться. Думаю, что ты и сама бы всё сумела, только это было бы намного дольше без меня.
Она тогда не обратила внимания на слова Холкса. Сейчас же осознала, что стала участницей каких-то событий, но каких? Поэтому уставилась на Целрика.
– А почему Вы, прости, ты решил, что он чем-то меня особенным напичкал?
– Потому что я не дурак! – Целрик сердито дёрнул плечом, потом смущённо покачал головой. – Всё хорошо! Не волнуйся, никто ничего не узнает! Не забудь, что через пять дней ты выбираешь профессию. Советую заняться самообороной! Если что, то тебя никто не защитит – у тебя нет семьи. В нашем мире жить без семьи – невыносимо трудно!
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: