Ты посмотри, народ православный, что делается, опять щелкопёр Рыжову треплет!? Да что же ты, златоуст артритный, прицепился к тётеньке? Что же ты её икотой изводишь, поминая всуе без конца и края? Вон, что ли, Рису Пису взбодри или поварёшке Кислициной бигуди накрути. Всё нам про Олечку понятно, и "слухать мы боле" про неё не желаем!
Окстись, да уста свои словоблудные крестом осени, дабы ереси оттоль не сыпались. Так-то вот!
Да я и сам хочу эту тему закрыть, но есть у меня хотение договорить. Чтобы наши девочки, ведьмочки и колдуньи, наши лебёдушки, юницы да милфочки, наши царицы, барыни да боярыни поняли, за что мужчины так не любят Ольгу свет Рыжову.
Нам, собственно, плевать, что там у неё за кудельки на голове и настолько ли ужасна та кофточка в жутких розочках, о которой с таким презрением говорила Верочка.
Нам совершенно всё равно, что у кумушки взыграло ретивое, и давно угасшие чувства сорвали резьбу с крана страсти, захлестнув болезную с головой.
И все "подходцы" её по "утоплению" Самохваловой жены, и её напористые домогания нам, в общем-то, понятны. На войне как войне.
Чувства приходят и к лучшим из нас, и противостоять им порой нет мочи, хоть в кулачок зажимай, хоть гузку сморщивай.
Нет, не это вызывает в нас изжогу и несварение, а предательство.
Да-да, предательство, искусно запрятанное под божемилую маску кисоньки-мурысоньки.
Пока эта пройдоха всеми силами "отбивала" себе Самохвалова и заваливала его тоннами амурной макулатуры, её муж излечал серьёзную болезнь.
Язва желудка для того времени если и не звучала как приговор, то очень сильно ухудшала качество жизни и в любой момент могла привести к финалу. Её благоверный был навсегда привязан к диетическому столу, к жиденьким кашками на воде, кефиру да минералке, а лишние волнения для него означали неминуемый рецидив хронической болезни.
И что же, вспоминала наша минорная кокетка о своём мужичке, что хворился где-то за тридевять земель, пытаясь справиться с недугом?
Щас!!!
Она здесь, словно мартовская мурка, тёрлась у ног Самохвалова и мурлыкала ему на ушко всякую лирическую похабень.
Вот это самое противное.
А потом, когда её домогания были отвергнуты, Олечка затянула жалостливые стишки и, повязав косынку, пригорюнилась лицом, опустив очи долу. Вот, мол, пожалейте меня горемычную, хотела я любви большой и чистой, а получила коленом под бздею.
Да тьфу тебя жалеть!
Вот так или примерно так нам видится эта Олечка и её "хитроблудное" лисье нутро.
А теперича лирика.)
Товарищи распрекрасные, земные вы мои херувимы, агнцы добра и бескорыстия! Спасибо вам за ваше меценатство и альтруизм души!
Порой на сердце так слякотно и промозгло, что куксится моська лица. Тогда я хандрю. Весь я кукожусь, аки пипка гномика, и, насупив брылья, смотрю в окно, хмуро протирая бровями хладное стекло. Всё кажется ненужным и тщетным. И даже наши с вами редкие теперь эпистолярные встречи блекнут и не вызывают радости.
Но иногда кто-то из вас с большим сердцем и щедрой рукой нет-нет да и отсыплет мне горсточку злата на поддержание штанов. И сразу легче летит бытие и на сердце, аки на воздусях, легко и привольно.
Тогда я говорю себе: Посмотри, баламошка безверный, оказывается, есть в этом мире люди, которые готовы тряхнуть мошной ради твоих каракулей и измышлизмов, да разве можешь ты после такого пребывать в чахлости и упадке!?
И пробуждается во мне интерес к сущему, ибо получается, что и от меня есть толк, и я кому-то нужен.
Так что спасибо вам, яхонтовые мои, за меценатство. И не за ради лишнего медяка, а потому, что всё в этом мире должно иметь свой смысл.
Быть Добру!
под Жанна Агузарова - Верю я.
Братцы да сестрицы, не жмитесь на лайки. Вам не в раззор, а мне, как кошке по шёрстке.
А коли взопрело в вас желание тряхнуть тугой купеческой мошной, то вот здесь можно кинуть полташок, або соточку автору на чай с конфеткой и новый ЭВМ.
Боярам жму перста, боярынь лобызаю в уста. Всем peace!
Иные мои публикации: