Первое, что я сделал в Шанхае на третий день — попытался найти в китайском языке выражение «личное пространство». Спросил знакомую, которая там училась пять лет. Она задумалась, потом сказала: «Ну... есть слово "инь сы" — это скорее «приватность», про документы, переписку. А вот именно «не подходи ко мне ближе чем на метр» — такого понятия нет вообще. Как идеи».
Вот это многое объясняет.
Очередь, которой не существует
В России очередь — это священная геометрическая фигура. Люди стоят друг за другом, соблюдают дистанцию, мысленно фиксируют своё место и готовы отстаивать его с документами в руках. Нарушение очереди — почти преступление. Сразу пресекается.
В Китае очередь — это скорее облако. Толпа людей у кассы или турникета метро образует не линию, а массу, которая медленно перетекает вперёд, при этом каждый слегка подталкивает соседа — не специально, не агрессивно, просто потому что стоять плотно — это нормально, иначе все желающие просто не поместятся. Когда поезд метро прибывает, одновременно происходит две вещи: люди выходят и люди заходят. Никто не ждёт, пока освободится проход. Два потока просто смешиваются и просеиваются друг через друга, как два потоки воды.
Первые дни это вызывает у русского туриста лёгкую панику. Тебя толкают — а извинений нет. Совсем. Ты ждёшь хотя бы кивка, хотя бы «ой», а человек уже прошёл мимо, будто ничего не произошло. Потому что для него — действительно ничего не произошло. Толчок в толпе — это не нарушение твоих границ. Это просто физика плотного города с населением полтора миллиарда человек.
Личное пространство — понятие, придуманное в холодных странах
Антропологи объясняют это так: ощущение «личного пузыря» вокруг тела сильно зависит от плотности, в которой формировалась культура. В Сибири, в Скандинавии, в любых малонаселённых регионах человек привык, что вокруг — много свободного пространства, и поэтому считает это пространство своим. В Китае на протяжении тысячелетий люди жили скученно — деревни, дворы, многодетные семьи в маленьких домах. Личного пространства физически не было никогда. Соответственно, и потребности в нём — тоже.
Это не значит, что у китайцев нет приватности вообще. Просто она устроена по-другому: приватность — это твои внутренние дела, твои отношения, твои деньги, информация о тебе. А вот физическая дистанция, шум, толпа — это просто фон жизни, как погода.
Почему китайцы такие громкие
Второй шок — это звук. В переполненном вагоне метро человек разговаривает по телефону так, будто стоит один в чистом поле. Не кричит специально — просто говорит в своей нормальной громкости, которая для нашего уха звучит как «через всю комнату».
Одна китаянка, выросшая в Японии (где, наоборот, шум в общественных местах — почти табу), рассказывала, что вернувшись в Китай первое время сама испытывала культурный шок от громкости соотечественников. Объяснение, которое она нашла, звучит так: в китайской культуре куда важнее не создавать неловкость и не «терять лицо» в моменте, чем заботиться о комфорте случайных незнакомцев вокруг.
Окружающие в метро — это не часть твоего социального круга, их мнение не считается. А вот собеседник на том конце трубки — важен, и для него нужно говорить разборчиво.
Получается интересный парадокс: китайцы при этом крайне вежливы и деликатны с теми, кого считают «своими» — друзьями, родственниками, деловыми партнёрами, с которыми выстроены отношения (это называется гуаньси, и это отдельная огромная тема). Но с абстрактным «окружающим миром» в лифте или метро социального контракта просто не существует.
Почему на тебя смотрят и фотографируют
Вот эта часть — самая трогательная, на мой взгляд.
Если вы блондин, рыжий, просто высокий, или, не дай бог, путешествуете с маленькими светловолосыми детьми — готовьтесь. На вас будут смотреть. Открыто, не отводя взгляд, с искренним детским любопытством. К вам подойдут с просьбой сфотографироваться — а иногда не подойдут, просто наведут телефон и снимут, как снимали бы красивую городскую скульптуру.
Одна туристка, путешествовавшая по Китаю с двумя светловолосыми детьми четырёх-пяти лет, рассказывала, что для местных жителей её дети были «как живые куклы» — их трогали, гладили по голове, пытались взять за руку, и всё это с огромной симпатией.
Для российского человека это звучит как нарушение всех возможных границ. Но в китайской логике — это абсолютная противоположность грубости. Это форма комплимента. «Ты — что-то редкое и интересное, и я хочу запомнить эту встречу» — вот что стоит за таким взглядом или кадром на телефон. Злого умысла там примерно столько же, сколько в желании сфотографировать красивый закат.
То же касается и заглядывания в чужой телефон через плечо в метро. Для китайца это не подглядывание в смысле «вторжение в личное» — это просто «о, что там интересное на экране» в той же логике, по которой человек посмотрит на витрину магазина, мимо которой проходит.
Как с этим жить туристу
Через пару дней приходит привыкание, если понимаешь причины такого поведения. Толчки в метро перестают вызывать желание развернуться и извиниться за чужой счёт. Громкий разговор соседа по столику в ресторане превращается в просто фоновый шум, как музыка. А когда к тебе подходит улыбающаяся бабушка и без единого слова показывает на твои светлые волосы, а потом достаёт телефон — начинаешь улыбаться в ответ, потому что становится по-настоящему смешно и тепло. Это же, по сути, искренний восторг живого человека — давно забытое в мегаполисах чувство.
Самое забавное — что через какое-то время начинаешь сам ловить себя на том, что подходишь к незнакомому человеку чуть ближе, чем привычно, и не извиняешься, толкнув кого-то в очереди за билетом на скоростной поезд. Личное пространство — штука гибкая. Оно настраивается, как радио, под частоту той страны, в которой ты находишься.
Когда в следующий раз вас в метро прижмёт незнакомый человек, а через секунду кто-то снимет вас на телефон с расстояния полуметра — попробуйте не злиться. Это не грубость. Это просто другая настройка мира, в котором личное пространство — понятие, которое там даже не успело родиться. А искренний интерес к вам как к чему-то новому и яркому — это, в общем-то, довольно приятная штука, если перестать воспринимать её через призму собственных границ.
Границы — это не универсальная истина. Это просто привычка. И иногда полезно на неделю-другую её снять — посмотреть, что будет.
