Что за «ваши эксперименты»? Сначала просто уставился в экран телефона, попытался вспомнить, что тогда приключилось. Потом открыл комментарии.
Никогда так не делайте в дачном чате, там уже вовсю кипела жизнь.
— Я сразу говорил, что вдоль канавы ничего сажать нельзя.
— А кто в прошлом году вдоль дороги кусты высаживал?
— Сначала разберитесь, что у кого и в каком месте проросло, потом собрания устраивайте.
Валентина Петровна тоже отметилась.
— Главное, чтобы потом не пришлось всем вместе выкапывать ваши сорняки.
Виктор выступил в роли капитана очевидности:
— Надо порядок наводить.
Зато Николай Иванович, как обычно, внёс сумятицу.
— Достали! Вы ещё 2018 год вспомните.
Небольшая пауза, потом кто-то написал:
— Не надо про 2018-й.
Вроде какая-то глушь, куда ещё добраться надо, автобус ходит раз в 1,5 часа. Но даже здесь накопилось столько взаимных претензий, воспоминаний и загадочных «экспериментов», что новый человек без пол-литра и подробной схемы местности вообще ничего не поймёт.
Уже хотел закрыть чат и отложить разборки до собрания в субботу, тем более у меня свои дела простаивали. Но пришло новое сообщение от председателя.
— Просьба всем обратить внимание на состояние заборов вдоль участков.
После свистопляски с мятой я ожидал чего угодно, но только не этого.
В субботу собрание всё-таки состоялось.
Председатель вышел вперёд, поправил очки и попытался сразу взять ситуацию под контроль.
— Давайте спокойно. Сейчас речь идёт о состоянии заборов вдоль участков.
— А чего на них смотреть? — тут же раздался голос откуда-то сзади. — У кого забор есть, тот и так знает, в каком он состоянии.
— Вот именно, — поддержала Валентина Петровна. — У некоторых уже ботанический сад! Какой там забор?
Виктор закашлялся.
— И растения через щели лезут.
— А у вас краска с забора третий год кусками свисает, — заметил кто-то из соседей.
— Мы сейчас не про краску говорим, — нахмурился Виктор.
— Конечно, не про краску, — не сдавался тот же голос. — Пока к вам мята не пришла, всех всё устраивало.
Председатель поднял руку.
— Коллеги, я прошу вас. Нужно привести заборы в порядок. Иначе потом опять будете искать виноватого.
Николай Иванович заулыбался, руки в боки.
— Слушайте, будто у нас когда-то было по-другому.
— А чё искать? — неожиданно подала голос женщина в цветастой панаме. — Вон сидит.
Посмотрела в мою сторону.
— А я-то тут при чём? — не выдержал я.
Виктор пожал плечами.
— Пока не знаем. Но после мяты доверия к вашим экспериментам стало поменьше.
По рядам пробежал смешок.
— Да какие ещё эксперименты? — возмутился я. — Я чай с мятой хотел пить.
— Все они сначала чай пить хотят, — философски заметил Николай Иванович. — А потом у людей ваше хозяйство в малине растёт.
Председатель тяжело вздохнул.
— Так. Ещё раз. Вопрос первый. Заборы.
— У Семёныча доски почернели, — сообщил кто-то.
— Чего?! Зато стоят крепко, — тут же донеслось с другого конца.
— Да мало ли что у тебя стоит!
— У Петровых вьюнок всё затянул.
— Так красиво же.
— А если через три года он у меня в теплице вылезет?
— Тогда и поговорим.
Председатель снял очки, устало посмотрел на собравшихся и произнёс:
— Я всего лишь хотел попросить вас, чтобы вы привели свои участки в порядок.
— Так мы и приводим, — сказала Валентина Петровна. — Просто каждый по-своему понимает порядок.
Что самое неприятное, спорить с ней было сложно.
Председатель поморщился.
— Коллеги, давайте всё-таки ближе к теме.
— Так мы и по теме, — не согласилась Валентина Петровна. — Сначала заборы до такого состояния доведут, потом удивляются, что у них там всё через щели растёт.
Сам не заметил, как повернулся и начал свой участок разглядывать.
Если честно, до сегодняшнего сорнячного галдежа мне казалось, что с моим забором всё нормально. Стоит себе и стоит. Но чем дольше я на него смотрел, тем меньше уверенности у меня оставалось.
Местами доски уже посерели, где-то краска сошла, внизу зелень действительно начала пробираться через щели.
Виктор тоже проследил за моим взглядом.
— Во-о, — протянул он. — А говорил, что у него всё под контролем.
— Да я вообще-то про мяту говорил, — попытался оправдаться.
— Они все сначала про мяту говорят, — философски заметил Николай Иванович.
Как-то само собой все перешли к следующему пункту собрания, а я всю дорогу домой думал про этот забор, будь он неладен.
Вечером открыл ноутбук и полез смотреть, чем вообще сейчас обрабатывают старые деревянные заборы, поскольку я реально не в теме. В Максидоме как раз весь июнь действуют скидки до 30% на лаки и краски. Признаться честно, минут 20 выбирал, чем всё это добро облагородить, чтобы от меня отстали. Сначала думал про цвет.
Потом понял, что мне для начала хоть какое-нибудь средство найти надо, после которого забор не начнёт разваливаться от первого же дождя.
На следующей неделе приехал на дачу с банками краски, кисточками и твёрдым намерением наконец-то заняться делом.
Не успел открыть калитку, как услышал знакомый голос.
— О-о, — сказала Валентина Петровна, ещё так внимательно всматривалась, что я принёс. — За ум взялись?
— Скорее за кисточку, — попытался улыбнуться, но получилось криво.
Виктор выглянул из-за забора.
— Вы только смотрите, без ваших этих…экспериментов.
— Каких ещё экспериментов?
— Да кто вас теперь знает, — пожал плечами он. — Сначала мята, потом заборы…
— Вы только цвет аккуратно выбирайте, — вдруг сказал Николай Иванович.
— В смысле? — не понял я.
— В прямом. Из-за зелёного уже ругались.
Я даже кисточкой не так провёл.
— Это как?
— А вот так, — махнул рукой Николай Иванович. — Одни говорили, что зелёный забор с травой сливается. Другие утверждали, что это самый естественный цвет.
— Коричневый надо брать, — вмешался Виктор. — Как у нормальных людей.
— Это кто вам сказал, что он нормальный? — возмутилась женщина в цветастой панаме, проходившая мимо. — У меня вон серый, и ничего.
— Голубой точно нельзя, — неожиданно заявил Николай Иванович.
— Почему это? — заинтересовался я.
— Вы что, историю с калиткой забыли?
Повисла тишина.
— Это когда у Зинаиды Петровны сын приехал и решил участочек «освежить»? — уточнила Валентина Петровна.
— Во-во, — закивал Николай Иванович. — Покрасил калитку в голубой. Потом весь сезон объяснял, что это дизайнерское решение.
— А люди весь сезон пытались понять, что именно он хотел этим сказать, — добавил Виктор.
— Да он ещё и лавочку в такой же цвет выкрасил, — вспомнила женщина в панаме.
— Точно! — оживился Николай Иванович. — А потом удивлялся, чой-та его обсуждают.
Стоп! Где заканчивается обычный разговор про забор и начинается очередная глава местного дачного галдежа?
К вечеру я наконец-то закончил первую секцию забора. Отступил на несколько шагов, посмотрел.
Вроде получилось неплохо.
Уже дома открыл дачный чат, наверху висело новое сообщение от председателя.
— Уважаемые соседи. По поводу цвета заборов тоже нужно договориться отдельно.
Ниже уже появились новые ответы.
— Только не зелёный.
— И не голубой.
— А кто вообще сказал, что заборы должны выглядеть одинаково?