Тамара Васильевна произнесла это мимоходом, пристраивая свою лаковую сумочку на тумбу в прихожей.
Полина, стоявшая на кухне, даже не сразу поняла смысл сказанного. Она продолжала нарезать сыр для горячих бутербродов.
— Кому отдадим?
— Вадику, брату Ромкиному. Ну а что такого?
Свекровь по-хозяйски прошла на кухню, отодвинула тарелки на обеденном столе и уселась на обычный кухонный стул.
— У него двойня родилась, — не унималась Тамара Васильевна.
— В их старую развалюху две коляски не лезут. Жена его, Алина, вся извелась уже. В поликлинику съездить — целая проблема. А ты себе новую машину возьмёшь. Фирма-то у тебя работает. Деньги есть.
Ромка, сидевший тут же за барной стойкой, даже от телефона не оторвался.
— Ну мам.
— Что «мам»?
Тамара Васильевна гневно вскинулась, поправляя воротник своей кримпленовой кофты.
— Мы же семья! Родня должна друг другу помогать. Зачем вам в городе такой огромный джип?
— Полина до офиса и на такси доедет. Или на метро, быстрее будет. А там дети! Маленькие, беззащитные.
Полина сгрузила нарезанный сыр на тарелку. Отложила нож.
— Мой кроссовер стоит немало, Тамара Васильевна.
Она вытерла руки кухонным полотенцем.
— Плюс страховка, плюс обслуживание, — перечислила Полина.
— Я его покупала под свои поездки в область к поставщикам. Никому ничего отдавать я не планирую. Тем более машину.
— Тебе для родной крови жалко?
Свекровь возмущенно скривила накрашенные губы.
— Сама в золоте купаешься, деньжищи лопатой гребёшь, а брат мужа должен на автобусе с младенцами трястись? Какая же ты эгоистка, Полина.
— Пусть Вадим заработает и купит, — отрезала невестка.
— Он работает!
Тамара Васильевна всплеснула руками.
— Он на заводе с утра до ночи! Но у него жена в декрете! Ему тяжело!
Ромка наконец соизволил заблокировать экран телефона и вмешаться.
— Ну Поля. Че ты начинаешь.
Он лениво потянулся на стуле.
— Мама просто предложила. Действительно, пацану тяжело сейчас. Сразу двое родились.
— Памперсы, смеси. Могла бы и войти в положение.
Полина пристально глянула на мужа.
— Ты предлагаешь мне подарить твоему брату мою машину? Ту самую, за которую я три года кредит выплачивала?
— Ну не подарить.
Ромка избегал смотреть жене в глаза.
— Отдать в пользование. На пару лет. Пока они на ноги не встанут.
— У меня вон вообще седан стоит, и ничего, живу как-то. На маршрутке езжу.
Седан Ромки стоял в автосервисе на соседней улице третий месяц. Ромка никак не мог накопить на ремонт коробки передач. Полина принципиально не давала на это денег. Ей хватало того, что она тащила на себе всю бытовую жизнь их двушки, начиная от покупки продуктов и заканчивая оплатой коммуналки.
— Вот свой седан и отдай, — осадила мужа Полина.
— Он сломан!
— Так почини. Заработай, почини и подари брату. Будет отличный мужской поступок.
Тамара Васильевна снова вступила в бой.
— Батюшки!
Она картинно прижала руки к груди.
— Что за женщина мне досталась в невестки! Ромочка, сыночек, ты посмотри, с кем ты живешь.
— Ни капли сочувствия к чужой беде! Ни грамма доброты!
— Мам, ну не начинай, — поморщился Ромка.
— А я буду начинать!
Свекровь уперла руки в боки.
— Губу раскатала, принцесса. Всё под себя гребёт.
— Правильно мне соседки говорили, что современные бизнесвумен — это не женщины, а бульдозеры.
Ромка недовольно буркнул.
— Поля, правда. Могла бы и мягче ответить. Мать от чистого сердца переживает.
— Убудет от тебя, что ли? Заработаешь еще. У тебя фирма прёт.
Извечная мужская хитрость — польстить, чтобы сесть на шею. Полина молча убрала тарелку с сыром в холодильник.
— Разговор окончен.
Она повернулась к родственникам.
— Машина остаётся у меня. Вадим решает свои проблемы сам. Можете обижаться, можете нет.
Свекровь демонстративно поднялась со стула.
— Ноги моей больше в этом доме не будет! Пока не извинитесь!
Она пошла в прихожую, громко топая.
— Жадность тебя погубит, Полина. Рома, собирайся, поехали ко мне.
— Нечего тебе тут сидеть с этой... капиталисткой.
— Мам, ну куда я поеду на ночь глядя.
Ромка снова уткнулся в телефон.
— Мне завтра на работу рано вставать.
Тамара Васильевна гордо подхватила свою лаковую сумочку, накинула плащ и удалилась. Хлопнула входная дверь.
В квартире воцарился покой. Ромка слез с барного стула, подошел к холодильнику и достал банку газировки. Щелкнул ключом.
— Жёстко ты с ней.
Он сделал большой глоток.
— Могла бы помягче отказать.
— Куда уж мягче, — Полина принялась протирать столешницу.
— Надо было ключи на блюдечке вынести?
— Ну сказала бы, что подумаешь. Зачем сразу в лоб?
— Теперь она месяц звонить не будет, обидится. У матери давление.
Ромка допил газировку и бросил банку в мусорное ведро.
— Кстати, Поля. Я завтра с пацанами в баню иду после работы.
— Перекинь мне на карту тысячи три, а то у меня лимит исчерпался на этой неделе. Зарплата только в десятых числах.
Полина замерла с тряпкой в руке. Она молча смотрела на мужа.
Семь лет брака. Первые годы он еще пытался строить карьеру, мотался по собеседованиям, а потом как-то незаметно расслабился. У жены фирма приносит доход, продуктов в холодильнике появляются сами, бытовая химия не заканчивается.
Ромкина зарплата инженера уходила на его запчасти для вечно сломанного седана, баню по пятницам, рыбалку и редкие букеты по праздникам.
У него давно была привязана дополнительная карта к её основному счету. На бензин, на мелкие расходы. Мелкие расходы с каждым годом становились всё крупнее.
— Пацанам тяжело, значит? — тихо спросила Полина.
— Ну да. Двойня же. Алина там вообще не спит.
— А тебе, значит, легко.
Ромка не уловил иронии в её тоне.
— Мне отлично. У меня жена умница. Всё, я в душ. Завтра тяжелый день.
Он ушел в ванную. Зашумела вода.
Полина села за обеденный стол. Открыла банковское приложение на телефоне.
Нашла вкладку «Дополнительные карты». Карта на имя Романа. Статус: активна. Последние операции: магазин автозапчастей, кофейня у офиса, подписка на онлайн-кинотеатр.
Полина нажала кнопку «Заблокировать».
Затем зашла в настройки автоплатежей. Отменила оплату его абонемента в спортзал. Отменила оплату его мобильной связи. Удалила его номер из семейной подписки на такси.
Оно и понятно. Раз в семье принято делиться последним и входить в положение, значит, пора делиться по-честному.
Утром Полина уехала в офис раньше обычного. Ромка еще спал, завернувшись в одеяло.
Ближе к обеду телефон на её столе ожил. Звонил муж. Полина специально не стала брать трубку сразу. Ответила только на третий звонок.
— Поля, слушай, тут какая-то ерунда.
Голос Ромки звучал растерянно.
— Я на заправке стою, а мне терминал пишет «карта заблокирована». Кассирша уже косо смотрит. Ты там ничего не нажимала в приложении?
— Нажимала.
Полина откинулась в кожаном кресле.
— Я её заблокировала.
Пауза в трубке длилась секунд десять. Было слышно, как на заднем фоне сигналят машины.
— В смысле? Зачем? У нас что, деньги украли?
— В целях экономии, Рома. Я всю ночь думала над словами твоей мамы. Она права.
Полина говорила ровно, без эмоций.
— Я слишком эгоистично распоряжаюсь деньгами. Нужно срочно помочь Вадиму. У них же двойня.
— Так ты отдашь кроссовер?!
В голосе мужа прорезалась искренняя радость.
— Класс! Мать будет в восторге.
— Нет, машину я не отдам.
Полина взяла ручку и начала рисовать кружочки на блокноте.
— Я отдам деньги. Те самые деньги, что уходили на твой бензин, твой спортзал, твои обеды в кафе и твои походы в баню.
— Я вчера посчитала — в месяц набегает приличная сумма. Хватит и на памперсы, и на смеси. Буду переводить её Вадиму.
Ромка опешил.
— Эй, погоди! А я как же? Мне чем за бензин сейчас платить? У меня очередь сзади стоит!
— Своей зарплатой, Роман. Ты же работаешь. Ты же мужчина.
— Так до зарплаты еще две недели! У меня там копейки на дебетовой остались!
— Значит, поедешь на автобусе. Или на метро. Как твоя мама советовала.
— Родня должна помогать друг другу. Входи в положение.
— Поля, это не смешно! У меня бак пустой!
— Оплати заправку, я тебе потом всё объясню.
— Не могу. Деньги счет любят. Всё, Рома, у меня совещание начинается.
Она положила трубку на стол экраном вниз.
Вечером дома её ждал скандал. Ромка метал громы и молнии, меряя шагами кухню. Оказалось, на заправке ему пришлось занимать у коллег, вызванивая их в рабочее время. В баню с пацанами он ожидаемо не пошел.
— Ты что удумала?!
Муж чуть ли не кричал.
— Решила меня воспитывать? Я тебе мальчик на побегушках?
— Ты взрослый мужчина, — Полина спокойно помешивала салат в миске.
— Вот и живи на свои.
— Я плачу за интернет в этой квартире! И хлеб покупаю!
— Чудо какое.
Полина отложила ложку.
— А я плачу за свет, воду, мясо, фрукты, бытовую химию, ремонт седана в прошлом году и наш отпуск.
— Теперь каждый платит за себя сам. Половина коммуналки с тебя. Квитанция на тумбочке в прихожей.
— Ты совсем башенку сдвинула со своим бизнесом! — рявкнул Ромка.
— Это всё потому, что мать про машину спросила? Да она просто так спросила! Никто у тебя твой драгоценный джип не отбирал!
— Замечательно. Значит, тема закрыта.
Полина насыпала себе салат в тарелку.
— Приятного аппетита. Твои пельмени в морозилке.
Через два дня позвонила Тамара Васильевна. Голос в трубке был уже не гневный, а растерянный, с нотками заискивания.
— Полиночка. Здравствуй.
— Добрый день, Тамара Васильевна.
— Тут такое дело...
Свекровь замялась.
— Ромочка звонил. Говорит, у вас трудности финансовые? Карты заблокировали?
— Он вчера у меня тысячу до аванса занимал.
Полина усмехнулась про себя.
— Никаких трудностей. Просто оптимизация семейного бюджета.
— Рома решил стать самостоятельным. Будет жить на то, что заработал.
— Но Вадиму-то вы поможете? Машиной? Ему же детей возить...
— Ни машиной, ни деньгами.
Полина смотрела в окно офиса на городские пробки.
— Ромина самостоятельность обходится слишком дорого. Я не потяну двоих взрослых мужиков.
— Но как же так... Мы же семья...
— Вот именно. Поэтому Вадима будет содержать Рома. Из своей зарплаты.
— Если у него что-то останется после оплаты половины коммуналки, покупки продуктов и бензина.
Свекровь замолчала. Крыть было совершенно нечем.
Прошел месяц.
Тамара Васильевна больше не заикалась про кроссовер. Даже в гости заходить перестала, ссылаясь на дачные дела. Вадим благополучно купил старенький, но вместительный минивэн у соседа по гаражам, заняв денег у тестя.
А Ромка... Ромка вдруг вспомнил, как варить пельмени самостоятельно, перестал ездить в баню каждые выходные и наконец-то нашел подработку в проектном бюро, чтобы починить свой многострадальный седан.
Характер его, конечно, не изменился. Он всё так же любил полениться на диване в выходные и пожаловаться на начальника.
Но карту Полина так и не разблокировала. На всякий случай.
