Слово «психопат» давно стало бытовым. В жизни так часто называют любого холодного, манипулятивного или неприятного человека, что само понятие почти потеряло клинический смысл. Проблема в том, что в профессиональной психологии всё гораздо сложнее. И если мы используем этот термин слишком свободно, есть риск либо «приклеить диагноз» там, где его нет, либо наоборот — пропустить действительно сложные случаи.
Важно помнить, что в МКБ-10 нет диагноза «психопатия», в МКБ-11 его тоже нет, вместо этого используются другие формулировки. В МКБ-10 ближе всего стоит диссоциальное расстройство личности (F60.2). В МКБ-11 вообще ушли от жестких категорий и смотрят на:
- уровень нарушения личности
- и выраженность отдельных черт
То есть теперь важнее не «ярлык», а то, как именно устроена личность. Тогда что такое психопатия в психологии? Если говорить просто, психопатия — это не официальный диагноз, а устойчивый набор личностных особенностей, который активно изучается в психологии и судебной психиатрии.
Чаще всего под этим понимают сочетание таких черт:
- слабая или отсутствующая эмоциональная эмпатия
- поверхностные эмоции
- склонность использовать людей как инструмент
- отсутствие чувства вины в привычном для большинства людей виде
- высокий уровень социальной адаптации при внешней «нормальности» поведения
Это не всегда про преступность или асоциальный образ жизни. Многие люди с такими чертами могут выглядеть вполне успешными, уверенными и даже очень социально привлекательными.
Есть одна ключевая ошибка, которая встречается постоянно. Психопатию путают с:
- нарциссическим расстройством
- просто «токсичным поведением»
- эмоциональной холодностью
- даже с тревожностью или травматическим опытом
Нарциссический человек часто очень чувствителен к оценке и стыду, а психопатический профиль — гораздо менее зависим от оценки и внутренне менее «затронут» происходящим. Это не про «хуже или лучше», а про разную организацию внутреннего мира.
Если упростить, то есть несколько особенностей, которые часто описываются в исследованиях и клинических наблюдениях.
- Эмоции есть, но они «поверхностные»
Человек может выглядеть эмоциональным, но при длительном контакте иногда возникает ощущение, что это больше форма, чем глубокое переживание.
- Сильное понимание людей без сопереживания
Это один из самых интересных моментов.
Человек может очень точно понимать:
- что чувствует другой
- как он отреагирует
- на что можно повлиять
Но при этом эмоционального отклика может не быть.
- Нет привычного чувства вины
Важно уточнить: человек не обязательно «не знает, что такое хорошо и плохо».
Он может прекрасно понимать нормы.
Но внутреннего эмоционального переживания вины, как у большинства людей, может почти не возникать.
- Люди воспринимаются более функционально
В отношениях часто появляется элемент:
- полезен / не полезен
- нужен / не нужен
И когда человек перестает быть значимым по функции, связь может резко терять эмоциональную ценность.
- Внешне — часто очень социально «сильные» люди
И это один из факторов, почему таких людей сложно распознать.
Они могут быть:
- обаятельными
- уверенными
- спокойными
очень «правильными» в социальном поведении.
Что может заметить психолог в работе? Здесь важно быть очень аккуратным. Нельзя «распознать психопатию» за одну встречу. Но в практике можно обратить внимание на такие моменты:
- человек спокойно говорит о серьезном вреде другим
- нет эмоционального отклика там, где его обычно ожидают
- ответственность за происходящее почти всегда вне себя
- очень логичные объяснения любых поступков
- быстрая, иногда даже слишком легкая установление контакта
- ощущение «эмоциональной плоскости» при длительном взаимодействии
Если в процессе работы у психолога появляется гипотеза о выраженных психопатических чертах у клиента, это не про «поставить диагноз» и не про навешивание ярлыка. Речь идет скорее о профессиональной ориентации в контакте. Такое понимание может быть важно сразу по нескольким причинам.
Во-первых, оно помогает более реалистично выстраивать ожидания от терапевтического процесса. В случае выраженных психопатических черт классические модели глубокой эмоциональной переработки, основанные на эмпатическом отклике и развитии инсайта через переживание вины или стыда, могут работать ограниченно.
Во-вторых, это влияет на границы терапевтического контакта. Психологу важно раньше замечать попытки манипуляции, тестирования границ или инструментализации самого терапевта, чтобы сохранять устойчивую позицию и не включаться в непродуктивные циклы взаимодействия.
В-третьих, это вопрос безопасности и этики. В некоторых случаях своевременное распознавание выраженной диссоциальной или психопатической организации личности позволяет избежать вовлечения в потенциально деструктивные терапевтические отношения, где усилия специалиста не приводят к реальным изменениям, но могут приводить к эмоциональному истощению самого психолога.
И наконец, это помогает точнее формулировать направление работы: не пытаться «изменить личность в лоб», а работать с конкретными поведенческими, межличностными и функциональными аспектами запроса, либо при необходимости рекомендовать более подходящий формат помощи, включая психиатрическую оценку.
Автор: Дудина Диана Игоревна
Психолог, Профессионал года 2014
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru