Мечта о покорении Марса обычно разбивается о немытый кафель в кабинете отоларинголога. Вы можете наизусть знать устройство ионного двигателя и обладать выдержкой буддийского монаха. Космосу на это плевать. Ему нужен ваш идеальный средний отит, вернее, его полное отсутствие. В Центре подготовки космонавтов романтика бледнеет первой. Остаются только бланки. Много бланков.
Здесь быстро понимаешь ничтожность человеческого эго перед лицом советской медицинской школы. Тебя раздевают до трусов, лишая остатков социального статуса. Профессор смотрит на твое бледное тело с легкой брезгливостью завгара, принимающего подержанную «Буханку». Твой организм — просто набор изношенных деталей. Хрустит левое колено. Правое ухо слышит шепот на полсекунды позже. Родина в ярости. Ты подвел Гагарина.
Из внутренних монологов:«Интересно, если я признаюсь, что после трех кругов на центрифуге вижу призрак своей бабушки, меня спишут сразу или сначала заставят сдать анализы повторно? Ладно, дышим глубже. Главное — не смотреть врачу в глаза, там пустота межгалактических пространств».
Особый круг ада — кресло Барани. Эта адская карусель призвана доказать, что твой вестибулярный аппарат эволюционно застрял на уровне дождевого червя. Тебя крутят с энтузиазмом миксера, взбивающего белки для безе. Земля уходит из-под ног в буквальном смысле. Пытаешься сделать шаг по прямой линии. Магнитный полюс сместился. Ты падаешь на кадушку с фикусом. Врач меланхолично ставит галочку в журнале. Еще один строитель вселенной сломался.
Кардиолог добивает выживших. Тебя обвешивают проводами, превращая в подобие самодельной бомбы, и заставляют бежать в гору на тренажере. Скорость растет. Пульс улетает в стратосферу раньше самого кандидата. Сердце бьется где-то в районе горла, пытаясь вырваться на свободу без скафандра. Врачи в этот момент лениво обсуждают виды на урожай кабачков. Настоящий космос — это не невесомость, это их абсолютное, ледяное равнодушие к твоим судорогам.
Вселенная огромна, холодны и безучастна ко всем медицинским картам. Мы тратим годы на доказательство своей пригодности к великому, чтобы в итоге получить штамп «годен к нестроевой». Возможно, это к лучшему. Звезды подождут. Земной диван гораздо надежнее.
Если этот текст заставил ваше сердце биться чаще, чем на беговой дорожке у кардиолога — подписывайтесь на канал «Другими словами». Жмите лайк, чтобы алгоритмы Дзена не списали нас на берег. А если хотите поддержать автора материально на покупку успокоительных после центрифуги — форма для доната ниже. Летим дальше.