Тёмная Долина. Само название говорит за себя. Это не просто клочок выжженной земли, зажатой между холмами. Это символ, бастион и, по сути, колыбель одной из самых анархичных и свободолюбивых группировок Зоны — «Свободы». Для них это не просто база, это их дом, их государство и их главный аргумент в вечном споре с «Долгом».
Ветер здесь пахнет озоном и ржавчиной. Старые, проржавевшие ангары фермы, окруженные покосившимся бетонным забором с колючей проволокой, выглядят как декорации к фильму о конце света. Но внутри кипит жизнь. Это сердце «Воли», как они сами себя иногда называют. Идеология здесь простая и понятная каждому, кто переступил порог: Зона — это не тюрьма и не объект для изучения. Это новая реальность, новый виток эволюции, и доступ к ней должен быть открыт для всех. Никаких заборов, никаких военных кордонов. Свобода для всех и от всего. Именно поэтому их главный враг — «Долг», с его маниакальным желанием «уничтожить» или «законсервировать» Зону.
Жизнь в Тёмной Долине подчинена не уставу, а неписаным правилам братства. Здесь нет парадных построений. В главном ангаре, где когда-то стояли комбайны, теперь расположился импровизированный бар и арсенал. Сталкеры сидят на ящиках с патронами, спорят о природе аномалий, чистят оружие или просто пьют дешёвый самогон. Воздух густой от табачного дыма и запаха оружейной смазки. В углу гудит старый генератор, питая единственный уцелевший компьютер — узел связи и центр планирования операций.
Дела «Свободы» в последнее время были не из лёгких. После потери аванпоста в Лиманске они оказались в своего рода стратегическом мешке. С одной стороны — давящий «Долг», чьи патрули всё чаще подходят к границам Долины. С другой — наёмники, иностранные псы войны, работающие на того, кто больше заплатит, и постоянно прощупывающие оборону анархистов на прочность. Но главной целью всегда оставался Центр Зоны.
Именно поэтому сейчас в штабе, отгороженном от общего ангара брезентовой ширмой, проходило совещание. Командир группировки, седой сталкер по прозвищу Лукаш, водил пальцем по потрёпанной карте.
— Склады — это ключ, — его голос был хриплым от постоянного крика и дешёвых сигарет. — Захватим Военные Склады — получим выход к Бару и Кордону с запада. Отрежем «Долгу» пути снабжения и получим плацдарм для рывка к Центру.
Вокруг него столпились командиры отрядов: Воронин, отвечающий за разведку, и Костяныч, заведовавший всем техническим хозяйством.
— Лукаш, это самоубийство, — устало протянул Воронин. — На Складах сейчас монолитовцы окопались так, что танком не выкуришь. А у нас людей едва хватает держать периметр здесь.
— А что ты предлагаешь? Сидеть тут и ждать, пока нас обложат? — взорвался Костяныч. — Или пока «Долг» не решит устроить нам тут второй Росток? Нет! Надо бить первыми.
Спор прервал резкий писк ПДА. На экране замигало красным: «ТРЕВОГА! ПЕРИМЕТР ПРОРВАН!». Лукаш побледнел.
— Воронин, твои на выход! Костяныч, поднимай всех! Это не разведка «Долга», они бы не лезли так нагло...
Это были наёмники. Они ударили под прикрытием Выброса, когда сенсоры слепли. Группа из пяти-шести профессионалов в тяжёлом снаряжении просочилась через южный сектор. Их целью был не захват ангаров — они бы не удержали их против всей «Свободы». Их целью был хаос и диверсия.
Завязалась перестрелка в лабиринте старых мастерских. Грохот автоматов АКМ-74/2 смешивался с лаем «Грозы» наёмников. Пули выбивали искры из бетонных стен. Свободовцы несли потери, но численное превосходство делало своё дело.
Один из наёмников, понимая, что его зажали в тупике, сделал то, чего никто не ожидал. Он активировал маяк и бросил его в сторону центрального ангара. Через несколько секунд небо над Тёмной Долиной расчертили дымные следы реактивных снарядов.
— ЛОЖИСЬ! — заорал Костяныч.
Удар был страшен. Взрывная волна вынесла ворота ангара и обрушила часть крыши. В одно мгновение база превратилась в огненный ад. Пламя мгновенно охватило ящики с боеприпасами, началась паника.
Лукаш выбрался из-под обломков бетонной плиты, кашляя от едкого дыма. Его взгляд упал на то место, где был узел связи.
— Костяныч! — прохрипел он.
Технический специалист лежал рядом. Его ноги были придавлены балкой, а из разорванного осколками живота на землю вываливались сизые кишки. Но он был ещё в сознании.
— Командир... — прошептал он окровавленными губами. — Они... они ударили по арсеналу... в западном крыле... Там... там контейнеры с экспериментальными образцами... для Лиманска... Если рванёт...
Лукаш всё понял. Там были прототипы защиты от пси-излучения и новые образцы оружия. Взрыв мог уничтожить половину базы.
— Я понял тебя, брат. Отдыхай.
Лукаш поднял свой автомат и выстрелил Костянычу в голову. Это было милосердие. Затем он поднялся во весь рост посреди горящей базы, превратившейся в руины.
— ВСЕМ СЛУШАТЬ МЕНЯ! — его голос перекрыл рёв пламени и треск автоматных очередей снаружи. — Западное крыло! Эвакуировать всё! Выносите образцы! Мы не отдадим им ни пяди нашей земли!
Остатки «Свободы» перегруппировались прямо в огне. Их база была разрушена, но дух не сломлен. Они будут отстраиваться заново. Они будут мстить за Костяныча и за свою Долину. Потому что пока жив хотя бы один из них, пока тлеет уголёк в этом аду — Тёмная Долина останется свободной. А их главной задачей теперь станет не просто захват Складов для доступа к Центру, а выживание самой идеи свободы в этой проклятой Зоне