Скорая приехала через двенадцать минут. Молодой фельдшер со светлыми волосами, собранными в хвост, быстро оценил ситуацию.
— Похоже на инсульт, необходима срочная госпитализация, — говорил он спокойно, отдавая распоряжения напарнику. — Кто поедет сопровождать?
— Я, — выступил вперёд Андрей. — Она моя жена.
Тамару аккуратно переложили на носилки. В последний момент, уже в дверях, она нашла силы слабо сжать руку дочери, словно пытаясь сказать: «Не волнуйся, я справлюсь».
В приёмном отделении больницы всё происходило стремительно. Дежурный невролог — полная женщина с короткой стрижкой — быстро осмотрела Тамару.
— Явные признаки ишемического инсульта. Немедленно КТ и в реанимационное отделение.
Каталка с Тамарой исчезла за двойными дверями, оставив растерянного Андрея в коридоре. Он опустился на пластиковый стул, закрыв лицо руками.
Телефон в кармане непрерывно вибрировал. Карина и Никита требовали новостей.
Врач вышла через два часа.
— Вы муж Тамары Николаевны?
— Да, — Андрей подскочил. — Как она?
— Ишемический инсульт в бассейне средней мозговой артерии. Состояние тяжёлое, но стабильное. Мы ввели тромболитики, провели первичные процедуры. Сейчас пациентка в реанимации, ближайшие сутки будут критическими.
— Она выживет?..
Голос Андрея дрогнул.
— Прогноз, к счастью, положительный. Хорошо, что её так быстро доставили. Но восстановление предстоит долгое и сложное: парез правой стороны, нарушение речи.
Врач говорила, а Андрей чувствовал, как земля уходит из-под ног.
— Вы сможете навестить её завтра, если состояние стабилизируется.
Андрей вернулся домой под вечер, измотанный больничным ожиданием и бюрократией. Карина и Никита встретили его в прихожей.
— Ну как? Что говорят? — Карина была бледной, с покрасневшими от слёз глазами.
— Инсульт, — устало ответил Андрей, снимая пальто. — Тяжёлый. Она в реанимации.
— Боже мой, — прошептала Карина. — И что теперь?
— Когда её выпишут? — спросил Никита.
— Не знаю, сынок.
Андрей прошёл на кухню, машинально ставя чайник.
— Врач сказала, что даже если всё пойдёт хорошо, восстановление займёт месяцы.
В кухне всё ещё лежал нож, который выпал из руки Тамары, — недорезанные овощи на разделочной доске. Время здесь словно остановилось.
Никита потёр лоб.
— А как же Мальдивы? Вылет через три дня.
Андрей и Карина посмотрели на него с недоумением.
— Какие теперь Мальдивы? — резко сказала Карина. — Ты не понимаешь? Мама в больнице с инсультом!
— Я понимаю, — огрызнулся Никита. — Просто всё было оплачено, забронировано. Мама столько работала ради этого. Мне интересно, что теперь делать с билетами и бронью.
Андрей тяжело опустился на стул.
— Не знаю. Надо посмотреть документы. Может, получится вернуть хоть часть денег.
Следующие три дня прошли в больничных коридорах. Тамару перевели из реанимации в обычную палату, но впереди была долгая дорога к восстановлению.
Правая сторона тела почти не работала, речь была затруднена. Но сознание оставалось ясным, и это, как сказала врач, было хорошим знаком.
На четвёртый день Андрей, Карина и Никита вошли в палату. Тамара приподнялась на подушках при их появлении.
Бледная, осунувшаяся, с отрешённым взглядом, она казалась лишь тенью прежней сильной и энергичной женщины.
— Привет, — тихо произнесла она, с видимым усилием выговаривая слова.
— Как ты себя чувствуешь? — Андрей присел на край кровати, но вместо цветов или фруктов в его руках была кожаная папка с документами. — Врачи что говорят?
— Реабилитация… минимум полгода, — медленно ответила Тамара.
Неловкая пауза повисла в воздухе. Карина нервно теребила ремешок сумки — подарок матери на день рождения.
— Мам, мы тут подумали насчёт поездки на Мальдивы… — наконец начала она.
— Да… её придётся отложить, — с усилием сказала Тамара.
Андрей прокашлялся, избегая её взгляда.
— Тамара, мы разговаривали с турагентством. Перенос или отмена обойдутся почти в полную стоимость. Практически деньги на ветер.
Тамара почувствовала холодок, пробежавший по спине.
— Что… вы предлагаете?
— Путёвки уже оплачены, дорогая. А ты поправляйся, — Андрей попытался улыбнуться, но улыбка вышла виноватой. — Мы с ребятами полетим, как планировали. Тебе сейчас нужен покой и лечение, а нам… ну, глупо терять такие деньги.
Тамара смотрела на них и не верила своим ушам. Она лежит парализованная после инсульта, а они собираются улететь на курорт, который она оплатила.
— А кто будет за мной ухаживать? — с трудом спросила она.
— Мы договорились с соседкой, тётей Клавой. Она будет заходить каждый день, — быстро ответил Никита. — А в больнице медсёстры, врачи… ты в надёжных руках, мама.
Андрей положил папку на тумбочку.
— Здесь доверенность на управление твоими счетами. Нам нужны будут деньги на карманные расходы, там экскурсии. Ты же понимаешь, на Мальдивах всё дорого.
Тамара молча смотрела в потолок, чувствуя, как слеза скатывается по щеке.
Всю жизнь она жила для них, откладывала, отказывала себе — и вот благодарность.
— Подпишешь?
Андрей протянул ей ручку.
Рука плохо слушалась, но Тамара нашла в себе силы взять её.
— Конечно, — тихо сказала она и неровно расписалась.
Что ещё ей оставалось? Устраивать скандал в её положении? Запрещать? Они всё равно поступят по-своему, а у неё нет сил сопротивляться.
Когда они ушли, обсуждая, кто какие купальники возьмёт, Тамара долго смотрела в окно на цветущую сирень во дворе больницы.
В палате было тихо. Пищали приборы. За окном шелестели листья, с детской площадки доносился смех.
Жизнь продолжалась.
Но для Тамары она будто застыла в этой стерильной комнате с запахом лекарств.
Вечером пришла тётя Клава — добродушная, полная женщина лет семидесяти, с вязаной сумкой.
— Тамарочка, голубушка, — запричитала она. — Что же это с тобой случилось? Я как узнала — сразу к тебе. Андрей твой забегал, сказал, что им срочно уезжать надо, попросил за тобой присмотреть.
«Срочно уезжать…» — горько усмехнулась про себя Тамара.
— Спасибо, Клавдия Петровна, — с трудом сказала она. — Не стоило беспокоиться.
— Да какое беспокойство, соседи же! — махнула рукой та. — Вот, булочек тебе принесла домашних и компотик. Больничная еда — сама знаешь какая.
Пожилая женщина говорила без умолку, рассказывая новости двора, сплетни и истории про внуков. Тамара слушала вполуха. Внутренний холод не проходил.
На следующий день в палату вошла медсестра Елена Петровна — женщина возраста Тамары, с добрыми, но усталыми глазами.
— Как самочувствие сегодня, Тамара Николаевна?
Тамара хотела ответить «нормально», но неожиданно расплакалась. Слёзы текли по щекам, и она не могла их остановить.
— Что случилось? — встревожилась медсестра, присаживаясь рядом.
И Тамара, запинаясь, с паузами, рассказала всё: про поездку, про решение семьи, про доверенность.
— Я даже не посмотрела, что подписала…
Елена Петровна нахмурилась, взяла папку и внимательно изучила документ. Вдруг она охнула.
— Тамара Николаевна, это же генеральная доверенность на все ваши активы! Не только счета, но и недвижимость, ценные бумаги. Они смогут распоряжаться всем вашим имуществом.
Тамара почувствовала, как комната поплыла перед глазами.
Как они могли?..
— Этим нужно заняться немедленно, — решительно сказала Елена Петровна. — У вас есть надёжный человек? Юрист или нотариус?
Тамара на мгновение задумалась, а потом вспомнила Виктора Сергеевича — нотариуса, с которым когда-то работала.
Собрав все силы, она продиктовала номер.
— Спасибо… — прошептала она.
— Ничего, — мягко ответила медсестра, погладив её по руке. — Выздоравливайте. А с этим мы разберёмся.
Вечером снова пришла тётя Клава.
— Уехали твои на отдых, Тамарочка. Видела, как такси подъехало — чемоданы загрузили. Счастливые такие, улыбаются. Андрей сказал, что ты их благословила, чтобы путёвки не пропали. Какая ты молодец!
Тамара закрыла глаза.
— Спасибо, что зашли… — только и смогла сказать она.
Ночью она долго не могла уснуть. Из приоткрытой двери доносились звуки больницы: шаги, голоса, писк приборов.
А где-то там, в тёмном небе, летел самолёт, уносящий её семью к тёплому морю.
Тамара представила их — весёлых, возбуждённых, с лёгким укором совести, который они быстро заглушат первым бокалом на берегу океана.
«Как я могла быть такой слепой?..» — думала она, глядя в потолок. — «Столько лет жить рядом и не видеть их настоящих лиц. Столько лет отдавать всё… и не получать ничего взаменен.
продолжение 👇