Лидия Сергеевна Ларионова: «Мой путь в Губкинский университет был совсем не простым. Я родилась в семье, где никто не был связан с высшим образованием.
Моя мама, Александра Ивановна, стала первой не только в нашей семье, но и во всей деревне, кто решил получить высшее образование. В 1930-е годы она четыре раза пыталась поступить в институт в Москве. Первые три попытки оказались неудачными из-за социального происхождения. И только на четвёртый раз её приняли.
Мама была математиком и сумела передать мне любовь к этому предмету. После школы я поступила на математический факультет педагогического института, окончила его и шесть лет работала в школе. Позже судьба привела меня сначала в Московский энергетический институт, а затем в Московский институт нефтехимической и газовой промышленности имени И.М. Губкина.
На кафедру высшей математики я пришла ассистентом. Большое влияние на меня оказал заведующий кафедрой Меджид Азизович Гусейнзаде — выдающийся учёный, человек огромной эрудиции и неиссякаемой энергии. Благодаря ему я постепенно втянулась в научную работу.
Путь к кандидатской диссертации оказался долгим. Наука требовала времени и сил. Бывало, что мы с коллегами до двух-трёх часов ночи работали в вычислительном центре, потому что днём все машины были заняты. Но семья всегда поддерживала меня. Когда я сказала мужу, что хочу заниматься наукой и защищать диссертацию, он ответил: «Если хочешь учиться — я тебя поддержу». И действительно взял на себя часть домашних забот.
В 1982 году я защитила кандидатскую диссертацию. Позже работала заместителем декана факультета автоматики и вычислительной техники, а затем вновь полностью сосредоточилась на преподавании.
Когда росла моя дочь, она часто бывала в институте. Помогала мне готовить материалы для диссертации, сверяла перфокарты, подписывала чертежи. Можно сказать, что её знакомство с университетом началось задолго до поступления.
До сих пор вспоминаю семейную историю. Однажды я привела шестилетнюю дочь на работу. В коридоре нас встретил Меджид Азизович, наклонился к ней и спросил: «Ты что, учиться сюда пришла?» Она серьёзно ответила: «Нет, я в детский сад хожу. Мне ещё школу закончить надо. Придётся вам подождать». Через много лет именно под его руководством она защитила свою диссертацию.
Когда пришло время поступать моим внукам, у них тоже не возникало вопроса, куда идти учиться. Они выросли в атмосфере университета и жили его жизнью так же, как и мы».
Екатерина Сергеевна Калашникова: «Я являюсь вторым звеном нашей университетской династии.
Хотя я окончила английскую спецшколу, как ни странно, моя основа оказалась технической, язык я любила меньше, чем математику, физику и химию. Особая любовь была у меня к математике и химии. Математика была мне близка с детства. Перед поступлением мама предложила мне поехать на море, но поставила условие: каждый день решать по 30 задач по математике из сборника Сканави для поступающих. Так что мой отдых выглядел довольно необычно: лёжа на пляже, я ежедневно заполняла тетрадь решениями.
За время студенчества мне, конечно, пришлось приложить определённые усилия, чтобы догнать ребят, которые окончили физико-математические школы. Всё-таки я была выпускницей английской спецшколы. Но я нашла для себя выход из этой ситуации. К математике я решила отнестись, как к языку. В итоге сегодня на языке математики я могу разговаривать свободно, практически так же, как на любом иностранном языке.
Около шести лет я работала младшим научным сотрудником в лаборатории Юрия Петровича Желтова. Именно в этот период у меня родились двое детей. И тогда мама сказала мне очень важную вещь: если хочешь не просто видеть детей, а воспитывать их, заниматься их развитием и образованием, нужно иметь возможность распоряжаться своим временем.
Работа младшего научного сотрудника предполагала строгий график — с утра до вечера. Преподавательская деятельность давала больше возможностей совмещать профессиональную реализацию и семью. Поэтому в 1993 году, когда младшему ребёнку исполнилось три года, я перешла на кафедру довузовской подготовки.
Там открылись совершенно новые возможности. Я начала активно ездить по региональным подготовительным отделениям института и благодаря этому увидела множество городов нашей страны. Но через год я поняла, что возможностей для научного роста на кафедре практически нет. Постоянные командировки не оставляли времени для серьёзных исследований и подготовки диссертации.
Именно поэтому я перешла на кафедру высшей математики, чтобы продолжить заниматься наукой.
Моим научным руководителем стал Меджид Азизович Гусейнзаде. Работа над диссертацией заняла несколько лет. Иногда я могла на две недели выпасть из научного процесса из-за других задач и забот. Он был человеком восточным, эмоциональным и требовательным, когда после этого приходила к нему, он обиженно говорил: «Ну, я уже забыл, о чём мы с тобой разговаривали». За это время я многое переосмыслила, правильно расставила приоритеты и уже с новым настроем вернулась к исследованиям.
В итоге в 2000 году я защитила кандидатскую диссертацию, а через год стала доцентом кафедры.
Как и моя мама, я всегда старалась показать своим детям возможности, которые открывает университет. Оба моих сына окончили ту же английскую спецшколу, что и я, а затем поступили в Губкинский университет.
Старший сын, Павел Кириллович, после окончания университета остался работать в вузе. Младший выбрал путь геофизика и сегодня работает в отрасли.
Для меня математика и преподавание остаются двумя удивительными сферами, которые позволяют постоянно развиваться и передавать знания следующим поколениям».
Павел Кириллович Калашников: «Стены Губкинского университета были родными для меня с самого детства. Я часто приходил сюда вместе с мамой и бабушкой на кафедру высшей математики.
До сих пор помню один весенний день: солнечный свет заливал аудиторию, на подоконниках стояли растения, вокруг были люди, которые любили своё дело. Наверное, тогда и появилось ощущение, что это место — часть моей жизни.
Поэтому, когда пришло время выбирать университет, у меня было чёткое понимание, что поступать я буду именно сюда.
Учёба была непростой. Особенно серьёзно приходилось готовиться по математике и физике. Но именно этот фундамент впоследствии позволил мне не только успешно учиться, но и заниматься научно-исследовательской деятельностью.
Уже на втором курсе я начал работать в науке. Большую роль в моём развитии сыграли преподаватели и научные руководители, которые помогли найти своё направление и довести исследования до защиты кандидатской диссертации.
Сегодня моя жизнь по-прежнему связана с университетом. Но для меня Губкинский университет — это не только наука и образование. Это ещё и сообщество людей, атмосфера творчества, дружбы и возможностей.
Сейчас я уже сам привожу сюда своих детей — на дни открытых дверей, новогодние праздники, университетские мероприятия. Очень надеюсь, что со временем они тоже почувствуют эту особую атмосферу и станут частью нашего большого университетского сообщества.
Для нашей семьи Губкинский университет давно стал чем-то большим, чем просто место учёбы или работы. Это место для единения и возможностей».