В херсонском порту начала 30-х годов никто не всматривался в лица грузчиков. Их было много – крепких, молчаливых, привыкших к тяжести. Владимир Майборский из села Зиньки, отучившись четыре класса, батрачил у зажиточных, потом работал в колхозе, потом уехал в порт. Обычная жизнь обычного человека. Если бы не «воскрешение», когда его уже «похоронили» на малой родине даже родители.
В июле 1941 года Майборский записался в народное ополчение. Боевое крещение принял под Николаевом. Затем - 8 бригада морской пехоты. Бои в Крыму и за Севастополь, где он напрочь «сросся» со своей тельняшкой, не снимая её даже в самых суровых ситуациях. За этот период боёв было три ранения, почти друг за другом, но в госпиталь так и не пошёл.
В одном бою он с двумя товарищами отбил возвышенность, где оставались только наши лежачие раненые и санитары. Пока медики вытаскивали их, моряки втроём отбились от четырёх вражеских атак. Сам Майборский дважды выбирался из кольца немцев – живым, злым, с оружием в руках. Потом это назовут подвигом, а тогда было выживанием.
Четвёртое ранение под Севастополем в начале июля 1942-го стало последним в тех боях. Он потерял сознание и очнулся уже в плену. В польском концлагере. На ранах уже был гной, сил не было, но какая-то неистребимая упрямая жила держала его в этом мире. Он выжил. И сумел сбежать, с третьей попытки.
Добрался до Украины. В партизанском отряде на Подолии и Волыни воевал до 1944-го. Потом встречал наступающую Красную Армию, и снова отправился на передовую. В феврале был призван рядовым в 351-ю Шепетовскую стрелковую дивизию. Новобранец пришёл в тельняшке и с флотским ремнём, отказавшись их снимать. Сослуживцы ухмылялись, но прозвище прилепили накрепко – «Моряк».
Уже через несколько дней Владимира Петровича ранило. Пришлось эвакуироваться в госпиталь. А после него – 7-й стрелковый полк 24-й стрелковой дивизии, той самой «Железной». И снова: «краснофлотец Майборский». Для него это было не званием, а сутью.
21 июня того же года Майборский в числе бойцов отправился в пос. Погары, с разведкой боем. Проползли по установленным проходам в минных полях и проволоке. Рядовой Майборский первый спрыгнул в окопы фашистов. В упорной рукопашной ликвидировал порядка двадцати врагов. Взял одного пленного и потащил к линии фронта.
Откуда ни возьмись 13 немцев. Когда его ранили в плечо, Владимир начал действовать. Пленного ликвидировал, чтобы тот не ушёл к своим. К нему «добавил» девятерых немцев, которых положил из автомата. Оставшиеся враги рванули подальше от советского бойца. Всё это потом будет вписано командиром в наградной лист. Ему вручат заслуженную медаль «За отвагу».
А потом случилось то, что превратило Майборского в настоящую легенду дивизии.
13 июля 1944 года, деревня Черемхув (теперь Черемхов в Ивано-Франковской области). Львовско-Сандомирская операция. Ночью сапёры освободили проходы среди мин. В отвратительную погоду враг ничего не заметил. Как только рассвело, отработала артиллерия и головная рота двинулась в атаку. И тут с высоты забил пулемёт. Немец у МГ-34, рядом 13 коробок с патронами. Рота залегла. Те, кто попытался броситься вперёд, упали подкошенными.
Лёжа в ближней к дзоту цепи, Майборский заскрежетал зубами от злости и бессилия. Справа была впадина. Можно попытаться подползти к немцу сбоку и запустить гранатой в амбразуру. Командир роты Осмольский машет рукой, одобряя его попытку попробовать.
Владимир ползёт по-пластунски. Товарищи прикрывают огнём. До амбразуры меньше сорока метров. Он приподнимается, бросает гранату – и тут же пулемётная очередь режет по ногам. В обуви становится мокро и горячо. Сознание «плывёт» так, что мир сужается до точки.
Но боец сосредотачивается на задаче. Хватает зубами травинку, чтобы сбить сразу возникшую во рту сухость. Начинает активнее действовать руками, подтягивая тело. И вот дзот уже рядом.
Потерявший счёт времени, Владимир достаёт противотанковую гранату и отправляет её в сторону фашиста. Затем, чуть подтянувшись руками бросает тело на амбразуру, полностью выключаясь из сознания. Сумев в последнюю секунду осознать, что пулемёт замолчал.
Потом его нашли санитары. Положили к другим погибшим. Только самый внимательный вдруг заметил – а пульс-то есть!
В себя Майборский пришёл через несколько дней в госпитале. Врачи насчитали в нём 18 пуль и осколков. Большей части одной ноги пришлось лишиться. Вторую спасли переливанием крови. Десять месяцев он лежал в госпиталях, ещё несколько раз оказывался на столе хирурга. А в военных штабах тем временем решили: Майборский погиб. Указом от 24 марта 1945 года ему присвоили звание Героя Советского Союза посмертно.
В селе Зиньки родители получили «похоронку». Оплакали сына. А потом соседи крестились от страха, когда видели, как он живой, на костылях, шёл по улице. Родители не верили своему счастью – вернулся!
В Москве ему вручили Золотую Звезду № 7344 и орден Ленина. А в полку, где он воевал, уже сложили песню о его подвиге. Майборский потом попросил убрать из песни слова о храбрости. Говорил, что тогда не было никакого героизма. Просто нужно было спасти товарищей. А жив остался, потому что просто повезло.
Он не стал ни генералом, ни знаменитостью. Когда списали по здоровью, пошёл работать весовщиком в родной колхоз. Вскоре односельчане выбрали Владимира Петровича председателем сельсовета. Много лет он вёл хозяйство, получал грамоты, был своим – без пафоса, без орденов на груди каждый день.
В апреле 1985-го был награждён орденом Отечественной войны 1-й степени. А министр обороны СССР особым приказом зачислил старшину в отставке Майборского почётным солдатом в ту самую «Железную» дивизию. Туда, где его до сих пор помнили как «Моряка».
Дорогие друзья, спасибо за ваши лайки и комментарии, они очень важны! Читайте другие интересные статьи на нашем канале.