Заинтересовался происхождением слова уключина и обнаружил, что его нет в этимологических словарях. Зато в Интернете высказано множество предположений и гипотез. Не вызывает сомнения, что уключина образована от слова ключ, но в каком значении, ведь слово это многозначное?
Некоторые исследователи полагают, что ключом в древности называли весло, другие считают, что ключ – это древнерусская лодья в целом. Составители академического словаря древнерусского языка отмечают, что ключом называлось только одно весло на корабле – рулевое; кормило.
И заповѣда Олегъ дати воемъ на 2000 кораблий по двѣнатьчать гривнѣ на ключь, и потом даяти углады на руские городы: пѣрвое на Киевъ, таже и на Черниговъ, и на Переяславлъ, и на Полътескъ, и на Ростовъ и на Любечь и на прочая городы; по тѣмь бо городомъ сѣдяху князья, подъ Ольгом суще.
Впрочем, ключ в этом фрагменте Повести временных лет как только не трактовали.
Самое очевидное, но, вероятно, неправильное объяснение заключается в сопоставлении ключа, который вставляется в замочную скважину, с уключиной, которая вставляется в подключину. Не то чтобы эта версия была совсем не верна, но она, на мой взгляд, нуждается в уточнении с исторических позиций.
В древнерусских текстах слово ключ часто употребляется в значении «замок».
Свѣща многъ разбиша ключа и вълѣзоша въ клѣть
Вижь г҃и ꙗко ключи и печать цѣла ѥсть
Это в общем-то не удивительно, ведь функционально ключ и замок представляют собой две части единой системы, поэтому метонимия здесь закономерна. И когда мы говорим дверь заперта на ключ, мы имеем в виду, что дверь заперта на замок.
Ключ и замок вступают взаимозаменяемыми понятиями и в ружейном устройстве. Так называют приспособление, с помощью которого производится выстрел.
Роспись 29 пар пистолей порчаных, 87 ключей пистольных и корабинных, 839 мушкетов порчаных»
Акты Московского государства, 1661 год.
Таким образом, полагаю, что уключина тоже первоначально – ключ в значении «замок, запирающий весло на борту судна». Запирающий здесь надо понимать как «фиксирующий, закрепляющий». Почему это уточнение представляется мне существенным по отношению к высказанной выше версии? По той причине, что конструкции уключин бывают разными, и далеко не всегда они представляют собой штырь, вставляемый в гнездо. Иногда это вырез в борту лодки (полупортик); «рогатка-подкова», вращающаяся на вертикальном штыре, входящем в борт лодки; ременная петля на колышке, встроенном в борт. Порой веревка продевается в отверстие в борту без дополнительных конструкций. То есть аналогия с ключом и замочной скважиной работает только в одном случае, в то время как основная функция уключины всегда состоит в закреплении (запирании) весла на кромке борта.
Как мы сказали в самом начале, слово ключ – многозначное, и образованная от него лексика, реально образована от разных значений. Например, глагол включить. Когда мы говорим включить свет, глагол образован от ключа электрической цепи, который теперь называют выключателем. Но с таким же успехом он мог бы называться и включателем, ведь работает он как на включение, так и на выключение.
А когда мы говорим включить в договор новый пункт, глагол образован от другого ключа. В данном случае, действительно, уместна аналогия с глаголом вставить (словно ключ в замочную скважину). К этому же смыслу восходит и глагол исключить. Ниже покажем, что этот образ также требует уточнения.
Или вот несколько отглагольных существительных заключение, которые невозможно отличить внешне. В прямом значении заключение – это запирание на ключ (заключить в кандалы, заключить под стражу, тюремное заключение), а заключение как «окончание текста», «вывод» или «умозаключение»? Или, скажем, заключение мира? Здесь нужны другие понятийные источники.
Слово ключ с древних времен понимается иносказательно, как нечто главное, центральное, системообразующее – ключевое понятие, ключевой элемент. Ключом в своде называли древние зодчие камень в самом верху свода, который как бы «запирал» арочную или сферическую конструкцию. В наше время принято обозначение замковый кирпич, ведь он замыкает конструкцию, а слова замок и замыкать – одного корня. Вот вам ещё одно подтверждение, что ключ и замок нередко смешиваются в нашем сознании. Камень, завершающий свод, дал нам понятие завершение – «окончание» чего-либо. Отсюда и заключение как завершение, окончание текста, высказывания, рассуждения.
Но ключ – это также и пункт, важный в военном отношении, овладение которым открывает доступ к целому региону или даже стране: Кале есть ключ Франции. Ключ – это также некий код, «открывающий» зашифрованный текст. Таковыми можно считать знак в нотной грамоте, определяющий высоту нот, ключ к разгадке, ключ к тайне, ключ от шифра и пр. Покаяние – ключ от Царствия Небесного. Именно отсюда происходят все ключевые понятия. В этом смысле мы используем третье слово заключение – главная мысль, вывод – «ключ к тексту».
Сегодня никого не удивляет фраза заключить мир, мы к ней привыкли и слышим ее почти каждый день. Какое отношение она имеет к ключу? Трактовки могут быть разными. Например, заключение здесь первоначально употреблялось в том же смысле, что и в заключении текста, ведь мирный договор почти всегда фиксировали на бумаге. Но более вероятной кажется мысль, что здесь мы снова открываем потаенный смысл «замка», ведь заключение договора – как бы скрепление, установление незыблемости неких договоренностей. В этом смысле мирный договор – последний камень в строительстве мирных отношений.
Я не преследую цели охватить всё многообразие смыслов, которые подарило нам слово ключ, но мне бы хотелось остановиться ещё на одном: на слове приключение и некоторых других, непосредственно с ним связанных. Не правда ли странно, что приключение имеет какое-то отношение к ключу? Имеет, но довольно отдаленное. Как отмечали составители Словаря академии российской 1789-1794 гг., глагол ключатися пришел к нам из старославянского языка. Значения его почти всегда совпадают с русским случаться - происходить. Ключатися – то же, что и современное приключаться, но не совсем. Был у этого корня оттенок значения «пригодности, потребности, соответствия и присоединения». Возможно, именно «присоединение» сегодня нам понять проще всего: как ключ присоединяется, подходит к замку, так и в жизни с нами происходят разные события, к которым мы как бы присоединяемся, примыкаем. Глагол примкнуть снова воспроизводит перед нами образ замка, ведь восходят они к одной основе.
Вероятно, и включение как «помещение внутрь чего-то» и исключение как «изъятие» также восходят к старославянскому ключати со значением «соединять, подходить, годиться».
Со временем в нашей речи накопилось много зашифрованных смыслов, и для каждого из них нужен свой ключ. Надеюсь, те, которые мы использовали сегодня, открыли для вас что-то новое, а вернее – давно забытое старое.