Агентные технологии на базе искусственного интеллекта перестают быть уделом лабораторий и начинают всерьез влиять на глобальную экономику. Крупные корпорации уже активно внедряют их в разработку, аналитику и внутренние бизнес-процессы. Рынок при этом постепенно смещает фокус с разрозненных AI-продуктов на масштабные платформенные экосистемы. О том, как агентный ИИ способен трансформировать управление, конкуренцию и саму структуру бизнеса, в преддверии ПМЭФ-2026 рассказал первый заместитель председателя правления Сбербанка Александр Ведяхин.
По словам топ-менеджера, термин «агентная экономика» подразумевает принципиально новый этап цифровизации. Если раньше ИИ лишь ассистировал человеку, обрабатывая данные или генерируя контент, то теперь он сам становится полноценным цифровым исполнителем. Современные системы способны самостоятельно планировать сложные многоэтапные задачи, интегрироваться с внешними сервисами и выполнять целые комплексы операций без постоянного контроля со стороны человека. В «Сбере», как отметил Ведяхин, этот переход уже ощущается на практике: корпоративные клиенты перестали интересоваться экспериментами и перешли к запросу на внедрение полноценных промышленных решений, таких как GigaChat Enterprise.
Как стало известно «Момент Истины», всего несколько лет назад генеративный ИИ использовался преимущественно для работы с контентом — созданием текстов, кода или изображений. Однако бурное развитие генеративных моделей и облачной инфраструктуры в сочетании с острым кадровым голодом и высокой конкуренцией подстегнуло бизнес к смене парадигмы. Компании теперь требуют от технологий измеримого экономического эффекта и роста производительности, а не просто пилотных запусков. Именно это, по мнению эксперта, и является главным драйвером перехода к системному внедрению агентов.
На первом этапе, как полагает собеседник редакции, эффект будет выражаться в привычном снижении издержек. Однако стратегически изменения окажутся гораздо глубже. Ведяхин прогнозирует появление модели «агент вместо приложения»: пользователь просто ставит задачу, а ИИ-агент сам находит нужные инструменты и доводит дело до результата. Это неизбежно изменит цифровые рынки — компании начнут продавать не функции, а готовый результат. Параллельно возникнут AI-native-компании, изначально построенные вокруг автономных систем, что даст им колоссальное преимущество в скорости масштабирования.
Главный экономический эффект сегодня, по данным «Сбера», достигается за счет радикального ускорения процессов. Наиболее зрелые сценарии сконцентрированы в разработке ПО (где ИИ уже создает более 50% кода), клиентском сервисе и корпоративной аналитике. Агентные системы сокращают циклы согласования и позволяют бизнесу быстрее реагировать на рыночные изменения. Внутри самой экосистемы «Сбера» экономический эффект от внедрения генеративного ИИ превысил 50 миллиардов рублей за прошлый год, а к концу 2026 года компания ожидает его удвоения.
Наиболее восприимчивыми к новым технологиям в России, считает Ведяхин, станут отрасли с большими массивами данных и повторяющимися процессами: финансы, госуслуги, промышленность, логистика и здравоохранение. При этом роль государства, по его мнению, не должна сводиться лишь к регулированию. Оно может выступить как заказчик и инфраструктурный партнер, формируя нормативную среду, поддерживая развитие вычислительных мощностей и образовательных программ. В эпоху агентной экономики наличие собственных AI-платформ становится таким же базовым элементом суверенитета, как интернет или облачные технологии.
Рынок, как подчеркивается, неизбежно движется от отдельных продуктов к платформам, так как агенту требуется сложная инфраструктура доступа к данным и сервисам. Это, по мнению представителя Сбербанка, усилит позиции крупнейших экосистем, но одновременно создаст окно возможностей для новых нишевых AI-native-стартапов. Главным вызовом для России остается дефицит вычислительных мощностей и специалистов, а также готовность самого бизнеса перестраивать процессы.
Заместитель председателя правления Сбербанка убежден, что маркером наступления агентной экономики станет момент, когда люди перестанут воспринимать ИИ как отдельную технологию. Взаимодействие с десятками приложений уйдет в прошлое, уступив место сетям цифровых агентов, координирующих действия в реальном времени. Однако ключевым фактором конкурентоспособности останется способность выстраивать взаимодействие человека и машины, где за человеком сохранится роль стратегического центра принятия решений. Как резюмирует собеседник «Момент Истины», чем автономнее становятся технологии, тем выше ценность человеческой ответственности и доверия к решениям, принимаемым с участием ИИ.