Петра Савельича хоронили в сентябре, после уборки. Он сам так и говорил всю жизнь: умру — только после уборки, не раньше. Слово сдержал. Инфаркт прямо в кабине, трактор сам остановился у края поля — будто знал, где встать. Мы все пришли. Деревня у нас маленькая, Высокое, восемнадцать дворов, тут на похороны ходят все.
Зиму я о нём не думал.
В апреле, когда земля чуть подсохла, увидел трактор на поле. Петров «Беларус», синий, с примятым левым крылом — он его так и не выправил. Шёл ровными полосами, не спеша. Я подумал: сын приехал. У Петра был сын, Андрей, жил в Ставрополе, появлялся раз в год. Логично — поле надо было поднимать, иначе зарастёт.
Позвонил Андрею вечером, сказал: видел тебя сегодня, хорошо, что приехал.
Андрей ответил, что в Высоком не был с похорон.
Я положил трубку и долго смотрел в окно на тёмное поле. Потом решил — перепутал трактор. У Колесниковых тоже «Беларус», только зелёный. Ну, мало ли, в сумерках.
Следующее утро — снова синий, снова то же поле. Я вышел на дорогу, смотрел минут десять. Полосы ровные, внахлёст, без огрехов. Пётр так и пахал — аккуратно, с перекрытием в ладонь, ни одной пропущенной полосы. Я это знал, потому что двадцать лет смотрел через забор.
Ближе я не пошёл.
Трактор работал три дня. На четвёртый его не было. Поле поднято полностью.
По весне Андрей договорился с Горбатовыми — они засеяли за долю. Лето выдалось ровное. В октябре Горбатовы убрали, Андрей получил свою часть, продал, деньги поделил с матерью. Мать звонила мне, говорила — отец бы доволен был. Хороший урожай.
Я слушал и не отвечал.
Мы не ели с того поля. Я, жена, Колесниковы, Зинаида с той стороны дороги — все, кто видел трактор в апреле. Не договаривались. Просто у каждого нашлось своё — картошка, огород, в райцентр съездили за мукой. Горбатовы ели. Им ничего не было. Может, и правда ничего не было бы и у нас.
Андрей приезжал в октябре. Мы сидели у меня, я налил, он рассказывал про город. Потом помолчал и говорит:
— Слушай, а ты отца моего видел когда-нибудь за работой? Ну, как он пашет?
— Видел, — говорю. — Много раз.
— Я вот не видел почти. Он меня не брал. Говорил — учись, езжай, здесь делать нечего. — Андрей повертел стакан. — Я теперь жалею.
Я ничего не сказал.
Думал потом долго. Пётр поднял поле для сына. Последний раз. Аккуратно, как умел — внахлёст, без огрехов, ни одной пропущенной полосы. Андрей продал зерно и не знает.
Мы правильно сделали, что не ели.
Это было не нам.
Все персонажи и события вымышлены, совпадения случайны.
Так же вы можете подписаться на мой Рутуб канал: https://rutube.ru/u/dmitryray/
Или поддержать меня на Бусти: https://boosty.to/dmitry_ray
Одноклассники: https://ok.ru/dmitryray
#мистика #страшныеистории #деревня #призрак