Официантка подходила дважды. Оба раза Марина поднимала руку — подождите — и продолжала читать. Я сидел напротив и думал: может, она диетолог. Или у неё аллергия на всё. Или просто очень вдумчивый человек.
Оказалось — просто любит поесть.
— Значит, вот это, — сказала она наконец, — и вот это. И суп. И вот этот салат — он тут хорошо делают, я читала отзывы. И если можно, хлебную корзинку.
Официантка записывала, я заказал стейк и воду.
— Ты больше ничего не хочешь? — спросила Марина с искренним удивлением, и я ответил, что мне хватит. Она пожала плечами и вернулась к меню.
— А десерт здесь какой?
Первое свидание: суп, горячее, салат и вопрос про десерт
Познакомились на сайте знакомств. Марине сорок семь, работает бухгалтером, разведена шесть лет назад. В переписке — нормальная, с юмором, ни разу не написала «ну ты и зануда» в ответ на мои шутки про налоги. Я подумал: редкость.
Ресторан выбрал я — средний ценовой сегмент, хорошая кухня, без пафоса. Пришёл первым, занял столик.
Она вошла — симпатичная, в платье, улыбнулась. Мы поговорили минут пять про дорогу, про погоду. Потом принесли меню, и Марина исчезла.
Пока она изучала карту блюд, я успел узнать, что она один раз была в этом районе три года назад, читала про этот ресторан в каком-то блоге и вообще любит итальянскую кухню, но здесь грузинская, и это тоже хорошо. Всё это она рассказывала, не отрываясь от меню.
Заказ пришёл минут через двадцать. Я смотрел, как официантка выставляет перед ней тарелки — суп, салат, хачапури, корзинка хлеба, куриные крылья с соусом.
— Как ты всё это съешь? — спросил я, и она улыбнулась: — Посмотрим.
Съела примерно половину горячего и треть супа — не всё. Когда официантка предложила забрать тарелки, Марина сказала:
— Подождите. Можно упаковать вот это с собой?
Я заплатил. Четыре тысячи восемьсот рублей. Она взяла контейнер, поставила его в сумку и сказала, что вечер был замечательный.
— Десерт не будем? — уточнила она у входа.
— В другой раз, — ответил я.
Второе свидание: она знала место
Через неделю она написала сама:
— Игорь, я знаю одно место — ты должен попробовать, — написала она.
— Что за место?
— Ресторан на Патриарших, там шеф-повар из Франции.
Я открыл сайт. Средний чек на человека — от четырёх тысяч. Без напитков.
— Хорошо, в субботу? — написал я, и она ответила: — Отлично!
— Там говорят, тартар лучший в городе, и трюфельная паста. Я уже читала меню.
Конечно, уже читала.
В субботу мы сидели за столиком у окна с видом на пруд. Марина изучала карту с таким видом, с каким люди читают важные документы. Долго, вдумчиво, иногда возвращаясь на предыдущую страницу.
— Ты уже решил? — спросила она, не поднимая головы, и я сказал, что давно уже.
— Я нет, тут столько всего интересного, — ответила она и перелистнула страницу назад.
Она заказала тартар, трюфельную пасту, дополнительно — гребешки, потому что «не могу мимо пройти», и бокал вина. Потом подумала и добавила брускетту.
Я заказал пасту и воду.
Когда принесли счёт — одиннадцать тысяч двести рублей — я посмотрел на него дольше, чем нужно. Марина в этот момент упаковывала остатки тартара.
— Тут хорошо дают с собой, — сказала она. — В хорошем ресторане всегда нормальный контейнер.
Разговор с другом, который расставил всё по местам
Лёха позвонил вечером:
— Ну как свидание?
— Одиннадцать двести, — ответил я.
— Это называется ответ на вопрос «как свидание»?
— Это я так описываю свидание, — сказал я.
Лёха помолчал секунду и спросил:
— А она что?
— Упаковала остатки с собой.
— В хороший контейнер, надо полагать?
— В очень хороший, — ответил я.
— И ты ей ни слова не сказал про деньги, про то, что некомфортно? — спросил Лёха.
— Нет.
— Ну так а чего ты ждёшь? — сказал он просто. — Она делает то, что ей никто не запрещал. Ты молчишь, платишь, она заказывает — система работает.
Я помолчал.
— Думаешь, надо было сказать?
— Надо было сказать на первом свидании, — ответил Лёха. — А теперь поздно объяснять правила игры, в которую уже играешь.
Третье свидание, которого не было
Марина написала через три дня:
— Игорь, есть ещё одно место. Открылся новый ресторан, там молодой шеф, говорят — потрясающе. Сходим?
Я смотрел на сообщение минуты три. Потом написал честно:
— Марин, давай поговорим. Мне кажется, у нас разный подход к совместным ужинам. Я привык делить счёт или хотя бы обсуждать это заранее. Для меня это важно.
Она ответила через два часа:
— Игорь, я всё понимаю. Честно говоря, я тоже чувствую, что у нас как-то не идёт. Не та химия. Удачи тебе.
Я перечитал сообщение, потом открыл заметки в телефоне, где записывал расходы. Шестнадцать тысяч рублей за две встречи.
«Не та химия».
Что я понял после
Финал я рассказал Лёхе на следующий день.
— Первой написала? — спросил Лёха, и я кивнул.
— Значит, третий ресторан уже присмотрела, — сказал он. — И там был бы другой мужчина.
Я не стал спорить. Может, он прав, может — нет. Я не знаю, была ли Марина хитрым человеком или просто привыкла, что за неё платят и никто не возражает. Разница есть — но с моей стороны забора она не видна.
Потом я вспомнил одну деталь. На первом свидании, когда я сказал «в другой раз» про десерт, она посмотрела на меня без обиды — просто нейтрально. Как человек, который принял информацию к сведению. Не расстроилась, не надулась. Просто переключилась.
Я тогда подумал: хорошо, что без капризов. Теперь думаю иначе. Она просто поняла, что десерт в этот раз не получится — и взяла на заметку на следующий.
Лёха был прав насчёт первого свидания. Если что-то не устраивает — говори сразу. Не на одиннадцатой тысяче рублей, не в заметках телефона, не другу по телефону вечером. Сразу — пока не накопилось на одиннадцать тысяч.
Я молчал, система работала — это моя половина этой истории.
Женщина, которая заказывает на первом свидании весь раздел меню и упаковывает остатки, — она хитрит или просто любит поесть?
Мужчина молчал два свидания и платил — кто виноват больше: она или он?
И стоит ли говорить о деньгах на первом свидании — или это убивает романтику?