Очередное утро началось с громкого звонка в дверь. Нина Николаевна посмотрела на часы: ровно семь тридцать. Расписание соблюдалось с пугающей точностью. Она подошла к двери и повернула замок. На пороге стоял ее старший сын Игорь, держа за руки двоих сыновей, а позади него переминалась с ноги на ногу дочь Лена с тремя погодками. Пятеро детей смотрели на бабушку разными глазами, но с одинаковым ожиданием.
— Мам, мы буквально на минутку заскочили, — скороговоркой произнес Игорь, проталкивая мальчишек в прихожую. — Нам сегодня на работу пораньше надо. На совещание.
Лена даже не стала ничего объяснять. Она просто стянула с младшего куртку, бросила ее на пуфик и посмотрела в зеркало, поправляя воротник блузки.
— Пусть они пока в гостиной посидят, — сказала дочь. — Мы вечером заберем. И, мам, проследи, чтобы старший сделал математику, а то у него двойка намечается.
Нина Николаевна открыла было рот, чтобы сказать, что сегодня у нее были совсем другие планы, что она хотела пойти в поликлинику или просто посидеть в тишине, но дети уже развернулись к выходу. Хлопнула дверь. Пятеро внуков остались стоять в коридоре.
Начался очередной день из бесконечной череды одинаковых суток. Нина Николаевна давно забыла, как выглядит покой. В ее просторной трехкомнатной квартире, которая досталась ей еще в советские времена от завода, теперь постоянно царил хаос. Дети бегали, кричали, требовали внимания, еды, развлечений. Бабушка превратилась в бесплатную няню, круглосуточный обслуживающий персонал.
Она прошла на кухню и начала готовить завтрак. Каша варилась на медленном огне. Нина Николаевна смотрела на булькающую массу и чувствовала, как внутри нарастает глухое раздражение. Это было не просто утомление. Это было ощущение, что ее жизнь ей больше не принадлежит. Игорь и Лена приезжали каждый день, привозили детей, ссылаясь на невероятную занятость, важные проекты и нехватку денег на профессиональных помощников. Они постоянно жаловались на тяжелую жизнь, на высокие цены, на то, что им нужно поднимать детей.
Но в последнее время Нина Николаевна стала замечать странности.
На прошлой неделе она случайно услышала телефонный разговор Игоря. Он говорил с кем-то о крупных суммах, о сроках сдачи какого-то объекта, о том, что "старушка уже созрела". Тогда она не придала этому значения, списав на рабочие моменты. Но вчера Лена, забирая детей, обронила из сумки сложенный вдвое лист бумаги. Нина Николаевна подняла его, чтобы вернуть, но взгляд невольно зацепился за текст. Это был план незнакомой квартиры — крошечной студии на самой окраине города. Рядом были написаны какие-то цифры, удивительно совпадающие с примерной стоимостью ее собственной огромной квартиры в хорошем районе.
Пока внуки ели кашу, Нина Николаевна сидела за столом и анализировала происходящее. Накал внутри нее рос. Вспомнились перешептывания детей, их внезапно появившиеся новые вещи, дорогие телефоны, которые никак не вязались с их постоянными жалобами на безденежье. Они явно что-то скрывали.
В обед младший внук случайно опрокинул тарелку с супом на ковер. Нина Николаевна молча взяла тряпку и начала убирать последствия. В этот момент зазвонил домашний телефон. Номер был незнакомый.
— Алло, — устало произнесла она.
— Нина Николаевна? Здравствуйте! Это агентство недвижимости. Меня зовут Роман. Ваш сын Игорь Евгеньевич просил позвонить, согласовать время визита покупателей. Мы можем подойти сегодня к пяти часам вечера?
Нина Николаевна застыла. Трубка в ее руке стала тяжелой.
— Каких покупателей? — тихо спросила она, стараясь, чтобы голос не дрожал.
— Как каких? — удивился Роман. — Покупателей на вашу трехкомнатную квартиру. Игорь Евгеньевич сказал, что вы полностью согласны на размен, переезжаете в студию в спальном районе, а разницу в деньгах передаете детям на улучшение их жилищных условий. Он уверял, что вы устали от такой большой площади.
Нина Николаевна медленно положила трубку на аппарат. В голове складывался пазл. Ежедневное подкидывание пятерых внуков — это не просто наглость. Это был расчетливый план. Они намеренно изматывали ее, доводили до состояния полного истощения, чтобы она согласилась на все, лишь бы получить хоть каплю покоя. Они хотели лишить ее единственного ценного имущества, выселить на окраину в бетонную коробку, а деньги забрать себе.
Входная дверь щелкнула. Это было странно, потому что до вечера оставалось еще несколько часов. Нина Николаевна вышла в коридор. На пороге стояли Игорь и Лена. Они были не одни. С ними находился высокий мужчина в строгом костюме с папкой в руках.
— Мам, мы пораньше, — бодро сказал Игорь, отводя взгляд. — Это вот человек пришел, чтобы просто посмотреть планировку. Ничего особенного. Мы же с тобой говорили, что тебе тяжело одной в таких хоромах.
Нина Николаевна смотрела на своих детей. Интрига раскрылась полностью. Они привели чужого человека оценивать ее дом, пока она нянчила их отпрысков. Они были уверены, что сломленная, уставшая от криков пятерых детей мать прямо сейчас, не глядя, подмахнет любые бумаги, лишь бы этот шум прекратился. Мужчина в костюме уже делал шаг вперед, оценивающе оглядывая просторный коридор и высокие потолки...