Всероссийская ассоциации рыбопромышленников (ВАРПЭ) обратилась в Минсельхоз России с предложением изменить порядок государственных закупок, выделив рыбную продукцию в отдельную категорию. В настоящее время 23% ассортимента рыбы, закупаемой социальными учреждениями, приобретается через комплексные закупки — то есть рыба продается единым лотом вместе с другими продуктами питания. Такой формат, по сути, отсекает от участия в торгах непосредственных производителей — рыбодобывающие и рыбоперерабатывающие предприятия. В беседе с корр. ИА YakutiaMedia председатель Ассоциации рыбохозяйственных предприятий Республики Саха (Якутия) Тарас Аммосов отметил, что это стратегически верное решение для нашего региона.
— Тарас Владимирович, как вы оцениваете текущее предложение ВАРПЭ о выделении рыбной продукции в отдельную категорию при госзакупках? Поддерживает ли Ассоциация рыбохозяйственных предприятий Республики Саха (Якутия) эту инициативу? Насколько, на ваш взгляд, она соответствует интересам республики?
— Мы оцениваем эту инициативу как своевременную и высоко востребованную. Действующая система, при которой рыба включается в состав комплексных лотов вместе с мясом и молочной продукцией, создаёт барьер для местных производителей и добросовестных поставщиков. В итоге в выигрыше остаются лишь крупные оптовые посредники, что сказывается на цене и, к сожалению, не всегда — на качестве продукции для социальных учреждений.
Ассоциация рыбохозяйственных предприятий Республики Саха (Якутия) полностью поддерживает предложение ВАРПЭ. Выделение рыбы в самостоятельную категорию — это шаг к прозрачности и здоровой конкуренции. Производители получат прямой доступ к торгам, смогут предлагать конкурентные цены без посреднических наценок, а школы, больницы и детские сады — гарантированно получат свежую отечественную рыбу. Это прямое попадание в наши задачи по импортозамещению и насыщению внутреннего рынка.
Это стратегически верное решение для Якутии. Мы — северный регион, где рыба является не просто продуктом питания, а базовым элементом рациона и продовольственной безопасности. Для нас это не просто экономическая норма, а социальный вопрос: доступность качественного белка для населения, особенно в арктических и труднодоступных районах, критически важна. Реализация этой меры станет мощным стимулом для развития локального рыбопромышленного комплекса, усилит позиции наших добытчиков и переработчиков и повысит гарантии того, что дети в наших учреждениях будут получать качественную продукцию.
-Не могли бы вы подробнее рассказать, как сегодня в Якутии организованы закупки рыбной продукции для государственных и муниципальных нужд? Какая доля рыбы, поступающей в социальные учреждения республики, закупается напрямую у местных производителей, а какая — через комплексные торги и посредников? Есть ли статистика по этому вопросу в разрезе районов?
— Ситуация в закупках рыбной продукции для наших школ, больниц и детских садов действительно требует пристального внимания. Формально процедура прозрачна и регулируется законами № 44-ФЗ и 223-ФЗ, основным инструментом выступают электронные аукционы.
Однако на практике мы видим системную проблему: заказчики формируют комплексные лоты, объединяя рыбу с мясом, птицей, молоком и овощами. На такие торги выходят крупные федеральные трейдеры, которые могут предложить более низкую совокупную цену за счёт других продуктов. Местному рыбозаводу, выпускающему только рыбу, конкурировать с ними крайне сложно. Кроме того, для наших производителей серьёзными барьерами остаются банковские гарантии, жёсткие сроки поставки по всему ассортименту и сложная логистика в условиях северного завоза.
Каковы цифры? Прямые контракты с местными рыбаками сегодня занимают минимальную долю — это лишь точечные закупки малого объёма. Основной же объём, по нашим оценкам, более 80–90%, поступает через посредников-трейдеров, выигравших комплексные торги. Качество такой привозной продукции, как правило, уступает нашей охлаждённой рыбе, но в рамках общего лота она оказывается дешевле.
Переломным моментом должно стать 1 июля 2026 года — с этой даты вступает в силу полный запрет на закупку иностранной рыбы по госзаказу. Это серьёзно укрепит позиции российских поставщиков, в том числе якутских. Но мы понимаем, что проблема комплексных лотов останется, поэтому поддерживаем инициативу ВАРПЭ о выделении рыбы в отдельную категорию — только так мы сможем по-настоящему загрузить наших производителей и гарантировать детям и пациентам качественную местную продукцию.
Что касается статистики в разрезе районов — она пока собирается в ручном режиме и не систематизирована в едином отчёте. Министерство уже ведёт работу по созданию детального мониторинга по каждому улусу, чтобы видеть полную картину и принимать адресные решения.
-Существует мнение, что из-за невозможности участвовать в госзакупках напрямую, местные рыбодобытчики вынуждены ориентироваться на экспортные рынки или на коммерческих посредников. Это приводит к тому, что значительные объемы качественной якутской рыбы уходят за пределы республики и страны, а на внутреннем рынке, особенно в сегменте социального питания, наблюдается дефицит доступной продукции. Согласны ли вы с такой оценкой?
— Я с этой оценкой полностью согласен. И хочу сказать прямо: мы имеем классический случай, когда государственная система, задуманная как прозрачная, на практике работает против местного производителя и против же социального питания.
Действительно, сложившаяся ситуация вынуждает наших рыбаков уходить туда, где с ними работают без посредников. Первый канал — это экспорт, прежде всего азиатские рынки, где за нельму, чира или омуля готовы платить реальные деньги. Второй — это коммерческий ритейл и рестораны внутри республики, где можно установить справедливую цену с учётом наших логистических затрат.
А что остаётся социальным учреждениям — школам, больницам, детским садам? Они вынуждены работать через ту же систему комплексных торгов, где побеждают трейдеры. И эти трейдеры, чтобы максимизировать свою прибыль, завозят в республику самую дешёвую привозную рыбу — чаще всего минтай или путассу. В итоге получается парадокс: качественная якутская рыба уходит за пределы региона и страны, а наши дети и пациенты получают продукт, который не имеет к Якутии никакого отношения.
И здесь важно подчеркнуть: это не просто сбой в системе, а прямая угроза продовольственной безопасности республики. Мы теряем контроль над тем, что попадает на столы наших граждан, и подрываем экономику местных рыболовецких хозяйств.
Поэтому наша позиция предельно чёткая: единственный способ исправить эту диспропорцию — вывести рыбу в отдельную категорию закупок. Чтобы государственный заказ перестал быть инструментом вымывания местной продукции, а стал инструментом её защиты и развития".
-Какие последствия для цен на рыбную продукцию на внутреннем рынке республики имеет сложившаяся система закупок? Есть ли данные, что из-за многоступенчатых посреднических схем конечная цена для потребителя, в том числе для бюджетных учреждений, оказывается выше, чем могла бы быть при прямых поставках от производителя? И наоборот — снизятся ли цены, если рыбу начнут закупать напрямую у добытчиков?
— Сегодняшняя система — это не просто бюрократическая сложность, это прямой механизм удорожания продукции. Посмотрите на цепочку. Производитель не может зайти в комплексный лот, потому что там нужен не только рыба, а весь продуктовый набор — мясо, молоко, овощи. Что он делает? Идёт к оптовику-посреднику. Тот — к следующему звену. Каждый добавляет свою наценку — и в итоге конечная цена для социальных учреждений становится значительно выше, чем если бы рыба шла напрямую.
При этом важно понимать: наценки посредников не компенсируются качеством. Напротив, трейдер, максимизируя прибыль, заинтересован в том, чтобы завезти дешёвый продукт. Так мы платим больше, а получаем минтай вместо той же нельмы.
По оценке самой ассоциации и экспертов отрасли, устранение многоступенчатых посреднических схем может привести к снижению конечной цены для бюджетных учреждений в среднем на 15–20%, а по отдельным позициям — и выше. При этом рыба будет поступать напрямую от добытчика, что гарантирует не только цену, но и свежесть, и происхождение.
Поэтому наш ответ однозначный: да, прямые закупки у производителей снизят цены. И не только за счёт убирания посреднических наценок — заработает ещё и конкуренция между самими рыбаками за государственный контракт. А это уже классический рыночный механизм, который будет работать в пользу заказчика и, в конечном счёте, в пользу жителей республики.
-Если инициатива ВАРПЭ будет поддержана на федеральном уровне и рыбную продукцию выделят в отдельную категорию при госзакупках, какие шаги необходимо предпринять на уровне республики, чтобы местные производители смогли эффективно воспользоваться новыми возможностями?
— Поддержка инициативы ВАРПЭ на федеральном уровне — это наш "зелёный свет", но дальше вся работа ляжет на нас, на республику. И здесь у нас уже есть чёткое понимание, что нужно делать.
Первое — это логистика и хранение. Мало выловить рыбу, нужно довезти её до школы или больницы в сохранном виде. Здесь остро стоит вопрос обеспечения производителей доступом к современным холодильным складам и транспортным средствам с рефрижераторными установками для соблюдения температурного режима на всех этапах — от производства до поставки заказчику. Без этого прямой контракт просто технически не исполнить.
Второе — снятие бюрократических барьеров. У многих наших рыбаков нет опыта работы с 44-ФЗ, они теряются в электронных площадках, в требованиях по банковским гарантиям. Мы должны создать на базе региональных центров поддержки предпринимательства или профильных ведомств специальную службу сопровождения — чтобы каждому производителю помогли подготовить заявку, оформить сертификаты (тот же "Меркурий") и пройти аккредитацию.
Третье — финансовая поддержка. Для этого нужно ввести региональные субсидии или гранты для компенсации части затрат на участие в торгах: обеспечение заявок, банковские гарантии. Для малых предприятий это серьёзная нагрузка, и мы должны её снизить.
Четвёртое — информационная прозрачность. Нужна единая региональная платформа, где будут собраны все потребности бюджетных учреждений в рыбе на год вперёд. Чтобы производитель видел и мог планировать свой промысел и поставки.
И пятое — мониторинг. Создать механизм отслеживания доли местной рыбной продукции в общем объеме госзакупок продовольствия. Это позволит оценить, насколько успешно производители используют новые возможности, и при необходимости скорректировать меры поддержки.
Реализация этих шагов позволит создать в республике благоприятную экосистему, в которой местные рыболовецкие и рыбоперерабатывающие предприятия не только смогут конкурировать за государственные контракты, но и получат стимул для дальнейшего развития и расширения производства.
Только такой комплексный подход — логистика, обучение, финансы, информация и контроль — позволит нашим рыбакам не просто выживать, а реально конкурировать за государственный заказ и кормить республику своей, якутской рыбой.
-Есть ли у вас опасения, что даже при изменении правил закупок, якутские производители могут проиграть конкурентную борьбу крупным рыбодобывающим компаниям из других регионов, которые также смогут участвовать в торгах? Какие меры поддержки местных товаропроизводителей предусмотрены в республиканских программах, чтобы якутская рыба все-таки попадала на столы якутских школьников и пациентов больниц, а не только на экспорт?
— Такие опасения, безусловно, есть. При переходе к прямым закупкам у производителей действительно возникает риск, что крупные рыбодобывающие компании из других регионов (в первую очередь с Дальнего Востока), обладающие большими объёмами продукции и развитой логистикой, смогут предложить более низкую цену за счёт эффекта масштаба и вытеснить локальных якутских поставщиков с рынка госзакупок республики.
Это классическая проблема для отдалённых северных территорий при открытии внутреннего рынка. Крупные игроки могут демпинговать на начальном этапе, чтобы захватить долю рынка, что создаст угрозу для экономической устойчивости местных предприятий.
Для предотвращения такого сценария и защиты интересов местных товаропроизводителей в Якутии действует система мер поддержки, которая позволяет им оставаться конкурентоспособными.
Первое — это национальный режим в рамках 44-ФЗ. Механизм "третий лишний" работает так: если на торги поданы хотя бы две заявки от российских производителей, все заявки с иностранной продукцией автоматически отклоняются. А наши якутские производители — это российские производители. Это наш главный щит против импорта, и мы будем строго следить за его соблюдением.
Второе — ценовые преференции. По закону, при оценке заявок цена контракта для российского поставщика может быть снижена на 15% для целей сравнения. Это не скидка для бюджета, это инструмент, который даёт нашему местному производителю фору перед иногородним конкурентом.
Третье — прямая финансовая поддержка из республиканского бюджета. У нас действуют субсидии на возмещение части затрат на производство и реализацию рыбы. Мы постоянно держим этот механизм в поле зрения — если нужно, будем увеличивать объёмы поддержки, чтобы снижать себестоимость местной продукции и делать её цену конкурентоспособной.
И четвёртое — точечная работа через социальные программы. Например, при формировании лотов для "Школьного питания" мы можем закладывать требования, которые ориентированы на местного производителя. Это не закрытый рынок, это приоритет — и он абсолютно законный.
Поэтому я смотрю на ситуацию с осторожным оптимизмом. Да, конкуренция обострится. Но если мы правильно применим все эти инструменты — национальный режим, преференции, субсидии и адресные закупки — у наших рыбаков будут реальные шансы не только сохранить, но и нарастить свои позиции в социальном питании республики.
-Насколько сегодняшняя система закупок через комплексные лоты с трейдерами сказывается на качестве рыбной продукции, поступающей в социальные учреждения? Проводит ли Роспотребнадзор или другие контролирующие органы проверки такой продукции? Были ли случаи выявления нарушений, фальсификата, несоответствия заявленным характеристикам, когда вместо свежей якутской рыбы поставлялась замороженная продукция сомнительного происхождения?
— Система закупок, объединяющая рыбу с другими продуктами питания (мясом, птицей, молочными продуктами), действительно создает серьезные риски для качества питания в социальных учреждениях. Основной критерий в таких комплексных лотах — это цена. Это дает преимущество крупным торговым домам и трейдерам, которые могут предложить более низкую стоимость за счет закупки более дешевой, часто замороженной или импортной продукции, а не местной охлажденной.
В результате в школы, больницы и детские сады вместо заявленной свежей или охлажденной рыбы от местных производителей может поступать замороженная продукция сомнительного происхождения. Это напрямую влияет на питательную ценность, вкусовые характеристики и безопасность еды.
Контролирующие органы, в первую очередь Роспотребнадзор и Россельхознадзор, регулярно проводят проверки качества и безопасности пищевой продукции. Роспотребнадзор проверяет продукцию на соответствие санитарно-химическим, микробиологическим и физико-химическим показателям, а также на наличие фальсификата. Россельхознадзор осуществляет контроль при обороте продукции.
Да, такие случаи нарушений выявляются. Хотя их доля в рыбной категории ниже, чем в других, проблема носит системный характер. Проверки фиксируют несоответствия заявленным характеристикам. Однако полагаться только на контроль уже поставленной продукции недостаточно. Необходимо устранять первопричину проблемы.
Именно поэтому инициатива Всероссийской ассоциации рыбопромышленников (ВАРПЭ) по выделению рыбы в отдельную категорию лотов является ключевой для реформы госзакупок. Это позволит уйти от ценового демпинга трейдеров и обеспечить прямые поставки качественной продукции от производителей в социальные учреждения.
-Тарас Владимирович, благодарим Вас за подробную информацию. Действительно, ВАРПЭ подала сигнал не только Минсельхозу, но и всему профессиональному сообществу. Вопрос о том, что системные недостатки закона "О закупках" (44-ФЗ и 223-ФЗ) давно пора адаптировать под отраслевую специфику, витал в воздухе. Но теперь он обрел конкретное лицо — рыбу. И если государство услышит голос рыбопромышленников, это станет прецедентом. Вслед за рыбой в отдельную категорию могут потребовать выделить и другие уникальные продукты — оленину, дикоросы, мед. Каждый регион сможет защитить своего локального производителя.
Добавим, сегодня, когда разговор только начинается, важно понять главное: за сухими строчками официального обращения к российским чиновникам стоит судьба целой отрасли. И в этой судьбе, как в капле воды, отражаются все процессы, происходящие в агропромышленном комплексе страны — от борьбы с перекупами до построения честной и прозрачной системы питания для тех, кто в этом нуждается больше всего. Рыба должна перестать быть разменной монетой в сделках оптовиков. Она должна стать тем, чем всегда и была: даром моря, требующим уважения и правильных логистических решений. И это первая ласточка, которая, возможно, изменит всё.