Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Я не из этого мира: исповедь женщины

Я никогда не чувствовала себя «своей». Не в школе, где все легко сбивались в стайки, а я стояла у стенки и делала вид, что читаю объявление. Не в институте, где кипела какая-то незнакомая мне жизнь — вечеринки, романы, дружба на века. Не на работе, где все обсуждают проекты, дедлайны, корпоративы, а я думаю только о том, как бы скорее оказаться дома. Дом — единственное место, где я выдыхаю. Закрываю дверь — и спадает это вечное напряжение. Я больше не должна следить за лицом, подбирать правильные слова, бояться сделать что-то не то. Дома я просто есть. И в этом одиночестве мне почему-то спокойнее, чем среди людей. Я просыпаюсь утром — и уже устала. Не от работы, не от быта. А от предстоящего дня, в котором нужно выйти из квартиры. Ехать в метро, где так много людей. Заходить в офис, где все уже общаются, смеются, что-то обсуждают. А я как будто с другой планеты. Я смотрю на них и не понимаю: как они так легко это делают? Как можно просто взять и сказать коллеге: «Привет, как выходные?»

Я никогда не чувствовала себя «своей». Не в школе, где все легко сбивались в стайки, а я стояла у стенки и делала вид, что читаю объявление. Не в институте, где кипела какая-то незнакомая мне жизнь — вечеринки, романы, дружба на века. Не на работе, где все обсуждают проекты, дедлайны, корпоративы, а я думаю только о том, как бы скорее оказаться дома.

Дом — единственное место, где я выдыхаю. Закрываю дверь — и спадает это вечное напряжение. Я больше не должна следить за лицом, подбирать правильные слова, бояться сделать что-то не то. Дома я просто есть. И в этом одиночестве мне почему-то спокойнее, чем среди людей.

Я просыпаюсь утром — и уже устала. Не от работы, не от быта. А от предстоящего дня, в котором нужно выйти из квартиры. Ехать в метро, где так много людей. Заходить в офис, где все уже общаются, смеются, что-то обсуждают. А я как будто с другой планеты.

Я смотрю на них и не понимаю: как они так легко это делают? Как можно просто взять и сказать коллеге: «Привет, как выходные?» У меня эти слова застревают в горле. Не потому что я не хочу общаться, а потому что внутри живёт уверенность: я здесь чужая, мне не место, меня не ждали.

Это не депрессия в клиническом смысле. Я могу радоваться солнцу, вкусной еде, хорошей книге. Но радость всегда будто с привкусом — «ты здесь не по праву». Мир как клуб, куда я проскользнула по чужому билету, и теперь всё время жду, что меня разоблачат.

Я боюсь не людей. Я боюсь — себя. Вернее, того, что я «неправильная». Мне страшно, что если я расслаблюсь и перестану контролировать каждое слово, каждый жест — все увидят, какая я на самом деле. И отвернутся. Или того хуже — посмеются.

Знаете это чувство, когда внутри всё сжимается от мысли, что надо куда-то идти и с кем-то говорить? У меня это почти каждый день. Будто я выхожу на сцену без роли, без текста, а все остальные знают пьесу наизусть.

Иногда мне кажется, что я инопланетянка, которую забыли забрать. Или что я из другого теста. Не хуже, не лучше — просто другая. И эта «другость» не принимается миром.

В какой-то момент я устала считать себя просто «тревожной» или «неуверенной». Я начала разбираться. Читала, думала, говорила с психологом. И постепенно поняла: это не я такая неправильная. Это ранний опыт, который врос в меня раньше, чем я научилась ходить.

Когда я была маленькой, мир не дал мне главного — ощущения, что я здесь нужна. Не потому что меня не любили. Может, и любили, как умели. Но я не чувствовала этого тепла, которое говорит ребёнку: «Ты есть, и это хорошо. Ты в безопасности. Ты — наша».

И тогда моя детская психика приняла решение, которое когда-то спасло меня, а теперь мешает жить: «Надо быть незаметной. Проявляться опасно. Спрячься — и выживешь». С тех пор я так и живу. Прячусь. Даже когда никто не нападает.

Мне говорили: «Выйди к людям, и страх пройдёт». Не проходит. Потому что это не страх в голове — это страх в теле. Ком в горле, который не даёт говорить. Пустота в животе, когда нужно заявить о себе. Сдавленность в груди, когда я просто сижу в кругу людей. Моё тело помнит: контакт — больно. Мир — небезопасен. И никакие уговоры эту память не стирают.

Я поняла: я не сломана. Я адаптировалась к трудным условиям. И эти настройки можно менять. Не через насилие над собой, не через «соберись, тряпка». А через очень бережную работу — с мыслями, с телом, с той маленькой девочкой внутри, которая до сих пор жмётся к стенке и ждёт, что её прогонят.

Я узнала, что есть методы, которые не требуют мгновенно стать другой. Можно шаг за шагом учиться тому, чего недодали в детстве: чувствовать безопасность в контакте, слышать себя, выдерживать взгляд другого человека и не разрушаться.

Самое трудное было — довериться. Позволить другому увидеть меня настоящую. Но именно это и стало началом. Потому что когда тебя видят — и не прогоняют — внутри что-то переключается. Впервые за долгое время я чувствую: может быть, эта планета всё-таки моя.

Этот текст написан мной, психологом, на основе реальных историй женщин, которые приходят с ощущением «я не от мира сего». Если вы узнали в этой исповеди себя — приходите на первую встречу. Мы просто поговорим о вас. Без оценок, без «надо». В безопасном пространстве.

Записаться и узнать больше обо мне и моих методах можно на сайте: https://ptsr-travma.ru/.