Второй год нашего брака подходил к концу. Осень в том году выдалась тёплая, днем стояла почти летняя духота, и Сергей предложил выбраться к его институтским друзьям — Денису и Алисе. Они недавно достроили дом в пригороде, с огромной террасой и мангалом, и собирали у себя шумные компании по любому поводу. Я не возражала. Мне нравилась Алиса — лёгкая, смешливая, без этой натужной гламурности, которая так утомляла меня в жёнах партнёров Сергея.
Вечер обещал быть приятным. Я надела простое льняное платье, собрала волосы в низкий пучок. Сергей, как всегда, был безупречен: светлая рубашка, светлые брюки, дорогой парфюм, уверенная улыбка. Он приобнял меня за плечи перед выходом.
— Моя красавица, — сказал он тихо. — Как же мне повезло.
Я улыбнулась и прижалась к нему. Мне тоже повезло
Гостей собралось человек двенадцать. Свои, проверенные, как выразился Денис. Кроме нас с Сергеем, были ещё две семейные пары, коллега Дениса с женой, и закадычный друг Сергея — Илья.
Илья мне особо никогда не нравился. Он был из тех людей, которые слишком громко смеются и слишком крепко жмут руку. В его обществе я чувствовала себя неуютно, хотя близко общалась только на свадьбе, он был шафером жениха.
Сергей же его обожал. «Мы с Илюхой столько пережили вместе, — говорил он. — Он хоть и дурак иногда, но свой в доску».
Вечер катился по стандартным рельсам: шашлык, вино, разговоры о бизнесе. Я не участвовала. Когда-то я могла бы разложить любую экономический тему по полочкам, но сейчас моё мнение никого не интересовало. Я была сейчас женой Сергея, а карьера… карьера осталась в прошлом
После десерта мужчины переместились вглубь двора, в стоящую на улице беседку, а женщины остались за столом. Алиса рассказывала про ремонт, а я, почувствовав себя лишней и тихонько выскользнула во двор. Пойду к Сереже, там интересней.
Илья уже изрядно набрался — его голос перекрывал остальные.
— Слушай, Серёг, — грохотал он, — а помнишь, как ты схему с Катькой провернул? Это ж был номер! Я до сих пор в восторге!
Моё имя резануло слух. Я повернула голову. Сергей что-то негромко сказал Илье, пытаясь его утихомирить, но тот уже вошёл в раж.
— Да ладно тебе, чего ты скромничаешь! — Илья хлопнул его по плечу. — История-то легендарная! Сидит, значит, наш Серёжа, и говорит: «Не могу я её никак завоевать, она же трудоголичка. Карьеристка. У неё работа на первом месте, на меня ноль внимания». А потом вдруг такой: «Слушай, Илюха, а что, если работу эту убрать?»
У меня внутри всё похолодело. Я сделала с освещенной дорожки шаг в темноту.
— Я ему говорю: «Ты псих», — продолжал Илья под хохот Дениса. — А он уже всё придумал! Вышел на их безопасника, нарыл что-то, договорился с начальником Катьки. И готово! И правильно сделал, что эти бабы понимают? Уперлись карьера, карьера!
Я видела, как Сергей побелел. Он резко встал со стула, схватил Илью за локоть.
— Ты пьян, — проговорил он сквозь зубы. — Закрой рот. Немедленно.
— Да чего ты кипятишься? — Илья, казалось, был искренне удивлён. — Я ж за тебя рад! Мужик сказал — мужик сделал! Вон какая жена красавица! Сейчас еще детишек ха-ха
Ноги сами меня вынесли на дорожку. Всё вокруг стало каким-то чужим, ненастоящим — жёлтый свет фонарей, лица гостей, бокалы с вином. Я смотрела только на Сергея. Мой муж. Мой спаситель. Человек, который сидел со мной на скамейке в сквере и говорил про несправедливость.
Он меня увидел. И все понял.
— Катя, — сказал он, и его голос дрогнул, он он подошел ко мне и попытался обнять. Я отстранилась. — Это бред. Илья пьян, он всё переврал. Ты же знаешь, он любит придумывать.
— Пьян, — повторила я. Губы слушались с трудом, меня словно накрыли стеклянным колпаком, я отказывалась в это верить — Поэтому и сказал правду. А ты трезвый мне два года сказки рассказывал. Про судьбу. Про новый путь. Про то, как ты меня спас.
— Катя, послушай...
— Ты спасал меня от самого себя, Серёж, — перебила я. Голос стал ледяным, чужим. — Ты уничтожил мою карьеру. Мою репутацию. Моё имя. Ты знал, что работа для меня — всё. Ты знал, сколько я в неё вложила. И ты... ты просто взял и сломал меня. Как ломают игрушку, чтобы она досталась тебе одному.
Я уже не сдерживалась и кричала ему в лицо. Мне было плевать, что нас слышат его друзья, его партнеры. Плевать… как ему было плевать на меня…
Алиса подошла ко мне, попыталась взять за руку.
— Кать, может, правда, он не со зла? Мужчины иногда такие дураки, они думают, что это романтика...
— Романтика? — я посмотрела на неё так, что она отшатнулась. — Романтика — это цветы и ухаживания. А это уголовная статья, Алис. Это подлог. Это подстава. Это два года моей жизни, которые я прожила с человеком, уничтожившим меня.
Илья наконец осознал, что натворил. Он сидел с открытым ртом, переводя взгляд с меня на Сергея. Кто-то из гостей тихо сказал: «Может, нам уйти?»
— Не надо, — сказала я. — Я сама.
Я развернулась и пошла в дом. Сергей бросился за мной. Схватил за руку уже в коридоре, у вешалки с верхней одеждой.
— Катя, постой! Дай мне объяснить!
Я вырвала руку.
— Что ты объяснишь? Что «любил»? Что «не мог иначе»? Что «хотел как лучше»? Ты даже не понимаешь, да? Ты украл у меня всё. Не работу — её-то как раз можно найти. Ты украл у меня выбор. Ты решил за меня, какой будет моя жизнь. Удобной для тебя!
Он стоял передо мной — высокий, красивый, с выражением отчаяния на лице. Режиссёр, чей спектакль пошёл не по сценарию.
— Я правда тебя люблю, — сказал он тихо.
— Нет, — ответила я. — Не любишь. Ты любишь, когда всё идёт по твоему плану. А я для тебя была не женщиной, Серёж. Я была проектом. Тем самым, который ты ведёшь от старта до финала. Только вот финал ты не предусмотрел.
Я накинула пальто, схватила сумку. В гостиной было тихо — гости замерли, боясь шелохнуться. Илья стоял у входа и хлопал глазами.
— Я подаю на развод, — сказала я громко, чтобы слышали все.
Сергей дёрнулся, будто я его ударила.
— Из-за пьяной болтовни Ильи? Ты разрушишь наш брак из-за дурацкой истории, которую он сам придумал? И куда ты пойдешь? Кому ты нужна со своей статьей? Кассиршей в супермаркет? Чего тебе не хватает? Все есть живи и радуйся, все есть. Другие за эту возможность убить готовы, а ты носом крутишь! Работать не надо, ходи на маникюр и… Дома поговорим!
Я посмотрела ему прямо в глаза. Потом открыла дверь и вышла в ночь. За спиной хлопнула дверь, отсекая крики, уговоры, причитания. Я шла по тёмной улице, и в голове билась одна мысль: два года. Два года я жила с человеком, который растоптал меня и сделал вид, что подобрал с дороги.
Завтра я найму адвоката. А сегодня... сегодня я просто шла. В новую жизнь, которую построю сама.
Без предателей.
Я приехала получать наследство прабабушки, а получила должность стража границ с навью, говорящего кота и проклятого богатыря