Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Мы запрограммированы на лень?

Десятилетиями психология и нейробиология выдвигали предположение, что если люди и животные по своей природе стремятся прилагать как можно меньше усилий, то это происходит потому, что напрягаться никому не нравится. Есть и другое возможное объяснение: люди избегают не самих усилий, а тратить их впустую. Те усилия, которые ни к чему не приводят или польза от которых не оправдывает затраченных усилий. Эта точка зрения рассмотрена в недавней статье, которую я написал совместно с Роем Баумейстером из Гарвардского университета, Гвидо Гендоллой из Женевского университета и Мишелем Одифреном из Университета Пуатье, и которая была опубликована в 2026 году в журнале «Neuroscience & Biobehavioral Reviews». Позвольте объяснить: Как мы пришли к выводу, что люди избегают именно пустой траты усилий, а не самих усилий? Чтобы подкрепить наш тезис, мы провели критический, двусторонний обзор научной литературы. Сначала мы рассмотрели развитие детей. Мы полагали, что, если бы усилия были по своей сути неп

Десятилетиями психология и нейробиология выдвигали предположение, что если люди и животные по своей природе стремятся прилагать как можно меньше усилий, то это происходит потому, что напрягаться никому не нравится.

Есть и другое возможное объяснение: люди избегают не самих усилий, а тратить их впустую. Те усилия, которые ни к чему не приводят или польза от которых не оправдывает затраченных усилий. Эта точка зрения рассмотрена в недавней статье, которую я написал совместно с Роем Баумейстером из Гарвардского университета, Гвидо Гендоллой из Женевского университета и Мишелем Одифреном из Университета Пуатье, и которая была опубликована в 2026 году в журнале «Neuroscience & Biobehavioral Reviews».

Позвольте объяснить:

Как мы пришли к выводу, что люди избегают именно пустой траты усилий, а не самих усилий?

Чтобы подкрепить наш тезис, мы провели критический, двусторонний обзор научной литературы. Сначала мы рассмотрели развитие детей. Мы полагали, что, если бы усилия были по своей сути неприятными, отказ от них должен был бы наблюдаться на очень ранних этапах развития.

Младенцы и маленькие дети не проявляют никакого спонтанного отвращения к усилиям: они свободно их предпринимают, связывают удовольствие с удовлетворением и только постепенно учатся экономить свои силы. Особенно поразителен пример 10-месячных детей: после того как они наблюдают, как взрослый упорно выполняет сложную задачу, они сами удваивают свои усилия, чтобы решить проблему.

Позже, примерно в 6 лет, дети улыбаются чаще после достижения сложной цели, чем после легкой, словно само преодоление препятствий придает их успеху дополнительную ценность. Если бы приложение усилий само по себе вызывало неприятные ощущения, ничего подобного не могло бы произойти.

Во-вторых, мы сосредоточились на исследованиях «принципа наименьших усилий» у животных и взрослых. Предпочтение пути, требующего наименьших затрат усилий, возникает только тогда, когда вознаграждения строго эквивалентны, и исчезает, как только выгоды оправдывают вложения.

Более того, несколько исследований показывают, что люди предпочитают активно заниматься каким-либо делом, а не оставаться пассивными, и что занятые люди счастливее, тех, кто сидят без дела, даже когда их заставляют быть активными.

Почему это так важно?

Этот сдвиг в перспективе преобразует наше понимание человеческой мотивации. Он позволяет разрешить то, что некоторые называют «парадоксом усилия»: если действительно существует биологический закон «наименьшего усилия», то как мы можем объяснить, почему миллионы людей добровольно занимаются такими требующими усилий видами деятельности, как экстремальные виды спорта, обучение игре на музыкальном инструменте, длительная учеба — и находят в этом удовольствие?

Если усилия воспринимаются как нейтральные затраты (то есть не имеющие ни положительного, ни отрицательного баланса), сопоставимые с тратой денег, то становится логичным, что люди соглашаются приложить усилия, когда это окупается.

Такой подход возвращает человеку статус субъекта, способного оценивать и принимать решения, а не просто организма, вечно борющегося с биологическим отвращением к действию. Он также позволяет лучше различать обычные ситуации отстранения, когда человек сталкивается с чем-то, что считается неблагоприятным. А также  патологические случаи, когда может возникать реальное отвращение к усилиям.

Во втором случае такое сопротивление усилиям основано на четко идентифицированных нейробиологических механизмах, в частности на сниженной активности дофаминергической системы.

Дофамин играет центральную роль в мотивации: он усиливает ощущение вознаграждения и стимулирует стремление к достижению целей. При недостатке дофамина приложение усилий становится действительно неприятным, и желание действовать угасает.

Какими должны быть следующие шаги в этом исследовании?

Некоторые вопросы остаются открытыми.

До сих пор неясно, при каких условиях у некоторых людей развивается настоящая неприязнь к усилиям и какие нейробиологические механизмы при этом задействованы. Часто упоминается роль дофамина, но исследования в основном сосредоточены на ситуациях, связанных с внешними вознаграждениями. При этом лишь в немногих работах изучаются внутренние мотивы, лежащие в основе стремления прилагать усилия ради самого процесса.

Остается один практический вопрос: что, если вместо того, чтобы стремиться сделать задачи менее обременительными в школах, на работе и в сфере ухода, мы в первую очередь постараемся сделать их более оправданными и полезными в глазах тех, кто должен их выполнять? Это может кардинально изменить ситуацию.

Оригинальная статья на русском языке: Мы запрограммированы на лень?

ПсиБлог.рф — ресурс программы Дистанционного Обучения Психологии

Оригинальная статья: Nathalie Andre – Are we really programmed to be lazy? May 2026

Перевод: Остренко Анна Александровна

Редактор: Симонов Вячеслав Михайлович, Шипилина Елена Ивановна

Источник изображения: magnific.com image by freepik

Ключевые слова: психология, обучение, школы, возрастная психология, нейронаука, мотивация, рабочая этика, нейронаука, рабочее место, учеба, дофамин