«Не гештальтом единым»: почему я против фанатичной верности одной школе?

Александр Григорьевич Асмолов - академик, заведующий кафедрой психологии личности МГУ, ученик Леонтьева и Лурия, продолжатель традиций Выготского. Человек, который десятилетиями определяет ориентиры нашей науки.

В 2012 году на съезде Российского психологического общества он произнёс речь «Кризисы психологии в сетевом столетии». Ей больше десяти лет, а звучит она так, будто написана вчера, потому что кризисы, о которых он говорил, не разрешились, а стали только глубже.

Асмолов начинает с метафоры. Он вспоминает спор двух великих психологов 1970-х: один считал, что психология должна расти как дерево с одним мощным стволом, другой - как куст, выпускающий ветви в разные стороны. На современном съезде, признаёт Асмолов, победила метафора куста. Нас много, мы говорим на разных языках, мы часто не понимаем друг друга. Но проблема не в том, что ветвей много. Проблема в том, что общего ствола почти не осталось.

Когда нет ствола начинается хаос

Из этой ситуации рождается первый кризис, кризис научных школ. Школы когда-то задавали стандарты и формировали стиль мышления учёного, но сегодня они переживают упадок. Самое опасное последствие этого кризиса, по мнению Асмолова, появление так называемых копирующих психологий. Он называет это «приват-доцентской психологией». То есть психологи перестают мыслить творчески, они находят великого автора и бездумно копируют его идеи, не проверяя, работает ли это с реальными людьми. Они не видят будущего и боятся не того, что случится завтра, а того, что происходит прямо сейчас.

Студенты и практикующие психологи привязываются к одной школе и объявляют себя «гештальтистами» или «КПТшниками». Они отказываются смотреть по сторонам. Но чем больше я сама учусь, тем лучше понимаю: не гештальтом единым жив психолог.

Интеграция это не слабость, а сила

Я освоила и психоанализ, и когнитивно-поведенческую терапию, и символдраму, и гештальт и ориентированную на решение краткосрочную терапию. Чем больше техник и научных школ я узнаю, тем яснее для меня становится один простой факт: не существует единого универсального подхода, который подходит всем людям и на все случаи жизни. Каждый человек уникален, у каждого своя история, свои травмы, свой способ воспринимать мир, своя Вселенная. То, что прекрасно работает с одним клиентом, может быть совершенно бесполезно или даже вредно для другого.

Психолог должен уметь интегрировать, то есть соединять разные подходы в своей работе. Он должен владеть разными методами, понимать их сильные и слабые стороны и подбирать инструмент индивидуально под конкретного человека здесь и сейчас. Нельзя лечить всё одним молотком, потому что не всё в этой жизни гвозди.

Мой собственный опыт работы с резидентами в рехабе показывает, что чем больше разных инструментов у тебя в руках, тем реже ты оказываешься в тупике. Зависимость редко приходит одна. Она часто сочетается с травмой, с нестабильностью эмоций, с трудностями в построении близких отношений, с другими психологическими проблемами, которые идут в комплекте (в психиатрии это называется коморбидностью, то есть когда у одного человека несколько диагнозов или расстройств одновременно). Один метод здесь не справляется и это делает интегративный подход не просто предпочтительным, а жизненно необходимым.

Что предлагает Асмолов и что я думаю об этом?

Асмолов, несмотря на весь пессимизм своего диагноза, остаётся историческим оптимистом. Он верит, что за периодом бурного роста в разные стороны неизбежно наступит время, когда появятся новые теории, которые смогут объединить разрозненные ветви, не отрицая их разнообразия.

Он мечтает о коллективном разуме, об осмыслении и переосмыслении того, что мы делаем, о способности психологов смотреть на свою работу со стороны, видеть её целиком (это и есть рефлексия, умение остановиться, посмотреть на себя и спросить: «А что я вообще делаю? Зачем? Работает ли это? А как по-другому?»).

Кризис, о котором пишет Асмолов, это не конец света, а возможность перестать быть бездумным копировщиком и стать настоящим мастером, для которого метод не догма, а гибкий инструмент в руках. Я не претендую на истину в последней инстанции, но я точно знаю: зашоренность убивает живое мышление, а гибкость и широта взгляда гораздо ценнее, чем фанатичная верность одной школе.

Автор: Александра Григорьева
Психолог

Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru