В первой части мы лихо пронеслись с нашим героем, Иваном Масленниковым, по пыльным степям Урала, через раскаленные пески Каракумов – к быстрому течению пограничного Аракса… Впереди Масленникова ждали высокий пост в Москве, неравный бой в лесах под Смоленском и фронт в ущельях Северного Кавказа!
Об этом читайте в новой части цикла «Забытые главкомы» от Сергея Кремнева.
Тревожные месяцы 1939-1941 годов – время напряжённой работы Ивана Ивановича по повышению боеготовности войск НКВД. Освободительный поход в Западную Украину и Белоруссию, короткая, но ожесточенная советско-финская война, присоединение республик Прибалтики, освободительный поход в Бессарабию и Буковину – везде чекисты Масленникова зарекомендовали себя с лучшей стороны.
Огромные усилия были приложены к демаркации и обустройству новых рубежей страны на ⅙ части суши. Пограничные войска насыщались автоматическим оружием, бронеавтомобилями, лёгкой артиллерией, усиливались морские части и авиационные подразделения. Особое внимание заместитель наркома обращал на подготовку кадров – от школ младших командиров до переподготовки старшего начсостава в Военной академии им. Фрунзе. Вскоре новенький китель генерал-лейтенанта Масленникова украсил заслуженный орден Ленина.
22 июня 1941 года стало датой, разделившей жизнь страны на «до и после». Этот день навсегда запечатлел в истории подвиг советских бойцов в зелёных фуражках – от полуострова Рыбачий в суровой Арктике до Килии на берегах тёплого Дуная! Фронт стремительно двигался на восток, время требовало новых решений…
3-го июля Масленникова вызвали на заседание Государственного Комитета Обороны, где он докладывал о формировании на базе кадров НКВД пяти новых армий и сразу же получил предложение возглавить одну из них. Сам он говорил об этом так: «Особую задачу, возложенную на 29-ю армию, я получил лично от товарища Сталина».
29-я стала своеобразным «засадным полком», прикрывая стык между Западным и Северо-Западным фронтами. Осенью-зимой 1941-го она оборонялась на Калининском направлении. Вскоре после начала контрнаступления под Москвой наш герой получил второй орден Красного Знамени и новое назначение – он стал командующим 39-й армией.
Зимой-весной 1942 года 39-я армия, в ходе Ржевско-Вяземской операции, прорвав фронт противника, смогла глубоко вклиниться в оборону нацистов на западном фланге Ржевского выступа, угрожая их путям снабжения и тылам! Само немецкое командование признавало, что им приходится сражаться «с перевёрнутым фронтом»...
Серьезно подготовившись, противник перешёл в наступление, привлекая к нему столь дефицитные летом 1942-го танковые дивизии! Командарм Масленников доносил командующему фронтом Ивану Степановичу Коневу: «Я готовлюсь к борьбе в самой неблагоприятной обстановке, то есть боям в окружении без права вывода армии».
Ожесточённое сражение в лесах и болотах сложилось не в пользу Красной Армии – враг был ещё очень и очень силён! Масленников был ранен. Согласно приказу Ставки генерал-лейтенант был вынужден оставить войска и с немалым риском вылететь на самолёте У-2 в Андреаполь… Выдающийся военный историк Алексей Исаев так писал об этом эпизоде: «... Генерал в данном случае не является хозяином своей судьбы. Он человек, находящийся на государственной службе и обязан воспользоваться направленным за ним самолётом». Здесь вряд ли можно что-то прибавить…
Одним из итогов трагического лета 42-го стал легендарный приказ номер 227 – «Ни шагу назад!». Советский Союз вступал в схватку не на жизнь, а на смерть.
Уже 8-го августа едва оправившись от ран, Иван Иванович получил назначение, роль которого в те тяжелейшие дни нельзя переоценить – должность командующего Северной группой войск Закавказского фронта, которая находилась ещё на стадии формирования.
Подобно Донбассу, бывшему промышленным «сердцем» Страны Советов, Кавказ был её «сердцем» нефтяным. Месторождения Баку, Грозного и Майкопа вместе давали более 95% добычи «крови войны» XX века. Прорыв на Кавказ был прямо указан в германской директиве номер 41 как важнейшая цель вермахта на разворачивающуюся летнюю кампанию. На следующий день после назначения генерала Масленникова на соседнем участке фронта пал Моздок…
Северная группа занимала рубежи вплоть до побережья Каспийского моря, перекрывая нацистам кратчайший путь к вожделенным полям Грозненского нефтяного района. Также имело значение то, что в условиях почти полного прекращения связи с европейской частью СССР войска фронта контролировали важнейший путь поставок техники союзников по линии «ленд-лиза» через Иран.
Уже в сентябре войска противника, возглавляемые одним из лучших немецких военачальников – фельдмаршалом фон Клейстом, перешли в наступление против 9-й и 37-й армий фронта, захватывая плацдармы за Тереком. На малгобекском направлении закипели жестокие встречные бои – командующий стремился не отсиживаться в обороне, а остановить врага стремительными контрударами! Масштабный танковый бой у селения Сагопшин (сейчас – Сагопши) даже назовут впоследствии «Кавказской Прохоровкой»... К концу сентября наступательный порыв элиты нацистских танковых войск откровенно выдохся, враг вынужден был изменить направление главного удара.
В октябре немцы, перегруппировав ударные силы и получив усиление соединениями румынских сателлитов, нанесли удар на Нальчик. После упорных боёв и отступления от города отдельные советские части, не желая сдаваться, совершили не имеющий аналогов переход через Кавказский хребет через Баксанское ущелье, сумев соединиться со своими! Продолжив наступление, силы врага перерезали Военно-Осетинскую дорогу и к 1-му ноября вышли на подступы к Орджоникидзе.
В войсках фронта было традиционно много призывников из республик Кавказа, многие вставали в строй добровольцами. «Правда» писала в эти решающие дни: «...В Сталинграде, под Ленинградом, на Кавказе в ожесточенных боях смешивается кровь русских и узбеков, и украинцев, и таджиков, и белорусов, и азербайджанцев, и грузин… На святом деле защиты Отечества побраталась вся Советская страна».
Тем временем штаб генерал-лейтенанта Масленникова совместно с командованием Закавказского фронта уже готовил самоуверенному врагу капкан. Шестого ноября, за день до 25-й годовщины Великого Октября, в контрнаступление перешли 10-й и 11-й гвардейские стрелковые корпуса, усиленные танковыми бригадами. После упорных боёв 11 ноября противник фактически бежал.
Совинформбюро сообщало 19 ноября: «... Многодневные бои на подступах к Владикавказу (гор. Орджоникидзе) закончились поражением немцев… В этих боях разгромлены 13-я немецкая танковая дивизия, полк “Бранденбург”... Наши войска при этом захватили 140 танков, 7 бронемашин, 70 орудий различных калибров…». Застрявшие в размокшем грунте кавказских предгорий танки нацистов стали таким же символом краха Третьего рейха, что и занесённые снегом в степях под Сталинградом!
Впереди у героя нашего повествования были форсирование Днепра, взлом немецкой обороны под Ленинградом и солёный ветер Балтики. Об этом в следующей части – «Красное знамя над Ригой»!
#СергейКремнев_ЦИ #Забытыеглавкомы_ЦИ