Попался мне надысь, на глаза фильм "Мужики" и вновь всколыхнул во мне мутные воды.
Уж я как-то разок писал об этой драматической истории, достойной белозубого "Болливуда". Вот бы кто индийцам такой сюжет подкинул, ох бы они и спели о нём и станцевали до полного изнеможения босоногих чресел. Позвенели бы анклетами в ярких сари, поколотили бы загорелыми пятками по кофейной индийской земле.
Этож надо этакой зигзаг изобразить! Годы тоски и скитаний и богоугодный всеспасительный финал, омытый слезами. Слаще мёда сюжет, дороже пряных специй.
А началось всё с матушки, да продлит Заратустра её годы, что, не разобравшись в вопросе, настрочила Пашке на службу гнусный пасквиль и так живописала грехопадение Насти, что наш герой испытал жгучий стыд, настолько пронзительный, что, совершенно потеряв аппетит, с трудом дослужил срочную и равнул сизым голубем на севера за длинным шахтёрским рублём.
Родные мазанки ему стали поперёк середыша, и решил он своих сродников и беспутную Настю боле не навещать, ибо то, что написала ему матушка, была чем то запредельным даже для его бродяжьей души.
Ох, и мамка, три класса церковно приходской, а поди ж ты, до каких высот сподобилась, какой талант к сочинительству и наветам сгинул в этой милой старушке, чья молодость пришлась на печально памятный тридцать седьмой.
Но и Настя оказалась гордячкой первостатейной. Пропал голубок где-то на ратной ниве, а она ни гу-гу. Может его где на учениях макетом гранаты по темечку ударило, и лежит он в лазарете в полном беспамятстве, позабыв, что в далёком селе его неотрывно ожидает дроля, чтобы в ту же секунду, по прибытие героя, бежать с ним в сельсовет, дабы расписать на бумаге их незаконные чувства, что в впоследствии назовут Полинкой.
Неа! Сидит, помалкивает, ребёночка народила, а что, да от кого, то секрет.
Что бы ей было не прийти к дедам, да в ноги им не поклониться, сказать, вот маменька, вот тятенька, теперь я в дочери к вам поступаю, ибо эта лялька внучка ваша законная. Мне её Пашке перед армией благословил да на сбережение передал, а я её в теле своём взрастила да на свет божий произвела.
Командуйте мной как собственной, но тепереча с дома вашего я не ногой, ибо я теперь с Пашкой небом венчанная, а как воротится соколик домой, мы и в сельсовете печать поставим. Большую и круглую, чтобы значит всё было чинно и благородно. По-старому.
Куда там. Словно немая ходила по деревне, от позора мыкалась, но слова не проронила. Ибо... Тут слово нехорошее просится, такое, знайте, матерно-резкое. С посвистом. Про разум, незамутнённый интеллектом.
Но и Пашка гусь. Видно, сильно ему пилотка голову пережала, раз он от одного письма любовь порушил и в рудокопы подался. Прям гном какой-то.
Ну, получил ты от мамки писульку, щедро омытую слезами праведного гнева, Прочитал, что юница твоя, с которой ты, словно тать в вечеру в холодной бане лавку мял да в вечной любви изъяснялся, разошлась в ширь да щекой подобрела, налилась дородностью, как колос пшеницей, так что же?
Вызови её на суд, праведный эпистолярный. Напиши ей колкое письмо, где в паре звенящих яростью предложений, перемежая гневные вопросы нецензурной бранью, призови гулящую к ответу и потребуй от неё дать тебе исчерпывающий ответ, было грехопадение або нет.
Ведь можно было так сделать?
Можно, а зачем?
Оказалось, куда проще рвануть к чёрту на рога в края цинги и северных сияний, дабы там, в свободное от трудовых свершений время лакать горькую и, пуская слёзы в стакан, проклинать весь бабский род со времён простодушного Адама.
А деды тоже хороши, уж вроде седые, как пенные барашки на морской волне, а всё сраму бояться. Видят же, что Полинка их роду племени, Зубовский корень в девчонке пророс. И лицом, и ухватками в Пашку пошла. От отца все крошки собрала. Нет бы смирить гордыню да подойти к Насте на откровенный разговор. Так, мол, и так, кайся девка, чьих кровей Полинка?!
И всё бы вскрылось в тот же миг.
Нет, дождалась, когда захирела бабёнка, вконец убитая заботой и людской молвой, и лишь когда горемычная отдала Богу душу, тогда и спохватились.
Ну ладно, бабка непрошлая честную завиноватила. Но дед-то вековой, правильный, а и то, сколько лет чужим умом жил, да жонкины сплетни слухал. Сердцу не доверял.
Но не зря люди бают: когда совесть прижмёт и лиса закукарекает. Вот и Зубовских дедов ожгло. Заспешили каяться, да грех свой сыну на плечи возложить. А хочется спросить, где же вы раньше были?
Все в этой истории хороши. Уж до того гордые, что скулы сводит. Но не нами сказано: во всякой гордыне чёрту потеха. Вот и здесь так получилось, жаль только, что заложниками зубовской камарильи стали дети.
А вы что думаете? Кто здесь прав и есть ли такие?
Быть Добру!
под Чиж&co - Еду, еду
Братцы да сестрицы, не жмитесь на лайки. Вам не в раззор, а мне, как кошке по шёрстке.
А коли взопрело в вас желание тряхнуть тугой купеческой мошной, то вот здесь можно кинуть полташок, або соточку автору на чай с конфеткой и новый ЭВМ.
Боярам жму перста, боярынь лобызаю в уста. Всем peace!
Иные мои публикации: