Рита с трудом открыла глаза — тело казалось свинцовым, а в голове всё ещё крутились вчерашние мысли. Паша мирно спал рядом, слегка раскинувшись, и она осторожно, чтобы не разбудить его, выбралась из‑под одеяла.
В ванной она взглянула на себя в зеркало и вздрогнула: тёмные круги под глазами, растрёпанные волосы, следы слёз на щеках. «Надо взять себя в руки», — твёрдо сказала она себе, включая воду. Холодные брызги немного привели её в чувство.
Рита позавтракала, оделась и уже торопливо собирала вещи, проверяя, всё ли взяла, когда в дверь позвонили. На пороге стояла няня — как всегда, пунктуальная и улыбчивая.
— Доброе утро! Вижу, я вовремя, — сказала она, снимая куртку.
— Спасибо вам огромное, — искренне поблагодарила Рита. — И за вчера особенно, вы так помогли с детьми и по дому…
Слова благодарности застряли в горле, но она заставила себя сказать:
— Большое спасибо… Простите, что не поблагодарила вас вчера как следует. Вы столько сделали, а я даже не заметила сразу…
Няня улыбнулась:
— Да что вы, не стоит. Мне в радость помочь. Вижу, что вы устали, так что это самое малое, чем я могу помочь.
У Риты защипало в глазах, но она сдержалась.
— Всё в порядке, не переживайте, — мягко ответила няня. — Всё будет хорошо.
Рита ещё раз кивнула, подхватила сумку и выбежала из квартиры.
На работе день сразу пошёл не так. У секретаря Рита поставила подпись и уточнила про стимулирующие выплаты. Предчувствия женщину не обманули— в этом месяце ей выплатят только оклад.
«Платежи по ипотеке, садик, лекарства… — лихорадочно считала она в уме. — Как теперь свести концы с концами?»
Слезы подступили неожиданно. Она вышла в коридор, прислонилась к стене и заплакала — тихо, стараясь не привлекать внимания.
— Рита? — рядом появилась Ольга. — Что случилось?
Рита вытерла глаза, пытаясь собраться.
— Ничего, просто…
— Я знаю, о чём говорят в учительской, — перебила Ольга. — Про твоего бывшего и его новую пассию. Ангелину, в начальных классах работает. Не обращай внимания, поговорят и перестанут.
Рита не смогла ничего ответить, кивнув, она быстро зашагала по коридору в свой кабинет. В голове билась одна мысль - "Бывший муж встречается с моей коллегой!"
К счастью была перемена. Закрыв дверь, женщина трясущейся рукой зашла на сайт школы и отыскала фото. Молодая девушка, лет 25, с лучезарной улыбкой. Стройная, ухоженная, с макияжем и модной стрижкой.
Обида обожгла изнутри. Рите стало обидно до слёз: Андрей так легко начал новую жизнь, будто их совместное прошлое ничего не значило. Без забот, без терзаний — просто перевернул страницу и пошёл дальше.
«А я всё та же, — мелькнуло в голове. — Усталая, располневшая, с кучей проблем…»
Рита машинально открыла шкаф, достала коробку с конфетами — теми самыми, нелюбимыми, что лежали там с сентября. Одна за другой конфеты исчезали, а вместе с ними — остатки самоконтроля и сил. Сладкий вкус ненадолго заглушал горечь, но пустота внутри оставалась.
День прошёл как в тумане. Мысли путались, время текло странно — то замирало, то мчалось вперёд.
На автомате Рита вернулась домой и зашла в свою комнату переодеться, а выходя мельком взглянула в зеркало. Отражение не радовало: усталые глаза, седые корни у висков, складки на талии, выпирающие из‑под домашней футболки.
— Сто килограммов, — прошептала Рита. — какой ужас...
В кармане зажужжал телефон. Она вздрогнула, схватила его, надеясь увидеть имя «Сергей», но это было уведомление о платеже по ипотеке — напоминание, что через три дня нужно внести очередную сумму. А после снятия стимулирующих выплат денег едва хватит на самое необходимое.
Когда Рита вернулась на кухню, её ждал сюрприз: на столе благоухал пирог. Няня откинула с него полотенце.
— Я увидела остатки сметаны и подвядшие яблоки, — пояснила она. — Решила испечь, чтобы не пропали.
Аромат корицы и яблок наполнил комнату, но вместо радости Рита почувствовала укол стыда. Почему она сама не догадалась использовать продукты вовремя? Почему у неё вечно что‑то пропадает, портится, уходит в мусор?
- Спасибо вам большое, что бы я без вас делала.
Няня попрощалась и ушла, даже отказавшись попробовать. Рита налила себе и детям ароматный чай и отрезала по куску пирога. Вкус оказался неожиданно приятным, но мысль о том, что это вредно при её весе, не давала покоя. Тем не менее, она доела все до конца — будто в наказание самой себе.
Дети, сытые и довольные, убежали в детскую. Рита встала. За окном шумела улица: смех детей, гул машин, чьи‑то голоса. Жизнь шла своим чередом — яркая, быстрая, а она будто застыла в какой‑то серой паузе.
Из детской донёсся голос Паши:
— Мам, ты где?
— Здесь, солнышко, — отозвалась Рита, быстро вытирая глаза. — Что случилось?
— Я не могу найти динозавра! Того, зелёного, с шипами.
Рита вздохнула и пошла в комнату. Пока искала игрушку под кроватью, пока утешала Пашу, пока укладывала его спать, мысли немного отступили. Но стоило закрыть дверь детской, как тяжесть снова навалилась.
Она прошла в гостиную, включила тусклую лампу. Взгляд упал на блокнот, который лежал на краю стола — тот самый, с планами и графами «Радости дня». Рита открыла его. Взяла ручку, задумалась. Пальцы дрожали.
«Сегодня…» — начала она писать, но остановилась. Что написать? Что она съела коробку старых конфет? Что расплакалась из‑за денег? Что завидует бывшему мужу, который, кажется, счастлив?
Ручка замерла над бумагой. Потом медленно вывела:
«Сегодня няня испекла пирог. Он был вкусный. Дети смеялись, когда ели.»
Ещё одна строка:
«Ольга подошла на перемене и просто посидела рядом. Не спрашивала ни о чём. Просто была рядом. Сергей перевел деньги на оплату еще двух дней няне».
Рита закусила губу и перечитала написанное. Всего три строчки, но почему‑то стало чуть легче. Будто в темноте зажёгся маленький огонёк.
Да, проблем не стало меньше. Деньги, работа, бывший муж, вес — всё осталось. Но вдруг оказалось, что она не одна. И, может быть, это уже что‑то значит.
Собравшись, Рита начала готовить голубцы. Механически, будто на автопилоте. Потом убрала контейнер на завтра — привычка, которую она решила не бросать, чтобы не срываться на еду, которая приносит только самобичевание.
«Может, завтра будет лучше?» — подумала она, но сама в это не поверила. Завтра будет так же — работа, дети, проблемы, одиночество. И всё те же вопросы без ответов.
Но где‑то глубоко внутри теплилась крошечная надежда — что однажды всё изменится. Что найдётся кто‑то, кто увидит её настоящую. И что она сама научится верить в себя снова.
Читать далее:
Предыдущая глава: