Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Серебряная кровь. Глава 17

К сожалению, эльфийка не смогла дать внятного объяснения тому, что с ней случилось. - Я ложилась спать, как и всегда, и просто… Уснула, наверное. Мне снилось, будто меня кто-то зовет, теперь уже я думаю, что это был и не сон, наверное? Впрочем, я не собиралась на него никак реагировать, просто уснула. А проснулась уже тут. Девушка очень испугалась, очнувшись в комнате Эль. Она обычно спит очень чутко, любой шум может ее разбудить, а теперь, получается, совсем ничего не чувствовала и не помнила. Эль же пыталась вспомнить, были ли открыты у девушки глаза во время того разговора, но вспомнить этого так и не смогла. Да и было ли это важно? Скорее нет, чем да. Ясным оставалось то, что кто-то воздействовал на нее магически. Но кто это может быть? Мог ли это быть другой эльф? Этого девушка не знала. У всех эльфов были тайные умения, магические знания, но насколько они далеко могли в этом зайти? Гилраен в конце концов девушка рассказала все, что видела – какой смысл был скрывать от нее что-то?

К сожалению, эльфийка не смогла дать внятного объяснения тому, что с ней случилось.

- Я ложилась спать, как и всегда, и просто… Уснула, наверное. Мне снилось, будто меня кто-то зовет, теперь уже я думаю, что это был и не сон, наверное? Впрочем, я не собиралась на него никак реагировать, просто уснула. А проснулась уже тут.

Девушка очень испугалась, очнувшись в комнате Эль. Она обычно спит очень чутко, любой шум может ее разбудить, а теперь, получается, совсем ничего не чувствовала и не помнила. Эль же пыталась вспомнить, были ли открыты у девушки глаза во время того разговора, но вспомнить этого так и не смогла. Да и было ли это важно?

Скорее нет, чем да. Ясным оставалось то, что кто-то воздействовал на нее магически. Но кто это может быть? Мог ли это быть другой эльф? Этого девушка не знала. У всех эльфов были тайные умения, магические знания, но насколько они далеко могли в этом зайти?

Гилраен в конце концов девушка рассказала все, что видела – какой смысл был скрывать от нее что-то? Она точно была не при чем, иначе с ней не случилось бы того, что случилось. К радости Эль, советница не стала впадать в истерику. Да и в целом эльфийка, конечно, умела держать себя в руках, и это было очень хорошо заметно и ценно сейчас. Потому что сама Эль, хоть на и не хотела этого признавать, находилась на грани истерики.

- Я не знаю, что это может быть, но ведь я знаю, что во дворце была замечательная библиотека, может быть, она осталась нетронутой? Можно попробовать что-то поискать.

- Это прекрасная новость, прекрасная идея!

Библиотека и в самом деле была в целости и сохранности. Эль зашла в большую светлую комнату с высокими потолками, с потоками света, которые лились из больших окон. Полки высились до самого потолка и стояли не иначе как с помощью магии. Не могла такая конструкция сама собой стоять неподвижно! А книги… О, Эль любила книги. В городе она читала все, до чего могла дотянуться, и ее родители только поощряли это ее стремление к знаниям, здесь же хранилось столько книг, что их наверняка невозможно было прочитать и за всю жизнь.

- Библиотека прекрасная, вопрос в том, как мы тут сможем что-то найти… Я не представляю, сколько у нас времени на то, чтобы разобраться. Боги, я даже не понимаю, кто и чем нам грозит! Бегу сама не зная куда.

- Не переживай, я позвала прежнего библиотекаря. Он скоро будет.

Гилраен будто бы в любой ситуации понимала, что нужно делать. И самое главное – знала всех эльфов, что пришли в город вместе с Эль. Пришлось делиться всем произошедшим еще и с библиотекарем. Эльфийка очень переживала, что разговоры об этом пойдут дальше, что все испугаются и решат, что не стоит дальше пытаться что-то сделать, подумают про какое-нибудь проклятие. Может, и ее саму обвинят во всем, что происходило. И пусть никакой беды пока не случилось, девушка искренне верила в то, что это всего лишь вопрос времени, не более.

Библиотекарь если и испугался, то ничем это не показал. Правда, сам он не смог сразу сказать, что это может быть, зато у него были идеи, где и что искать.

И для Эль, которая хотела поначалу принимать активное участие в восстановлении города, хотела знакомиться с эльфами и в целом с этим новым для себя миром, засела в библиотеке. Старые книги манили ее, ей было интересно, но причина этого изучения была слишком мрачной.

К тому же ей начали сниться сны.

Эль никому об этом не говорила, но к ней начал приходить тот дух, которого она видела в коридоре. Он не нападал на нее, вообще ничего плохого не делал, но он говорил такие вещи, от которых волосы на голове шевелились. Она была уверена – это и есть проявление того самого проклятия, о котором говорила ему мать. Поначалу дух просто приходил и ничего не говорил, и девушка в ужасе просыпалась.

Никто на нее не нападал, ничего страшного будто бы не происходило, но эта молчаливая тень без лица, даже без нормальной фигуры пугала именно тем, что была непонятна и неизвестна. И самое главное – что от нее хотели.

А хотело от нее это создание сотрудничества. Оно говорило тихо, почти шипело, и Эль ни за что не смогла бы догадаться, мужчина это или женщина, но обещало оно помощь, поддержку, обещало расцвет этого города и многих других, которые скрыты в лесах. Нужно будет только приносить ему жертву, не обязательно эльфа, можно человека, главное – каждую полную луну, не пропуская.

Он говорил так, будто речь шла о совершеннейшей ерунде. И самое страшное в том, что Эль поняла, что начинает прислушиваться к этим обещаниям. Незнакомец был так красноречив, так много рассказывал про то, насколько великим бы мир эльфов раньше, какие же красивые картины он рисовал в воображении девушки! Просто загляденье.

На этом фоне в самом деле в голову мысли о том, что можно пожертвовать некоторыми во благо остальных. Думала и о том, что это ведь можно завершить в любой момент – как только она поймет, что больше не нуждается в помощи и поддержки, то просто перестанет приносить эти жертвы, и все. Тем более хорошо, если на ее стороне будет настолько могущественное создание. Разве это зло? Никому не обязательно об этом знать. Можно не использовать эльфов, которые живут в городе, ведь по лесам все еще бродит много тех, кто против ее правления и ее семьи.

Когда Эль просыпалась, она ужасалась своих собственных мыслей, которые преследовали ее во сне, она сама себе казалась ужасным человеком, ужасной королевой! И понимала, что те мысли, что крутились в ее голове – ее собственные. И самое страшное было в том, что она не хотела прогонять того, кто проникает в ее сны. Эль нравилось слушать его рассказы про новый мир, который ей откроется совсем скоро, если она только будет делать то, что ей говорят. Девушка так этого ждала, что и представить не могла, насколько же низко она готова пасть ради достижения своих целей.

Каждому правителю ведь приходится идти на жертвы, разве нет? И ей тоже придется.

Конечно, никому рассказать она о таком не могла, да и некому было рассказывать – эльфы занимались восстановлением города, а верная помощница искала вместе с ней ответы на вопрос о том, кто же может им угрожать, не зная, что враг может оказаться намного ближе, чем она могла себе представить. Потому никому не было особенного дела до того, что творится с королевой – она исправно выполняла то, чего от нее ждали, ни во что не встревала и в целом свою главную миссию уже будто бы исполнила.

И все же был один человек, который все замечал, и это был единственный человек в этом мире эльфов. Стефан как раз был тем, кто особенно ничем не занимался. Он был восхищен этим городом, он в него просто влюбился, потому постоянно гулял, что-то изучал, но все равно все его основное внимание было сосредоточено на подруге, которая так резко и стремительно менялась.

Но сейчас он тревожился – что-то с Эль происходило странное. Она вела себя непоследовательно, непонятно. В один момент она почти плакала, через минуту маниакально улыбалась, еще через минуту хмурилась и выглядела задумчивой. Но самое странное и страшное было в том, какой она стала скрытной. Эль всегда была с ним честна, а теперь же будто избегала.

Конечно, она стала королевой, на нее свалилась огромная ответственность, но все же… Все же то, что происходило, было слишком тревожным, чтобы это игнорировать.