- Вова?! – На лестничной площадке, перед дверью в квартиру, стоял четырнадцатилетний подросток с большим тяжёлым пакетом в руке, и улыбаясь, смотрел на Наталью. Танина мама его сразу и не узнала. - Ты что здесь делаешь? – спросила она с удивлением. – Ты, что ли, вернулся? Навсегда?
Мальчик отрицательно замотал головой.
- Нет. Я - на пару деньков. Вот, решил зайти…
- К Тане? – У женщины в глазах загорелся испуг.
- К вам. – Он протянул ей тяжёлый пакет. – Забирайте. Это гостинцы от моей тёти. Для вас.
- Для меня? От тёти? Какие ещё гостинцы? Ты что?
- Да, всякие гостинцы. Берите, берите, не бойтесь. Там копчёная рыбка, и фрукты разные. У нас там уже всё поспело.
- Но я же совсем не знаю твоей тёти.
- Зато она вас знает. – Вова почти насильно сунул пакет Наталье в руки. – И очень хорошо знает.
- Откуда она меня знает? – Наталья ошарашенно смотрела то на мальчика, то на пакет с продуктами.
- А я ей про вас часто рассказывал.
- Как это? Зачем?
- Просто так. Я же вас вспоминаю.
- Да? А ты зачем приехал? Таню повидать?
Подросток опять недовольно замотал головой.
- У меня мамка замуж выходит. Второй раз. Завтра свадьба.
- Да что ты говоришь?
- Угу. А что тут такого? Её дело молодое. Сына рядом нет, заботиться о нём не нужно. Да и скучно же, наверное, жить одной. Вот, позвала меня на свадьбу. Как полагается. А завтра я - сразу после свадьбы - на самолёт.
- А Таню повидать не хочешь?
- Для чего? Я же всё про неё знаю.
- Что ты знаешь? – Наталья насторожилась.
- Знаю, что она с Димкой уехала в волонтёрский лагерь.
- Она не с Димой уехала, – зачем-то, начала оправдываться женщина. - Просто, так получилось, что они оказались в одной компании.
- Ага. – Вова кивнул, и мрачным тоном сказал: - Я понимаю. Мне Димка постоянно фотки шлёт. Где они - рядом. Специально шлёт, чтобы меня позадорить. Но мне теперь на это плевать.
- Плевать? – У Натальи, почему-то, сжалось от обиды сердце. - На Таню?
- Нет. На Димкины фотки плевать. Всё равно в нашей жизни всё будет так, как надо.
Наталья с удивлением смотрела на этого взрослого не по годам подростка.
- Вова, а тебе сколько лет? – на всякий случай спросила она.
- Столько же, сколько и Тане. – Он опять улыбнулся. - Четырнадцать. Я же её всего на три месяца старше. Вы что, забыли?
- Нет… Просто, ты стал какой-то другой… Серьёзный.
- Потому что, тёть Наташа, мне теперь некогда глупостями заниматься. Я ведь работаю.
- Как это? В четырнадцать, и - уже?
- А что? Меня дядька, муж тёти, на всё лето устроил матросом на буксир. А там ребёнком быть нельзя. Там знаете как? Там настоящий морской порядок. Потому что, если что – за борт волной смоет, и - каюк. Свистать всех наверх, человек за бортом. Приходится всегда быть начеку. – Вова вдруг заулыбался. - Между прочим, я в морской колледж уже точно поступил. С сентября начинаю учиться.
- Поздравляю тебя, Вова. - Заулыбалась и Наталья. Затем спохватилась, и почти умоляющим голосом попросила: – И, всё-таки, может, ты задержишься? На чуть-чуть. Я Тане позвоню, и она приедет. Завтра - точно приедет. У неё лагерь не так далеко.
- Не надо! – воскликнул он сердито.
- Но почему? Если тебе на неё, как ты говоришь, не наплевать…
- Не надо, и всё. И... Тёть Наташ, пожалуйста, не говорите ей, что я к вам заходил. Пусть она не дёргается, от учёбы отдохнёт как следует. Она же ещё – как ребёнок. Вы не бойтесь, я на неё не очень обижаюсь.
- Но, всё-таки, обижаешься?
- Нет! Я же понимаю, что ей без меня скучно. И, к тому же, я сам виноват. Взял и уехал.
- Господи… - Наталья удивлённо уставилась на мальчика.
- Что? – не понял он.
- Я первый раз услышала, как ты сказал, что ты сам виноват...
- Да? – Он хмыкнул. – А что, раньше я так не говорил?
- Ты же всегда был невиноватым!
- Ну, значит, пришло моё время признавать вину. – Он печально вздохнул, потом напрягся, как перед прыжком. - Ну, всё, тёть Наташ. Как у нас говорят – пора бить склянки.
- И что это значит?
- Значит, пришло время, и мне надо идти. Я же к маме приехал. Она, меня, как-никак, любит. Хоть и не так, как вы свою Таню, но, это нормально. Я мужчина, а не девочка. Так что, передавайте Тане при… То есть - нет! – опомнился он. – Ничего ей не передавайте. Ладно? Обещаете?
- Попробую удержаться… - кивнула Наталья.
- Прощайте! – Он развернулся, и побежал по ступенькам вниз.
- Почему – прощайте? – испуганно закричала ему вслед Наталья. – До свидания, Вова! До свидания! Ты слышишь меня?
- Слышу! – весело отозвалось снизу.
Наталья вернулась в квартиру, не заглядывая в подаренный пакет, поставила его на пол, прошла к дивану, села на него, и, почему-то, заплакала.
Буквально через минуту входная дверь хлопнула, и в квартиру почти влетела Таня.
- Мама! – закричала она каким-то нечеловеческим голосом. – Он здесь был? Он приходил?
Наталья, размазывая слёзы по щекам, с изумлением смотрела на дочь, не понимая, откуда она здесь взялась.
- Ну, что ты молчишь? - простонала дочь. – Мне сказали, что у него мама завтра выходит замуж, и он должен приехать. Это правда? Он приехал?
Наталья молча кивнула.
Танька взвизгнула таким голосом, как будто ей было пять годиков, и метнулась обратно к двери.
А Наталья зарыдала ещё сильней, сама не понимая, отчего она сейчас плачет – от печали, или от радости. ©
Всем моим дорогим читателям - радости и душевного тепла! Давайте вместе делать этот мир добрее!
Обнимаю. Ваш А. Анисимов