В девяностые каждый уважающий себя человек строил дом из красного кирпича. С башенками. С арочными окнами. С коваными воротами. Это был не просто дом, это был символ: «Я смог, я построил, у меня есть».
Прошло тридцать лет. Что с этими домами сейчас?
Часть стоит заброшенной. Строились они долго, часто без проекта. Кризисы, разводы, переезды — и дом оставался памятником несбывшимся надеждам. Таких много в дальних районах Ленобласти: краснокирпичные остовы без окон и крыш.
Часть переделана до неузнаваемости. Хозяева поняли, что башенки и арки вышли из моды и морально устарели. Дом обшили современными панелями, надстроили плоскую крышу, убрали вычурные элементы. Получился вполне приличный современный коттедж. Но такие переделки стоят как полдома.
Часть до сих пор населена и любима. Да, это выглядит как привет из прошлого. Но хозяевам плевать на тренды. Они построили этот дом своими руками, вырастили в нём детей и не собираются ничего менять. И это вызывает уважение.
Самая интересная категория — дома, которые продаются. Ценник часто завышен, потому что «это же кирпич, это на века». Но покупатель смотрит на планировку, на высоту потолков, на невозможность перепланировки без сноса несущих стен — и уходит. Дома девяностых морально устарели сильнее, чем физически.
Парадокс: в девяностые красный кирпич был признаком статуса. Сейчас он — обуза. Слишком дорого переделывать, слишком сложно продать, слишком заметно, что «это из той эпохи».
Вывод: эпоха краснокирпичных замков ушла. Но они остались стоять, как памятники времени, когда строили с размахом и без оглядки на будущее.