О том, что в субботу вечером нужно идти на выставку современных художников, Эвелина узнала от мужа в пятницу вечером.
— Завтра вечером нужно идти на выставку? — уточнила Эвелина.
— Ну да, — ответил Аркадий. — Говорю же.
— А почему ты только сейчас мне об этом сообщаешь? — возмущённо удивилась Эвелина.
— А когда я должен был тебе об этом сообщить, если я сам только сегодня днём об этом узнал, — ответил Аркадий. — Друзья сообщили.
— Но завтра вечером я собиралась с подругами в театр.
— Никуда твой театр не денется. С подругами она собиралась. А эта выставка работает только один день.
— Может, ты без меня сходишь?
— Ты совсем уже? Эвелина! Как ты это себе представляешь? Там будут все уважаемые люди города. Мои влиятельные друзья и знакомые. И серьёзные люди из криминального мира. А я без тебя? Что про меня скажут, ты подумала? Зачем я тогда на тебе женился? А кроме того, эта выставка и тебе необходима.
— Мне-то она зачем?
— Для общего развития, Эвелина. Тебе, в твои двадцать лет, необходимо приобщаться к действительно прекрасному.
— Так я в театре бы и приобщилась. К прекрасному.
— Знаю я эти ваши современные театры. Приобщится она. Ничего прекрасного там нет и быть не может. Не к чему приобщаться. Одна сплошная безнравственность и безвкусица. Куда только руководители в сфере культуры смотрят. На их месте я давно закрыл бы всё это безобразие. Театр! Тьфу. Даже произносить неприятно.
— А современная живопись разве не безобразие?
— Нет, конечно. Современная живопись — это совсем другое дело, Эвелина. Ну как тебе объяснить? Современная живопись, она, понимаешь, очищает.
— Что очищает?
— Душу, Эвелина, что же ещё может очищать современная живопись. Душу! Ты о душе-то своей, я надеюсь, думаешь хоть иногда?
— А зачем мне о ней думать? Мне о ней думать рано. Мне всего двадцать лет.
— О душе думать никогда не рано. Чем раньше задумаешься, тем лучше. А двадцать лет — самый подходящий возраст. Всё лучше, чем проводить вечера в театрах с подругами. Знаю я эти ваши театры.
— Вот когда мне будет, как тебе, сорок, я и подумаю о душе.
— В сорок, Эвелина, женщине уже поздно о душе думать. Сейчас надо. Короче. Вопрос решенный. Завтра вечером идём на выставку выдающихся современных художников. И надень что-нибудь приличное. Всё-таки не в театр идёшь.
***
На выставку Эвелина и Аркадий приехали прилично одетые в шесть вечера. А уже через полчаса Аркадий увидел там бывшую жену.
«Это она, что ли? — удивлённо подумал Аркадий. — Вроде она. Или не она? Да она не одна, что ли. А с кем же, интересно мне знать? С мужчиной, что ли? Ну да. С мужчиной. Так и есть. Да она совсем уже, что ли? Не понимает, что это неприлично? В какое положение она меня ставит? Ведь здесь могут быть наши общие знакомые. Что они подумают?»
Эвелина заметила, что муж куда-то смотрит и что-то шепчет себе под нос, и поинтересовалась, что его так заинтересовало.
— Что? — не сразу понял Аркадий, что от него хочет жена.
— Я спрашиваю, что ты там увидел? — повторила Эвелина.
Аркадий какое-то время непонимающе смотрел на жену.
— Подожди меня здесь минутку, я сейчас, — сказал он, придя в себя и глядя куда-то вдаль. — Мне надо кое-куда сходить.
— Куда? — удивлённо произнесла Эвелина. — В туалет, что ли?
Упоминание туалета навело Аркадия на мысль, что и туда он тоже очень хочет, но сейчас ему было не до туалета.
«Туда я всегда успею, — подумал Аркадий. — Сейчас есть дела куда важнее!»
— Я быстро, — рассеянно ответил Аркадий.
— А я?
— А ты меня в этом зале подожди, — ответил Аркадий.
«Надо к Милане поближе подойти, — подумал он. — Чтобы хорошенько рассмотреть. Вдруг я ошибся? Вдруг это не Милана, а я только напрасно переживаю?»
— Я с тобой, — уверенно произнесла Эвелина.
Аркадий с удивлением посмотрел на жену.
— Не надо со мной, — ответил он. — Сказал же, здесь жди.
— Где здесь? — не поняла Эвелина, оглядываясь по сторонам.
— Здесь — это значит здесь, — ответил Аркадий. — В этом зале. Что непонятно?
— Не собираюсь я тебя здесь ждать, — капризно воскликнула Эвелина. — Вот ещё. Что мне здесь без тебя делать? Тем более в этом зале.
Эвелина ещё раз посмотрела на картину, перед которой они стояли, недовольно сморщилась и снова посмотрела на мужа.
— Что мне здесь делать? — ещё раз спросила она.
— Делай то же, что делают все, — ответил Аркадий. — Картины смотри. Приобщайся к прекрасному. Очищай душу. Тебе этого не хватает.
— Ты вот это называешь картиной?
— А что это, по-твоему?
— Я вообще не понимаю, что здесь нарисовано.
— Не нарисовано, а написано. Картины пишут.
— Ну написано.
— И между прочим, эти картины выдающиеся художники современности писали. В том числе и эту. Знаешь, сколько она стоит?
— И знать не хочу.
— Ну вот и молчи. А если ты ничего не понимаешь в современной живописи, то я тебе уже ничем помочь не могу. Короче, жди меня здесь.
— Делать мне больше нечего, как ждать тебя здесь, — с вызовом ответила Эвелина. — Вот ещё. Я сюда только из-за тебя пришла. А эти твои картины современных художников мне и даром не нужны. Я в них всё равно ничего не понимаю. Жуть какая-то. Забыть бы всё это поскорее, а то ночью заснуть не смогу.
— Ну тогда иди домой, если не понимаешь, и жди меня там, — сердито ответил Аркадий. — Заснуть она не может.
— Ну и пойду.
— Ну вот и иди.
«Надоела, — подумал он. — Два месяца назад только познакомились. Месяц женаты, а она уже характер показывает. Она, видите ли, не понимает современной живописи! Так учись, если не понимаешь. И почему все молодые женщины такие непонятливые? Казалось бы. Ну если вышла успешно замуж за богатого и преуспевающего, так пользуйся. Нет. Им бы всё по театрам с подругами бегать».
— И пойду, — гордо воскликнула Эвелина. — Тоже мне, — ворчала она себе под нос. — Нашёлся! Любитель современной живописи. Только выходной напрасно на него потратила. Лучше бы в театр с подругами пошла. Господи, да где же здесь выход-то? Блин!
Увидев, где находится выход, Эвелина пошла к нему уверенным шагом. Аркадий какое-то время презрительно смотрел ей вслед, а затем почувствовал, что очень хочет в туалет, и хотел бежать туда, но... Вспомнил про бывшую жену и побежал искать её.
***
Аркадий нашёл Милану в одном из залов музея. Но сразу подходить не решился. Потому что рядом с ней был незнакомый ему мужчина. И, судя по тому, как Милана с ним себя вела, Аркадий понял, что между ними всё серьёзно.
«Неужели муж? — подумал Аркадий. — Нет. Быть этого не может. У Миланы какой-никакой вкус имеется. К тому же она ведь десять лет была моей женой и многому у меня научилась. Вряд ли она променяла меня на вот это. Нет-нет. Это просто какое-то недоразумение. Господи, как же мне в туалет хочется. Может, сбегать по-быстрому? Ага, сбегать. Пока бегать буду, они уйдут куда-нибудь».
Милана и её спутник перешли в другой зал. Аркадий пошёл следом за ними. Чтобы его не заметили, он стоял на значительном отдалении перед какой-то современной картиной и переминался с ноги на ногу. Глядя на него, перед картиной останавливались и другие посетители. И тоже начинали внимательно разглядывать картину и переминаться с ноги на ногу.
Но Аркадия не столько волновала картина, сколько мужчина, который был рядом с Миланой.
«Какой он невзрачный, — думал Аркадий, разглядывая его. — Маленький какой-то. И в возрасте. А одет, одет-то как? Как только его сюда пустили? Ему, наверное, лет пятьдесят, не меньше.
Неужели теперь она с ним? Докатилась. Ей же сорок всего! А она? Неужели не могла выбрать кого-нибудь получше? Посолиднее, что ли! Как-никак, а она мать двоих моих дочерей. Должна же соответствовать, а не бросаться на первого встречного. Неужели не понимает?
Сколько мы с ней уже в разводе? Два года? Могла бы за это время найти что-нибудь действительно стоящее, а не вот это. Впрочем, о чём это я? Женщине в сорок лет, да с двумя детьми разве сейчас просто? Нет, конечно.
А я тоже хорош. Нет чтобы помочь бывшей жене, бросил на произвол судьбы. Мало того, что она не получила от меня ничего при разводе, так ещё и всё это время я не интересовался, как она живёт. Даже алименты грошовые платил, скрывая истинные доходы. И вот результат. И теперь моих дочерей будет воспитывать это недоразумение.
Впрочем, отчаиваться рано. Может, ещё не всё потеряно. Может, они ещё не женаты? А я бы нашёл Милане что-нибудь действительно стоящее. Надо будет деньги ей предложить. Тысяч сто. У неё ведь день рождения скоро. Хотя... Сто тысяч — это много. Не юбилей ведь. Сорок один год. Хватит и десяти тысяч».
Час с лишним Аркадий бродил по залам музея, следя за бывшей женой. Даже в туалет не отлучался, потому что боялся, что потеряет Милану из виду, и терпел.
«Приму как испытание, — думал Аркадий, переминаясь с ноги на ногу у очередной картины во время остановки. — Ничего, ничего. Потерплю. И не такое терпел. Верю, что скоро случай представится и он куда-нибудь отойдёт, а Милана останется одна. Верю!»
И случай представился. Мужчина действительно отошёл, и Аркадий тут же подошёл к бывшей жене.
— Милана? — делая вид, что сильно удивлён, воскликнул Аркадий. — Вот где не ожидал тебя встретить, так это здесь. Иду, смотрю — ты. Ну, здравствуй.
— Здравствуй, Аркадий, — спокойно ответила Милана.
— Ты не удивлена?
— А чему я должна удивиться?
— Нашей неожиданной встрече.
— Какая же она неожиданная, если ты уже больше часа за нами ходишь?
«Ах, как скверно, — подумал Аркадий. — Она, оказывается, меня уже давно заметила. А я-то, дурень, скрывался, прятался. Нет чтобы сразу подойти, уже давно бы всё ей сказал и в туалете бы был. Только напрасно терпел.
Но ничего, ничего. Главное — это не подавать виду, что меня слишком это задело. Буду вести себя как ни в чём не бывало. Как будто ничего не случилось, а так и должно было быть».
— А кто это с тобой, Милана? Не муж, случайно?
— Жених. Через месяц свадьба.
— Да ладно.
— Вот тебе и ладно.
— Ты серьёзно?
— Абсолютно.
— Но он намного старше тебя.
— Да ну тебя к лешему, Аркадий.
— И тебе не стыдно, Милана?
— А чего мне стыдиться?
— Он кто по профессии-то? Случайно, не в театре каком-нибудь работает?
— А тебе не всё равно, где он работает?
— Нет, Милана, мне не всё равно. Потому что хоть ты мне уже и не жена, но я всё ещё несу ответственность.
— Какую ещё ответственность ты несёшь?
— За своих дочерей, Милана. Да-да. И нечего на меня так смотреть. Мне, между прочим, небезразлично, чему будет учить моих дочерей твой будущий муж. А чему может их научить этот?
— Научит хорошему. Не сомневайся.
— Вот я и спрашиваю, кто он по профессии.
— Он очень хороший специалист в своей области.
— В какой ещё области?
— Не важно, в какой.
— Нет, Милана, важно. А судя по тому, как он одет, его область больших доходов не приносит.
— Не в деньгах счастье, Аркадий. Главное, что мы с ним любим друг друга.
— Да-да-да. Не в деньгах. Конечно. Любят они друг друга. Ага. Рассказывай мне сказки. Кстати, а как его зовут?
— Сергей Сергеевич.
— Ну что-то типа этого я и предполагал, — криво усмехнувшись, презрительно произнёс Аркадий.
— Тебе не нравится его имя?
— А тебе нравится?
— Ну не всем же быть Аркадием Арчибальдовичем.
— Слушай, Милана, давай серьёзно.
— Что тебе нужно от меня, Аркадий?
И Аркадий начал рассказывать бывшей жене, что ему действительно нужно. Рассказывал минут десять. Мог бы и дольше, но в это время вернулся Сергей, и Аркадий вынужден был уйти. На прощание Аркадий попросил Милану прислушаться к его словам и последовать его советам.
***
— Это кто? — спросил Сергей, когда Аркадий гордо удалился.
— Мой бывший муж?
— Да ладно? Неужели он?
— Он самый.
— Ну надо же.
— Уже давно за нами следил. А когда ты отошёл, решился подойти.
— А что же ты сразу не сказала мне, когда его заметила?
— Не хотела, чтобы он догадался, что мы его заметили.
— И что сказал тебе твой бывший муж? — спросил Сергей.
— Бывший муж, увидев меня с другим, заявил, что разочарован во мне, предложил деньги и вызвался познакомить с кем-то действительно достойным.
— Ну надо же. Денег предложил. А ты что ему ответила?
— А я ничего не успела ответить, потому что ты вернулся.
***
А Аркадий в это время уже вышел из здания, где проходила выставка. Он был так взволнован случившимся, что даже забыл сходить в туалет. Вспомнил, когда вышел.
Хотел вернуться обратно, но встретил Епифана, с которым познакомился около двух лет назад вскоре после своего успешного развода с Миланой. Епифан, как и Аркадий, тоже тогда успешно развёлся с женой.
***
Тогда (два года назад) Епифан и Аркадий познакомились на каком-то экономическом форуме, и им тогда было что обсудить и чем похвастаться друг перед другом.
— Я оставил жену, можно сказать, без всего, — хвастался тогда Епифан. — Разрешил ей забрать только детей и личные вещи: ну там одежда и прочее. А всё остальное, что было совместно нажито на протяжении десяти лет, оставил себе. Деньги, недвижимость. Всё себе оставил!
— И это ты называешь успешным разводом? — язвительно отвечал Епифану Аркадий.
— А что такое? — испуганно удивлялся Епифан. — В чём, собственно, дело? Что не так?
— Успешный развод, — назидательно произнёс тогда Аркадий, — это как у меня. Когда жена с детьми уходит, даже не забрав не то что денег и недвижимость, а даже личных вещей: одежда и прочее. Вот это я понимаю — успешный развод. А ты?
— Думаешь, надо было всё у неё отнять и только детей оставить?
— Конечно, надо было. По-другому с ними нельзя. По-другому они не понимают.
***
Это было почти два года назад. С тех пор Аркадий и Епифан ещё несколько раз пересекались по служебным делам и каждый раз напоминали друг другу о своих успешных разводах.
Они охотно вспоминали всё новые и новые подробности и восторженно делились ими друг с другом. Последний раз это было примерно полгода назад. Тоже на каком-то экономическом форуме. И теперь вдруг такая встреча. На выставке современных художников. Кто бы мог подумать?
— А я тебя здесь специально жду, Аркадий, — сказал Епифан.
Аркадий сразу заметил, что Епифан выглядит каким-то не таким, каким он его знал.
«Какой-то он неуспешный на вид, — подумал Аркадий. — Одежда и всё остальное. И взгляд какой-то потухший. Может, у него всё плохо и мне не нужно с ним разговаривать?»
— А зачем ты меня здесь ждёшь? — осторожно поинтересовался Аркадий, и в его голосе слышалась тревога.
— Я видел тебя рядом с Сергеем Сергеевичем, и мне стало любопытно.
От услышанного Аркадию стало как-то уж совсем не по себе.
— Ты знаком с Сергеем Сергеевичем? — удивлённо произнёс Аркадий. — Вот как?
— Ещё бы мне не быть с Сергеем Сергеевичем знакомым, — криво усмехнувшись, ответил Епифан и горько усмехнулся. — Но я не знал, что и ты с ним знаком.
— Не то чтобы я был с ним знаком, — растерянно ответил Аркадий. — Просто... А ты его откуда знаешь, Епифан?
— Откуда знаю? Ещё бы мне его не знать. Ты в курсе, что теперь у меня ничего нет?
— Как это?
— А вот так? Ни машины, ни яхты. Ничего. Ты не поверишь, но я сюда на метро приехал.
— Как «на метро»?
— А вот так.
— Почему «на метро»?
— Потому что бывшая жена подала в суд и отсудила у меня почти всё. Оставила только личные вещи: одежда и прочее. А остальное: бизнес, деньги, движимое и недвижимое — всё себе забрала. А помог ей в этом не кто иной, как Сергей Сергеевич.
— Сергей Сергеевич помог твоей жене?
— Ну да. Говорю же.
— А кто он такой, этот Сергей Сергеевич?
— Лучший в Москве специалист по бракоразводным процессам. К нему очередь на год вперёд. У него нет проигранных дел. Оставляет бывших мужей без всего. А тут вдруг вижу тебя с ним. Как это понимать, Аркадий?
И Аркадий рассказал Епифану, как это следует понимать.
— В таком случае, — сказал Епифан, — считай, что ты вскоре тоже останешься без всего.
— Как это я без всего останусь? Нет, ты подожди. Не спеши. Ведь уже два года прошло после моего развода с Миланой? Разве можно меня оставить без всего, если уже прошло два года?
— Ещё как можно.
— Господь с тобой, Епифан.
— Я тоже так думал, что два года — не срок.
— И?
— И теперь я без всего.
— Это не значит, что и я без всего останусь.
— Ещё как останешься.
— С чего ты взял?
— Так ты же сам хвастался, что, как и я, начинал свой бизнес на деньги жены?
— Ну начинал на её деньги. И что?
— Ну вот теперь всё ей и достанется. Тем более если Сергей Сергеевич — её жених. Думаю, Аркадий, что твои дела даже хуже, чем у меня.
— Ничего подобного. Милана не рискнёт со мной связываться. Я ведь её предупреждал, чтобы не смела со мной связываться и на что-то там претендовать. Я же говорил ей, что она пожалеет об этом и не раз. Она же знает, что у меня связи. У меня серьёзные друзья и влиятельные знакомые. В том числе и в криминальном мире. За меня есть кому заступиться. Никакой Сергей Сергеевич не поможет.
— Вот. Я тоже так думал. Серьёзные друзья. Влиятельные знакомые. Был уверен, что заступятся. А в результате, как только друзья и знакомые узнали, что адвокат жены — Сергей Сергеевич, так сразу все куда-то испарились. В том числе и криминальные авторитеты.
— Как испарились?
— А вот так. Телефоны отключили, адреса сменили. Ни до кого не смог дозвониться.
— А криминальный мир? Ты же говорил, что у тебя там тоже всё схвачено.
— Криминальный мир плюнул мне в глаза и сказал, что впервые меня видит. Такие вот дела, Аркадий. Ну я пошёл.
В этот момент Аркадию почему-то стало очень страшно, и он понял, что туалет ему больше не нужен. ©Михаил Лекс