Я боялась темноты с детства. Не просто «не люблю», а по-настоящему, до дрожи в коленях, до липкого пота на ладонях. Мне было пять, когда я впервые осталась одна в комнате с выключенным светом. Мне казалось, что из шкафа кто-то смотрит, что под кроватью кто-то дышит. Я плакала, звала маму. Она включала ночник – маленькую лампу в виде зайчика – и страх уходил. Зайчик светил всю ночь. Он светил, когда я пошла в школу, когда сдавала экзамены, когда выходила замуж. Зайчик стал моим талисманом. Я не могла заснуть без его тусклого, желтоватого света. Пахло от ночника нагретым пластиком и спокойствием. Звук – тихое жужжание лампочки – был моей колыбельной.
Муж сначала смеялся: «Ты взрослая женщина. Что ты как ребёнок?». Я отмахивалась: «Это моя особенность». Он не настаивал, но иногда выключал ночник, когда я засыпала. Я просыпалась в панике, сердце колотилось, в ушах звенело. Я снова включала свет. Он вздыхал. Мы жили с ночником десять лет.
Я пыталась победить страх и раньше. Первая попытка случилась лет в пятнадцать. Я прочитала умную книжку, где говорилось, что темнота – это просто отсутствие света, и бояться нечего. Я выключила ночник, легла и… пролежала с открытыми глазами до утра. Мне казалось, что тени на стене движутся. Я слышала каждый скрип половиц и воображала, что это шаги. К утру я была измотана и разревелась. Включила ночник и уснула как убитая.
Вторая попытка – в двадцать лет. Я решила, что побеждать страх надо постепенно. Каждый вечер я выключала свет на пять минут и сидела в темноте, считая про себя. Первые дни было невыносимо, но я держалась. На четвёртый день я продержалась десять минут. На пятую ночь мне показалось, что в углу кто-то шевелится, я завизжала и включила свет. Больше не пробовала.
Третья попытка – перед свадьбой. Муж сказал: «Я буду рядом, не бойся». Я выключила ночник, он обнял меня. Я чувствовала его тепло, слушала его дыхание, и страх отступил. Я даже уснула. А через три часа проснулась от того, что он повернулся на другой бок. Темнота снова навалилась, и я снова включила свет. Муж вздохнул, но не сказал ни слова.
После этого я смирилась. Решила: у меня такая особенность, и ничего с этим не поделать. Но однажды, когда мне исполнилось тридцать пять, я поняла, что устала. Устала бояться. Устала зависеть от маленькой лампочки. Я решила: хватит. Буду учиться спать в темноте, чего бы это ни стоило.
Первый шаг. Я выключала свет на минуту. Стояла в ванной, смотрела на своё отражение в зеркале, едва различимое. Пахло мылом и сыростью. В ушах стояла тишина – такая густая, что я слышала собственное дыхание. Я шептала: «Никого нет. Я одна». И глубоко дышала, считая секунды. Через минуту включала свет. Сердце билось, но я не паниковала.
Второй шаг. Я выключала ночник и читала книгу при свете телефона. Потом выключала и телефон. Лежала в темноте две минуты. Кот Персик ткнулся носом в мою руку – мокрым, холодным – и замурлыкал. Я слушала его урчание, гладила его шёрстку – мягкую, шёлковую. Страх отступал.
Третий шаг. Я попросила мужа выключать ночник через час после того, как я засну. Просыпалась – темнота. Я заставляла себя не включать свет. Лежала, сжимала подушку, чувствовала её шершавую наволочку. Через неделю я привыкла.
Кульминация случилась летом на даче. Отключили электричество во всей деревне. Мы остались в полной темноте – ни фонарей, ни ночников, ничего. Я вышла на крыльцо. Небо было звёздным – таким, каким я его никогда не видела. Звёзды были яркими, холодными, далёкими. Пахло ночной прохладой и сухой травой. Я слышала, как сверчок затягивает свою песню. И я не боялась. Я стояла и смотрела на звёзды. Муж подошёл, обнял. Сказал: «Ты молодец». Я улыбнулась в темноте и не включила свет.
Теперь я сплю без ночника. Даже люблю темноту – она успокаивает, укрывает, как одеяло. Теперь я знаю: страх живёт только в голове. А темнота – это просто отсутствие света. И звёзды.
А вы боитесь темноты? Или уже перестали? Расскажите, я знаю, что не одна такая.