Никакой «Велесовой книги» не было. Письменность пришла поздно. А привычка полагаться на «авось» оказалась старше, чем мы думаем. Рассказываю, что на самом деле случилось с культурой славян — без прикрас и без паники
Здравствуйте, дорогие. Я — Зейнаб, «Дом Ягини».
Сегодня я хочу поговорить о том, о чём иногда больно говорить. О том, почему от настоящей славянской культуры осталось так мало.
В интернете полно красивых картинок: «древние славяне-арии», «велесова книга», «великая тартария»… Красиво, но, увы, неправда.
А правда — сложнее и, честно говоря, грустнее.
Я собрала несколько ключевых причин, почему наши знания о предках — это осколки, а не целая картина. И под конец мы дойдём до одного очень знакомого слова — «авось». Вы удивитесь, но оно отсюда же.
Часть 1. Письменность? Её почти не было
Начну с главного, о чём не любят говорить.
Письменности у древних славян до Кирилла и Мефодия не было.
Совсем. В том смысле, в котором мы привыкли.
Да, были так называемые «черты и резы». Что это такое? Это примитивные знаки — зарубки на палках, метки на деревьях, простейшие символы для счёта товаров, долгов или гаданий.
Болгарский монах Храбр в X веке писал: «Прежде ведь славяне не имели букв, но чертами и резами читали и ими же гадали».
Но это не полноценная азбука. Это не хроники. Не священные тексты. Не своды законов.
Вся важная информация — мифы, предания, знания о богах и предках — передавалась устно. Из уст в уста. От деда к внуку.
А устная информация забывается за несколько поколений. Искажается. Превращается в сказки, а потом — в обрывки сказок.
Вот первая причина, почему мы так мало знаем.
Часть 2. Христианизация: не просто смена веры, а разрыв
Когда на Русь пришло христианство, старую веру не просто «заменили». Её целенаправленно уничтожали.
Князья — Владимир, Ярослав Мудрый — приказывали рубить идолов. Перуна в Киеве сбросили в Днепр с позором. Капища жгли. Волхвов казнили.
Непокорные города, например Новгород, крестили «огнём и мечом».
Церковь объявила старых богов бесами, а обряды — бесовством. Своим детям больше не рассказывали о Перуне и Велесе. А если и рассказывали — то как о злых силах, от которых нужно креститься.
Устное знание ушло в подполье. И там — потерялось.
Вот вторая причина.
Часть 3. Не просто боги, а целое мировоззрение
Христианство принесло не только новых богов. Оно принесло другое ощущение времени, другую мораль, другой язык.
У славян время было циклическим. Как природа: родился — вырос — умер — родился снова. Вечный круг.
Христианство принесло линейное время. От Сотворения мира до Страшного суда. Есть начало, будет конец. Живи — и готовься.
У славян была родовая месть. Обиду надо было смыть кровью.
Христианство принесло смирение. Прости врага. Не отвечай злом на зло.
И главное — язык. Письменность пришла на греческий и старославянский (церковнославянский). Родная мифология стала считаться не просто ложной, а греховной.
Третья причина — нас просто перестали учить старому. И научили новому.
Часть 4. Дерево против камня
Есть ещё одна причина, о которой редко думают.
Славяне строили из дерева и земли. Капища, святилища, идолы — всё из дерева.
Дерево гниёт. Дерево горит. В междоусобицах, в пожарах, от времени — дерево исчезает.
Христианство принесло камень. Каменные соборы, каменные стены. Они стоят до сих пор.
Языческих святилищ не осталось. Даже их местоположение — загадка для археологов.
Вот четвёртая причина: наша архитектура была смертной. И мы потеряли не только здания, а места памяти.
Часть 5. Фольклор записали слишком поздно
Самые ценные записи славянских сказок, былин, обрядовых песен были сделаны в XIX веке.
Это через 600–800 лет после крещения.
Представляете, как за это время изменились тексты? Пересказы пересказов. В христианском ключе.
Перун превратился в Илью-пророка. Велес — в святого Власия. Языческие обряды смешались с церковными праздниками.
То, что мы знаем сегодня как «славянский фольклор» — это уже не оригинал. Это слоёный пирог, где языческое перемешано с христианским, а древнее — с поздним.
Пятая причина: мы опоздали с записью на сотни лет.
Часть 6. Империи не любят «местное»
В XIX–XX веках добавилась ещё одна причина.
Российская, Австро-Венгерская, Германская империи подавляли локальные славянские традиции во имя «высокой» государственной культуры.
Деревенская вышивка? Диалект? Местные обряды? Всё это считалось признаком отсталости, «дикости», которую нужно вытеснить образованным, единообразным обществом.
Многие традиции просто исчезли под давлением моды, школ, законов.
Шестая причина: государство не любит разнообразия.
Часть 7. Что у нас всё-таки осталось?
Не всё потеряно. И я не была бы собой, если бы закончила на грустной ноте.
Что мы имеем сегодня?
- Имена. Святополк, Владимир, Ольга — это настоящие славянские имена.
- Вышивку. Солярные знаки, обережные узоры — они дожили до наших дней. И церковь их не запретила, потому что они стали считаться просто «красивым узором».
- Масленицу. Да, церковь её «переосмыслила», но блины, сжигание чучела, проводы зимы — это оттуда.
- Колядки. Песни, которые поют под Рождество, — с языческими корнями.
- Бросание венков на воду. Девичьи гадания — из той же древней песочницы.
Но целостной системы — календаря, пантеона богов, этики, священных мифов — не сохранилось.
Остались осколки. Красивые, важные, но осколки.
Часть 8. А что же «авось»? — спросите вы
Помните, я обещала дойти до «авось»?
Вот оно.
Эта знаменитая черта — надежда на «авось», внешняя расхлябанность, необязательность в малом — имеет те же корни, что и наша потерянная культура.
Гигантские пространства. В стране с огромными расстояниями и низкой плотностью населения «план и контроль» работали плохо. Ошибку никто не заметит, наказание придёт не скоро. Привычка полагаться на «авось» — это приспособление к среде.
Короткое лето и долгая зима. Работать надо было аврально: успел — молодец, не успел — замёрз. Планомерность малополезна, зато мобилизация в последний момент — спасение.
Православие. В русском православии ценятся не правило и порядок, а искренность, широта, способность к раскаянию и жертве. Можно быть расхлябанным, а потом — отдать последнюю рубаху ближнему.
Советский опыт. 70 лет жёсткой регламентации («начальник сказал — сделай») выработали рефлекс: дисциплина только при кнуте. Когда кнут исчез, наступил откат.
И главное — наша культура романтизирует эту черту. Илья Обломов, «Утро стрелецкой казни», поговорки «Работа не волк, в лес не убежит», «Где наше не пропадало» — мы сами себя такими воспитали.
Но вот что важно.
Когда приходит настоящая беда — война, наводнение, авария — тот же «расхлябанный» человек способен на сверхорганизацию, самоотверженность и героизм.
Российская культура не сводит всё на авось. Просто она не требует плановости в малом, чтобы сохранить энергию для прорыва в большом.
В комфортной, предсказуемой жизни это выглядит как расхлябанность. В экстремальной — как чудо.
Вместо итога
Вот что я поняла, пока собирала эту статью.
Наша культура не исчезла «потому что мы такие дураки». Она исчезла по объективным причинам: не было письменности, пришло христианство, сгорели деревянные храмы, традиции подавлялись империями.
То, что мы имеем сегодня — осколки. Но даже осколки могут быть красивыми и ценными.
А «авось» — это не проклятие. Это наша историческая память, записанная в поведении. Она нас и спасает, и мешает. Но это — наше.
Не надо стыдиться прошлого. Его не изменишь.
Но можно честно на него посмотреть — и, может быть, чуть лучше понять себя.
Ваша очередь
А вы замечали за собой это «авось»? Помогает оно вам или мешает?
И вообще — как вы думаете, надо ли нам сегодня пытаться «восстановить» древнюю славянскую культуру? Или достаточно беречь то, что осталось?
Расскажите в комментариях. Здесь, в «Доме Ягини», мы говорим честно. Даже о грустном.