Платон Пантелеймонович Похотливый восседал у окна кофейни, излучая такое запредельное благочестие, что вокруг его козлиной бородки едва не порхали херувимы.
Он сидел, монументально скрестив ноги, и с легким отвращением созерцал Вселенную, явно недовольный качеством ее сборки. На его челе лежала тяжкая печать академического превосходства над миром, который казался Платону Пантелеймоновичу хрупкой хрустальной вазой, которую человечество нагло использует вместо ночного горшка.
«Как глубока и трагична осень в этом году, – размышлял Платон Пантелеймонович, поправляя пенсне. – Какое тонкое созвучие эпох мы наблюдаем в геополитическом пространстве. Процессы глобализации заставляют нас искать новые парадигмы существования. Общество жаждет аутентичности, возврата к истокам, к чистым математическим моделям бытия, способным упорядочить хаос Вселенной».
В этот момент к соседнему столику подошел молодой человек с ноутбуком и громко обратился к приятелю:
– Представляешь, до полночи возился! Наконец-то настроил идеальную эмуляцию старой консоли на новом процессоре, теперь игры тридцатилетней давности летают без багов.
Платон Пантелеймонович вздрогнул. Слово «эмуляция» ударило его в самое сердце, запустив в голове шестеренки необратимого ментального сдвига. Он плавно повернулся к юношам, кашлянул и заговорил своим лучшим лекторским баритоном.
– Юноша, вы затронули фундаментальный пласт современной культуры. Эмуляция – это ведь не просто запуск старого кода на новом железе. Это, если хотите, воспроизведение функций одной системы средствами другой. Великое таинство! Когда программная оболочка полностью воссоздает чужую аппаратную среду, заставляя старый софт верить, будто он находится внутри родной микросхемы. Архитектура процессора имитирует чужие регистры, инструкции, тактовую частоту. Потрясающая мимикрия, чистая философия замещения!
Приятели ошеломленно замолчали. Платон Пантелеймонович, почувствовав аудиторию, подался вперед. Глаза его зловеще блеснули, а голос начал стремительно терять академическую строгость, приобретая хриплые, интимные нотки.
– Но ведь если вдуматься шире... Что есть вся эта ваша эмуляция, как не жалкая попытка скопировать первозданную, бурлящую природу? Посмотрите на женщин. Бабы – вот истинные, непревзойденные мастера эмуляции, господа! Каждая вторая сучка эмулирует приличную даму, маскируя свою ненасытную плоть под софтом из кружев и фальшивого стеснения. Они выходят на охоту, надув губы силиконом – чистая эмуляция страсти, аппаратный обман! Ты смотришь на эту кобылу, думаешь, там операционная система высшего порядка, а внутри – первобытный движок, настроенный только на то, чтобы сожрать твои ресурсы и выжать досуха.
Молодые люди попытались отодвинуть стулья, но Платон Пантелеймонович уже перешел на утробный шепот, активно жестикулируя длинными пальцами. Вся его напускная интеллигентность слетела, как дешевая побелка.
– Да-да! Они эмулируют все подряд. Головную боль, когда не хотят раздвигать копыта. Оргазмы – боже мой, да их стоны в постели – это же чистый эмулятор, симуляция звукового драйвера ради того, чтобы ты быстрее закончил и отвалил к стене. Ты пашешь на ней, как старый перегретый системник, пот градом, жилы лопаются, а эта шалава лежит и просчитывает в уме стоимость шмоток. Хитрые, похотливые твари! И вся их жизнь – сплошной поддельный интерфейс, за которым скрывается одна лишь дикая, потная, животная потребность крутить мужиками. Хватит кормить этот фальшивый код, пацаны, они нас за дураков держат!
Приятели притихли, ошеломленно переглядываясь, пока слова Платона Пантелеймоновича медленно доходили до их сознания. Тот, что был в худи, вдруг тяжело вздохнул, закрыл лицо руками и глухо произнес:
– А ведь мужик прав... Моя бывшая точно эмулировала любовь к Доте, чтобы я ей айфон купил.
Второй парень молча похлопал друга по плечу, разделяя общую мужскую скорбь перед лицом вселенского обмана. Платон Пантелеймонович удовлетворенно кивнул, откинулся на спинку стула и с чувством выполненного долга пригубил остывший кофе – сегодня он просветил еще две заблудшие души.
– Да вы, батя, не просто правы, вы гений! – вдруг восторженно воскликнул парень с ноутбуком, со стуком опустив на стол кружку. – Эмуляция бабьего софта – это же готовый стартап! Пропишем алгоритмы, создадим антивирус против женских манипуляций и поднимем миллионы на подписках!
Платон Пантелеймонович от такой идеи сначала даже опешил. Он победоносно оглядел кофейню, гордо расправил плечи и снова нацепил маску почтенного профессора, готового возглавить новую технологическую революцию. Мужское братство в кофейне было скреплено, а мир за окном погружался в вечерние сумерки, пока трое исследователей человеческих душ увлеченно чертили на салфетках схемы женских «багов».
Бонус: картинки с девушками
Подписывайтесь, уважаемые читатели. На нашем канале на Дзене вас ждут новые главы о приключениях эксцентричного Платона Похотливого.