«Бабье царство. Русский парадокс» — историко-публицистический бестселлер Эдварда Радзинского.
«Бабье царство» Эдварда Радзинского — это не просто хроника дворцовых интриг, а глубокое размышление о непредсказуемости русской истории. Век, начавшийся с затворничества женщин в теремах, завершился триумфом женской дипломатии и воли, перекроившим карту мира. Радзинский оставляет читателя с важным осознанием: парадокс великой империи заключался в том, что именно «слабость», вооруженная обаянием и умом, заложила фундамент для будущих побед России, доказав, что истинная сила часто скрывается там, где её меньше всего ждут.
Книга посвящена периоду XVIII века, когда после смерти Петра I на протяжении почти ста лет Российская империя управлялась исключительно женщинами (пять императриц и одна правительница), что стало удивительным парадоксом для патриархальной страны.
Здесь галантный век предстаёт перед читателем в неожиданном ракурсе.
То, что казалось невозможным в патриархальном, плотно укоренённом в традициях государстве, — произошло.
Политикой этого времени правит любовь, а главным политическим инструментом вместо грубой силы станет обаяние, коварство, умение очаровывать друзей и противников.
Главный русский парадокс:
В патриархальной Руси женщина была полностью изолирована и бесправна (в XVII веке на царицу нельзя было смотреть, ее прятали от людей).
Ирония истории заключается в том, что именно эти «бесправные» женщины — Екатерина I, Анна Иоанновна, Елизавета Петровна и Екатерина II — создали могущественную империю.
Более того, несмотря на все мифы о «слабом поле», коронованные дамы оказались крайне воинственными: они вели масштабные войны, расширяли границы государства и оставили своим преемникам-мужчинам (императорам XIX века) необъятную сверхдержаву.
Радзинский подробно воссоздает портреты шести правительниц, детально описывая их характер, интриги, любовь и влияние на геополитику:
Екатерина I — неграмотная безродная служанка, ставшая верной спутницей Петра I и первой императрицей.
Анна Иоанновна — племянница Петра I, чье правление запомнилось эпохой «бироновщины» и жестоких придворных забав.
Анна Леопольдовна — правительница-регентша при малолетнем сыне Иоанне Антоновиче.
Елизавета Петровна — «веселая царица» и младшая дочь Петра I, пришедшая к власти в результате гвардейского переворота.
Екатерина II Великая — немецкая принцесса, превратившая Россию в мощнейшую мировую державу.
Рекомендую подборку в блоге Заметки из Оксфорда для тех, кому интересна Англия.
Я тут основательно подсела на книги и материалы по эволюционной биологии и психологии, этологии, нейрофизиологии и не знаю, как остановиться.
Докинз, Сапольски, Лоренц, Чопра, Харари, Пинкер, Петерсон…слушаю лекции Дубынина (ходила на его спецкурс на биофаке МГУ) и Дробышевского.
Скажу честно, художественную литературу не читаю уже лет 5 (но и не тянет как-то) только популярная наука: биология, генетика, неврология, всевозможные натуралистические темы…
Весь этот интеллектуальный винегрет в моей голове также сопровождается чтением исторических блогов про сравнение кризиса Римской республики и перехода к империи и США сейчас, Гражданской войне в Штатах, а также книгами про феминизм.
Как-то так…
Екатерина Свешникова, Англия, Лондон, Оксфордский университет
https://vk.com/id89932861
Послесловие от автора блога Ship Shard
Эдвард Радзинский как всегда мастерски закручивает интригу, превращая историю в шекспировскую драму. Его идея о «бабьем царстве» как главном русском парадоксе — отличный литературный крючок, в котором много правды. Переход от затворничества XVII века к эпохе, когда женщины расширяли границы империи и вели масштабные войны, действительно поражает.
Однако за этим романтичным фасадом скрывается жесткая проза. Произошедшее — не столько чудо женского обаяния, сколько результат указа Петра I, запутавшего престолонаследие, и острого дефицита наследников-мужчин. При этом грубая сила никуда не делась: за каждой императрицей стояли дворянские кланы и штыки гвардии, совершавшие ночные перевороты. Да и на жизнь обычной русской женщины этот взлет никак не повлиял — как раз в «просвещенный» век Екатерины II крепостное право стало максимально похожим на рабство.
Книгу определенно стоит читать ради живых портретов и яркой атмосферы, но воспринимать ее лучше как качественную художественную публицистику, а не как строгий научный анализ.
Впрочем, этот зазор между красивым фасадом и жесткой реальностью прослеживается не только в книгах Радзинского, но и в его собственной биографии. Для многих читателей любые рассуждения автора о морали, парадоксах истории и ценности человеческой жизни навсегда перечеркнуты событиями июля 2011 года. Тогда в Подмосковье писатель за рулем своего внедорожника выехал на встречную полосу и спровоцировал аварию, в которой погибла 24-летняя девушка. Следствие тянулось три года, вина Радзинского была доказана экспертизой, однако реального наказания он так и не понес. Дело закрыли по амнистии в честь 20-летия Конституции, а суд обязал его выплатить семье погибшей лишь два миллиона рублей компенсации. Писатель просто исчез с экранов федеральных каналов, оставив после себя тяжелое ощущение того, что в России статус и возраст до сих пор значат больше, чем справедливость и человеческая жизнь. И этот реальный парадокс выглядит куда мрачнее любого исторического.
Цена безопасности в современной России и как исчезает приграничье