К конце своего 36-го сезона московская «Геликон-опера» приготовила череду премьер: и если на большой сцене – это русская классика («Князь Игорь» Бородина), то малую сцену (Белоколонный зал княгини Шаховской) отдали Моцарту и молодежи: силами Молодежной программы лидеров музыкального театра осилили двухчастную новинку, в которую вошли «Директор театра» и «Мнимая простушка».
Моцартовские традиции «Геликона» впечатляют: тут шли и идут мейнстримные оперы гения – «Похищение из сераля», «Свадьба Фигаро» и «Волшебная флейта», ставились большие раритеты (например, «Милосердие Тита»), не раз обращались к малым операм зальцбургского кудесника – таким, например, как «Аполлон и Гиацинт» или «Мнимая садовница». И вот – новый «заход»: «Директор театра», эта милая пьеска-безделушка, не вполне опера, скорее комедия с музыкой, как своего рода пролог к более основательному сочинению – «Мнимой простушке». Которая, оказывается, никогда не ставилась на отечественной сцене, стало быть, обращение «Геликона» к ней – российская премьера опуса.
Остается только не переставать удивляться, что из наследия Моцарта все еще отыскиваются сочинения, которые были обойдены вниманием русской сцены. Хотя в отношении «Мнимой простушки» ситуацию еще можно как-то понять и объяснить: сочинение двенадцатилетнего Моцарта было забыто почти на полтора столетия, его вновь открыли только в 1921 году (возрождение состоялось в Карлсруэ), и вот до России оно добралось еще столетие спустя. Бесспорно, просветительской миссии «Геликона» - честь и хвала! «Директор театра», напротив, имеет в России богатую традицию: в частности, долгое время на московской сцене он жил в Камерном музыкальном театре Бориса Покровского, а кроме профессиональных театров его также нередко ставят в различных учебных студиях.
В «Геликоне» на этот раз поступили вполне логично, соединив обе оперы, и интерпретировав первую из них как своеобразное предисловие ко второй: действие изначально происходит в репетиционном зале, который уже готов к показу «Мнимой простушки». Публика видит перед маленьким театральным порталом кровать, на которой мирно спит молодой человек – как оказывается впоследствии, это – директор театра Франк (его роль без пения исполняет Максим Шабанов), которого пододвигает на проведение кастинга для в своей новой постановки молодой певец-комик Буфф. На кастинг приходят помимо известных моцартовских персонажей – конкурирующих примадонн Херц и Зильберкланг – также еще незапланированный композитором тенор Фогельзанг, который исполняет арию Тамино из «Волшебной флейты». Исходная пьеса Г. Штефани изрядно переработана-переписана Мариной Скалкиной и режиссером-постановщиком «Директора театра» Даниилом Санитаром, поэтому кроме фрагмента из «Флейты» в действие вплетен дуэт Церлины и Дон-Жуана из другой оперы Моцарта. Ход вполне оправданный, учитывая, что оригинальных музыкальных номеров в «Директоре…» всего пять – таким образом, музыкальный вес первой части нового геликоновского диптиха заметно усилен.
Постановочная команда (помимо режиссера это художник Ростислав Протасов, световик Анна Иванова, художник по гриму Ангелина Олейникова) оставляет действие «Директора…» в современности, поэтому все герои одеты в сегодняшний кэжуал преимущественно черно-белой цветовой гаммы, а колонны расписаны комиксами-граффити, на одном из которых Моцарт, подобно Эйнштейну со знаменитой фотографии, показывает всем красный язык. Режиссерское решение выдержано в старых геликоновских традициях, когда театр еще только формировался и в нем было много чего от театральной студии, - от нынешней инсценировки веяло старым добрым капустником, милым и дурашливым, в котором качество компонентов отступает на второй план перед обаянием молодости и непосредственности. Однако при этом музыкально все было сделано очень добротно – блистала колоратурной эквилибристикой опытная прима театра Елена Семенова (Зильберкланг), красиво и музыкально исполняли свои номера молодые стажеры сопрано Наталья Смирнова (Херц), тенор Даниил Гаркунов (Фогельзанг), баритон Иван Опря (Буфф).
По сравнению с «Директором…» «Мнимая простушка» - весьма серьезная вещь аж в трех действиях: совсем немаленькая, но полноценная опера на итальянском, без малейших признаков зингшпиля или подобных «полуразговорных» жанров, со значительными вокальными сложностями в заковыристых партиях солистов. Их тут семеро – два брата-самодура-женоненавистника (богатые владельцы поместья, где разворачивается по сюжету действие), два венгерских вояки-постояльца, и три дамы. Суть буффонной оперы – в преодолении женоненавистнических установок владетельных братьев, с тем, чтобы воякам жениться на полюбившихся им дамах этой фазенды (одна из них – сестра самодуров, другая – ее служанка), а также оженить и самих феодалов-сумасбродов. Поскольку опера комическая, то поставленная цель в итоге с блеском достигается – действие ко всеобщему удовольствию завершается аж тремя свадьбами, а оставшийся без пары один из братьев-самодуров не выказывает никаких признаков сопротивления сложившейся в итоге ситуации.
В отличие от «Директора…» «Простушка» решена постановочной командой (режиссер Михаил Мышлянов, художник – вновь Ростислав Протасов, световик Антон Гордиенко, хореограф Ксения Лисанская, художник по гриму Дарья Непомнящих) в утрированно дель-артовской стилистике – кринолины и разноцветные парики, кружева и камзолы, чулки и корсажи – все на месте, но все имеет преувеличенно гротескный вид: например, те же парики кислотных цветов и пр. Еще один штришок – многие из барочных костюмов сшиты из джинсовой ткани – таким образом, постановщики перекидывают мостик в современность, а еще в большей степени – в геликоновское прошлое, ведь, например, знаменитый спектакль Дмитрия Бертмана «Петр Великий» по опере бельгийца Гретри в 2003 году был выдержан в этой же стилистике. Небольшое пространство малой сцены и минимум декораций и реквизита (ведь разыгрывается спектакль в спектакле, никакого поместья нет и в помине, в лучшем случае – элементы обстановки владетельного дома) поставили перед постановщиками задачу сделать действие спектакля разнообразным и нескучным – в целом им это удалось, путем акцентирования актерской проработки ролей, выдержанных в нарочито буффонной эстетике.
Музыкальное качество при этом не пострадало. Из «Директора…» в «Простушку» перекочевало двое певцов (Опря – Симоне и Гаркунов – Фракассо), а из добавившихся новых вокалистов понравились все, но особенно – утонченной вокализацией Анастасия Лаптева (Розина) и сочным тембром Иоанн Грищенко (Дон Кассандро). Маэстро Филипп Селиванов и ведомый им камерный оркестр обеспечили достоверность моцартовской стилистики в обеих партитурах, а также хороший баланс с певцами и в целом – точность исполнения. Музыкальных красот в сочинении юного Моцарта – хоть отбавляй: несмотря на «младенческий» возраст гения в сочинении абсолютно узнаваема его авторская рука, выраженная в свежести и естественности мелодики, в гармоничности ансамблевого письма. Эти чарующие достоинства партитуры дирижер вместе с певцами сумел подчеркнуть на все сто, доставив слушателям истинное наслаждение.
26 июня 2026 г., "Играем с начала"
Монография известного московского музыкального обозревателя Александра Матусевича "Модное место" посвящена творчеству столичного музыкального театра «Геликон-опера», за которым автор пристального наблюдает уже без малого два десятилетия.
Рецензии на спектакли московского коллектива разных лет сложились в любопытную мозаику, характеризующую эстетику этого коллектива, рисующую своего рода творческий портрет знаменитого театра.
Заказать книгу можно по ссылке