– Да что же это творится-то? Господи, твоя воля... – причитала Юлия Николаевна. – Родную кровинушку мою куда ты увезти собралась? Деточку мою золотуюююю!
Ольга молчала, утрамбовывая одежду Веры в сумку. Юлия Николаевна не уходила, продолжая маячить на пороге комнаты и наблюдать за каждым движением Ольги.
– Как ты можешь так с ней поступать? – голос Юлии Николаевны сорвался на визг. – Куда ты девочку увозишь? В свою дыру проклятую? У Верочки там никакого будущего не будет! Ты хоть это понимаешь?
Ольга подняла на Юлию Николаевну злой взгляд.
– Вы меня отчитываете? – спросила Ольга. – Сыну своему претензии высказывайте! Это он мне изменил! Он, а не я! И я решила развестись с ним! Поэтому мы с дочкой поедем в мой родной город! Все! Это не обсуждается!
Юлия Николаевна охнула, отшатнувшись от такого напора.
– Ты должна была его простить, ради семьи, ради ребенка, – заявила Юлия Николаевна. – Ты же такая хорошая, такая добрая! Или придурялась?
– Я добрая, но к тем, кто добр ко мне, – ответила Ольга. – К трусам и предателям я отношусь соответственно. А теперь, Юлия Николаевна, уходите. Мне еще вещи упаковать нужно. А вы мешаете.
Ольга вытолкнула Юлию Николаевну в подъезд. Свекровь пробовала сопротивляться, хватая ее за руки, но Ольга захлопнула дверь, отсекая этот поток претензий...
...Последняя неделя превратилась для нее в ад. Ольга случайно узнала об измене мужа – Егор не успел удалить сообщение в телефоне. Правда вскрылась, и скандал разгорелся с такой силой, что, казалось, стены не смогут их сдержать. Егор, естественно, пытался переложить вину на Ольгу. Он кричал, что жена сама довела его до этого. Но Ольга больше не видела в этом человеке мужа. Перед ней стоял никчемный предатель, которому на нее было плевать.
Ольга сообщила, что разведется с ним...
Ольга застегнула последний чемодан и обвела взглядом квартиру. Шесть лет здесь копились вещи, надежды и фальшивые обещания. Она крепко взяла Веру за руку и вышла из дома. За дверью осталась жизнь, которую Ольга больше не хотела называть своей.
В поезде Ольга не могла оторвать глаз от окна, а сердце ее разрывалось от боли... Поля сменялись густыми лесами, увозя ее все дальше от предательства Егора.
– Мамочка, а папа приедет к нам? – спросила Вера, прижимаясь к матери.
– Нет, Вера, папа не приедет, – ответила Ольга.
Ольга не могла осознать, как все разрушилось в один момент. У них была крепкая семья, уютный быт, планы на десятилетия вперед, а потом Ольга нашла те самые сообщения в телефоне мужа. Предательство Егора казалось нелепой ошибкой, в которую невозможно было поверить даже сейчас...
...На перроне Ольгу встретила ее мать Валентина Петровна. Она молча забрала тяжелые сумки и помогла Вере дойти до старенькой машины. Дорога к дому, где Ольга выросла, заняла почти два часа. Покосившийся забор все так же скрипел, а чистенький огород радовал привычными яркими цветами.
– Прорвемся, Оля, ничего, милая, – сказала Валентина Петровна. – Не впервой нам беды разгребать.
– Спасибо, мам, – ответила Ольга.
...Первые две недели прошли в тишине и попытках прийти в себя после скандалов. А потом начался суд, превратившийся в настоящий кошмар для обеих сторон. Егор не желал отступать и настаивал на единоличной опеке над Верой, используя все доступные рычаги влияния.
– У тебя ни работы нормальной в этой глуши, ни условий для ребенка, – заявлял Егор в коридоре суда. – Вера должна расти в городе, а не в дыре.
– Ты об этом думал, когда к другой женщине уходил? – спросила Ольга. – Поздно теперь о благе дочери печься.
Ольга сутками изучала законы, искала аргументы и боролась за право оставить ребенка у себя. В итоге ей удалось победить, и суд оставил Веру с ней.
А Егора будто выключили вместе с этим решением.
За полгода он ни разу не приехал, чтобы навестить дочь. Бывший муж перечислял алименты на карту, исправно выполняя формальные обязательства перед законом. Ольга вычеркнула Егора из своей жизни, сосредоточившись на работе и воспитании Веры.
...Наступило жаркое лето, наполненное стрекотом кузнечиков и спокойным, размеренным бытом. Как-то вечером Ольга пропалывала грядки, когда услышала, как кто-то настойчиво позвал ее по имени из-за калитки.
Ольга подняла голову, вытирая ладонью лоб. За калиткой, в облаке дорожной пыли, маячила фигура Юлии Николаевны. Бывшая свекровь энергично взмахнула рукой, требуя внимания. Ольга медленно пошла к выходу, чувствуя, как внутри закипает глухое раздражение.
– Здравствуй, – выпалила Юлия Николаевна, едва замок щелкнул. – Ну и дыра у вас, я чуть не заплутала покуда нашла, даже указателей нормальных нет.
– Зачем вы приехали? – отрезала Ольга. – Еще и без предупреждения.
– К внучке приехала, нельзя что ли? – парировала Юлия Николаевна.
Ольга смотрела на женщину, которая полгода не удосужилась даже позвонить. Ей было плевать на Веру, пока та переживала развод и привыкала к новому дому. Теперь же Юлия Николаевна стояла перед ней, картинно поправляя платок.
Они прошли в дом. Валентина Петровна, услышав шум, поднялась навстречу. Вера тоже вышла встречать гостей.
– Ах, как ты выросла, золотая моя девочка, – запричитала Юлия Николаевна, не сводя глаз с ребенка. – Я так давно тебя не видела, совсем ты бабушку не навещаешь, забыла меня.
– Вера ходила в садик, – произнесла Ольга. – Осенью в школу пойдет. Ей некогда навещать бабушку.
Юлия Николаевна осеклась, явно не ожидав такого отпора. Ольга смотрела на бывшую свекровь, не отводя взгляда и не собираясь оправдываться за свою жизнь. Раньше она сжалась бы, извиняясь за «занятость», но теперь страх перед этой женщиной исчез.
– Могла бы и позвонить, – заметила Юлия Николаевна. – Я же скучаю.
– Вы скучали? – уточнила Ольга. – Не заметила этого за полгода.
Юлия Николаевна проигнорировала вопрос. Она подошла к Вере и натянуто улыбнулась.
– А ты, Верочка, не хотела бы пожить с папой? – спросила Юлия Николаевна. – Он так по тебе соскучился! Так тебя любит, так любит...
Вера перевела испуганный взгляд на мать. Ольга видела, как дочь сжимает края футболки, не понимая, что происходит. Ольга решила действовать на опережение, чтобы оградить ребенка от грязных игр свекрови.
– Мам, сходи с Верой в магазин за мороженым, – бросила Ольга, не сводя глаз с гостьи. – А мы с Юлией Николаевной пока закончим наш разговор.
Валентина Петровна, поняв все без лишних слов, взяла внучку за руку и вывела ее из дома. Как только дверь закрылась, маска доброжелательности на лице Юлии Николаевны треснула.
– Вы совсем потеряли связь с реальностью? – спросила Ольга. – По решению суда Вера живет со мной. На каком основании вы позволяете себе говорить подобные вещи в моем доме?
Юлия Николаевна выпрямилась, и в ее взгляде появилось нечто жесткое, расчетливое. Она больше не изображала скорбящую по внучке бабушку.
– А чего ты ждала? Что я позволю тебе растить мою внучку в этой глуши? – отрезала Юлия Николаевна. – Вера будет жить с отцом, дорогуша. А ты будешь приезжать на выходные, если мы соизволим тебя принять. Мы апе.лляцию в суд подали!
Ольга рассмеялась, хотя внутри все клокотало от ярости.
– Идите-ка вы куда подальше со своей апе.лляцией! – ответила Ольга. – Я вам дочь не отдам. Никогда. Вы хоть представляете, что я скажу в зале заседаний? Расскажу, что ваш сын за полгода не позвонил дочери ни разу! Скажу, каким замечательным отцом он стал после развода. Посмотрим, на чью сторону встанет судья.
Юлия Николаевна потеряла самообладание и перешла на крик.
– Это моя родная кровь! Ты не имеешь права лишать меня внучки!
– А что изменилось? – Ольга сделала шаг вперед. – Вы полгода не вспоминали о ее существовании. Почему именно сейчас решили устроить этот цирк? С чего вдруг такая внезапная нужда в общении? С чего такая любовь?
Юлия Николаевна на мгновение осеклась, ее уверенность пошатнулась. Ольга поняла, что ударила по самому больному месту, она почувствовала, как свекровь теряет равновесие.
– Егор женился, – процедила Юлия Николаевна сквозь зубы. – Девушка из обеспеченной семьи. У нее есть сын от первого брака, и она категорически против общих детей. Но Верочка – наша наследница! Она должна быть рядом, под боком у отца.
Ольга не могла поверить своим глазам. Бывшей свекрови была нужна не внучка, а продолжение рода, инструмент для сохранения статуса.
– Проваливайте, – произнесла Ольга. – Я вам дочку не отдам! Она не ваша собственность, запомните это! И, судя по всему, Егору Вера не сильно нужна. Так что оставьте грандиозные планы при себе, и уходите. И больше не смейте появляться здесь. Никогда.
Когда Валентина Петровна вернулась с Верой, дом опустел.
– Мам, а где бабушка? – Вера удивленно осмотрела комнату. – Я ей купила мороженое.
– Бабушка вспомнила о срочных делах и уехала, – ответила Ольга, стараясь говорить спокойно.
Дочь кивнула, не задавая лишних вопросов, и скрылась в своей комнате. Валентина Петровна подошла к дочери и, вглядевшись в ее лицо, тихо спросила:
– Вернется она?
Ольга покачала головой, чувствуя, как с плеч спадает огромный груз.
– Нет. Она не вернется больше никогда. Она поняла, что это бессмысленно...
Дорогие мои! Кто хочет читать мои рассказы днем раньше, чем в Дзен, подписывайтесь на мой канал в Максе. Все открывается без проблем и ВПН. И кто, не смотря ни на что, любит ТГ - мой канал в Телеграмм.