— Ты действительно думаешь, что я сяду за руль этого корыта? — Вася брезгливо кивнул в сторону окна, за которым во дворе стоял старенький автомобиль. — Серьезно?
— Вась, я просто предложила… Если твоя машина вдруг будет в ремонте или тебе срочно понадобится съездить по делам, ты всегда можешь взять мою. Я же от всей души…
— Хочешь показаться лучше, чем я? — муж усмехнулся. — Решила благодетельницу из себя построить?
Мол, посмотрите, какая я щедрая, разрешаю мужу на своей жестянке покататься?
— Нет, Вась! Мы ведь постоянно ругаемся из-за транспорта. Я думала, ты порадуешься за меня.
— Я никогда не сяду за руль этой развалюхи! Запомни это раз и навсегда. Я на свой автомобиль сам заработал, с нуля, годами на работе пропадал.
А тебе все даром досталось. Прибежали твои родители, принесли ключики на блюдечке. И ты теперь стоишь тут, гордая собой.
Тьфу, смотреть противно.
Даше стало нестерпимо обидно.
— Да, у папы не было возможности купить мне новую машину, из салона! Но! Ей семь лет, и она в отличном состоянии, — возразила Даша. — Папа лично возил ее на диагностику перед покупкой.
Там все поменяно, мотор работает идеально. Она простая, надежная и недорогая в обслуживании.
Муж скривился.
— Ну да, конечно. Твой папа у нас великий эксперт по подержанным ведрам…
— Не смей так говорить о моем отце! — Даша повысила голос. — Он хотя бы позаботился обо мне.
Мои родители видели, как я выматываюсь, знали про мою больную спину от вечного таскания тяжестей.
И они сделали то, что посчитали нужным — собрали свои сбережения и подарили мне эту машину.
— Да потому что им делать нечего! — заорал Вася. — У них пунктик на том, чтобы казаться идеальными родителями.
А мои вот никогда мне не помогали, я всего добивался сам. И на первую машину заработал, и на вторую. Без всяких нянек и спонсоров!
— Вот в чем дело, — протянула Даша. — Ты просто завидуешь.
— Чему? Этому корыту? — Вася громко рассмеялся. — Да я на своей машине за один день проезжаю больше, чем твоя развалюха за полгода!
Чему тут завидовать?
— Ты завидуешь тому, что мне помогли. И тому, что теперь я не буду зависеть от тебя. Тебя ведь это гложет, правда?
У тебя больше не будет возможности говорить мне снисходительным тоном: «Ладно, сиди дома, я сам съезжу».
Теперь у меня есть свобода передвижения. И тебе это не нравится!
Мужа понесло:
— Да какая свобода передвижения? Да ты застрянешь на первом же перекрестке!
Ты правил не знаешь, ездить не умеешь! Что ты ставишь из себя не пойми кого?!
— Я сдам вождение заново, если нужно. Я возьму дополнительные уроки с инструктором.
Я справлюсь, Вась. Потому что у меня есть стимул — моя дочь, которую я больше не хочу мучить в душных автобусах.
— Ну и катись на все четыре стороны со своим стимулом, — бросил он. — Только ко мне не подходи, когда твое чудо техники заглохнет посреди дороги.
И за бензин плати сама, из своих декретных. Я на эту машину ни копейки не дам!
— Я и не просила у тебя денег, — спокойно ответила Даша. — Мои родители пообещали помогать мне с обслуживанием на первых порах.
Вася остановился в коридоре и обернулся.
— Ах, вот как? Родители опять помогут? Ну конечно. Они у нас спонсоры великие. А я тогда кто в этом доме? Мебель?
— Ты муж и отец, Вась. Или, во всяком случае, должен им быть. А ты ведешь себя как эго.истичный ребенок, у которого отобрали любимую игрушку.
— Я? Эго.ист? Да я все в дом тащу! Я за квартиру плачу, за ипотеку, продукты покупаю. А ты неблагодарная.
Тебе дали покататься на старой жестянке, и ты сразу корону на голову нацепила. Ходишь тут, права качаешь.
— Я не качаю права. Я просто хотела поделиться радостью, я ведь искренне верила, что теперь наши ссоры закончатся.
Я думала, ты обнимешь меня, поздравишь. Скажешь: «Здорово, Дашка, теперь тебе будет легче».
— Я не умею лицемерить, — сухо ответил он. — Радоваться тут нечему.
— Но почему? Объясни мне человеческим яз.ыком, почему ты так злишься?
Вася скривился.
— Потому что это унизительно! Твои родители притащили эту машину, даже не спросив моего мнения. Поставили перед фактом.
Зачем? Чтобы показать, что твой муж не способен обеспечить семью вторым автомобилем?
— Господи, Вася, да при чем тут ты? — Даша всплеснула руками. — Они сделали подарок мне! Своей дочери! Они видят, как мне тяжело. При чем тут твое эго?
— При том, что я мужчина в этой семье. И все крупные покупки должны согласовываться со мной.
А не так, что твоя родня за моей спиной проворачивает сделки, а потом выкатывает это во двор как трофей. Они меня ни во что не ставят.
И ты вместе с ними.
— Они предлагали тебе обсудить покупку машины полгода назад, — напомнила Даша. — Папа звонил тебе, хотел сложиться деньгами, чтобы купить нам что-то семейное и безопасное, на чем могла бы ездить и я. И что ты ему ответил?
Вася отвел взгляд.
— Я сказал, что мы сами справимся. Без посторонней помощи.
— Вот именно! Ты сказал «мы справимся», но за полгода ничего не изменилось.
Ты продолжал ездить на своей машине один, а я продолжала ходить пешком с коляской.
Ты просто заблокировал их помощь, а сам пальцем о палец не ударил, чтобы решить мою проблему.
Сколько мне нужно было ждать? Пока Алинка в школу пойдет?
— Всему свое время, — упрямо буркнул Вася. — Нужно было подождать, пока закроем часть ипотеки.
— Да ты просто не хотел ничего менять! Тебе было удобно. Ты приезжал с работы, ставил машину на сигнализацию и ложился отдыхать.
Твой комфорт никак не страдал. А на мой комфорт и здоровье тебе было плевать.
— Хватит драматизировать, — раздраженно бросил муж. — Здоровье у нее пострадало. Прямо трагедия мирового масштаба.
Миллионы женщин растят детей без машин, и никто не делает из этого драму.
— Да потому что у тех миллионов женщин мужья, возможно, не имеют собственного авто за три миллиона рублей! Понимаешь ты это или нет?
Одно дело, когда в семье действительно нет денег, тогда люди делят трудности пополам, поддерживают друг друга.
И совсем другое — когда один катается в тепле и с комфортом, а второй чувствует себя прислугой, которой не положено пользоваться благами.
Вася молча смотрел на нее, и в его глазах читалось раздражение — ему явно не нравилось, что жена высказывает ему все претензии в лицо.
Раньше она чаще молчала, глотала обиды, уходила плакать в ванную. Но сегодня что-то изменилось.
Появление собственного автомобиля, пусть и недорогого, будто бы вернуло ей чувство собственного достоинства.
Мама позвонила в самый неподходящий момент. Дарья сразу взяла трубку.
— Да, мам, привет.
— Дашенька, привет! — раздался в трубке веселый и заботливый голос матери. — Ну как ты? Как машинка? Уже успела прокатиться?
Василий состроил гримасу.
— Да, мам... Спасибо еще раз огромное. Машина замечательная.
Я пока только во дворе припарковалась, завтра хочу попробовать доехать до супермаркета.
— Ой, как я рада! — искренне отозвалась мать. — Папа так переживал, все утро проверял по базам, нет ли каких штрафов скрытых.
Но там все чисто, хозяин бывший — очень приличный человек.
Вася-то рад за тебя? Помог тебе во дворе припарковаться?
Даша замолчала на секунду.
— Вася... да, он дома. Занят просто немного.
Вася опять скривился.
— Дашенька, у вас все хорошо? — чутко уловила перемену в голосе дочери мать. — Голос у тебя какой-то грустный. Вася опять недоволен?
— Мам, давай я тебе позже перезвоню, ладно? Алинка скоро проснется, надо кашу приготовить.
— Хорошо, доченька, беги. Если что нужно — сразу звони нам с папой, хорошо? Мы всегда рядом.
— Да, мам, спасибо. Целую.
Даша положила трубку и посмотрела на мужа.
— Ну что, доложила мамочке? — съехидничал Вася. — Пожаловалась на плохого мужа, который не оценил щедрый царский подарок?
— Я ничего ей не сказала, — тихо ответила Даша. — Хотя стоило бы. Может, тогда они бы поняли, в какой а..д превратилась моя жизнь рядом с тобой.
— А..д? — Вася искренне удивился. — Да ты зажралась, дорогая моя! Живешь в теплой квартире, не работаешь, ребенок сыт, одет.
Да тебе все подруги завидуют! А ты устроила тут шекспировскую трагедию из-за какого-то куска железа.
— Дело не в куске железа, Вась. Дело в твоем отношении ко мне. Ты не любишь меня. И никогда не любил.
Тебе просто удобно, чтобы рядом была покорная женщина, которая заглядывает тебе в рот и зависит от каждого твоего решения.
— Опять твоя кухонная психология началась, — Вася махнул рукой. — Скучно мне это слушать! Сама придумала, сама обиделась.
Развлекайся со своей колымагой, только меня в это не втягивай.
***
Через неделю у маленькой Алинки посреди ночи резко поднялась высокая температура. Даша перепугалась до оду..ри, тут же ринулась к мужу.
— Вася, проснись, у ребенка жар! Срочно отвези нас в больницу! Вставай!
— Вызывай скорую, я выпил вечером. Отстань, никуда не поеду, — лениво буркнул он, натягивая одеяло на голову.
Даша не стала спорить. Она быстро одела плачущую дочь, взяла ключи от своей машины и довезла ее все-таки до дежурного приемного покоя под сильным проливным дождем.
Принимавший врач подтвердил, что промедление в домашних условиях могло закончиться опасными судорогами. Температуру сбили, под утро они вернулись домой.
Утром, поспав пару часов, Даша спокойно открыла шкаф и начала собирать чемоданы. Проснувшийся Вася недовольно наблюдал за ней.
— Что это за очередной ду..рацкий цирк? Куда это ты собралась среди бела дня с вещами?
— Я ухожу к родителям и подаю на развод, — ответила Даша. — Моя машина, которую ты назвал развалюхой, сегодня ночью спасла нашу дочь, пока ты спал. Больше я от тебя и твоих капризов не завишу.
— Ну и катись на все четыре стороны! — хмыкнул Василий. — Ты еще приползешь обратно на коленях, когда у твоих родителей закончатся деньги на твое содержание!
— Не приползу, Вась. У меня наконец-то появилась своя дорога, и возвращаться назад в твою клетку я больше не собираюсь, — твердо сказала Даша.
***
Бракоразводный процесс прошел быстро, хотя Вася до последнего пытался урезать сумму алиментов на дочь.
Позже он продал свое дорогущее авто, чтобы выплатить долги по ипотеке, и остался совершенно один в пустой квартире.
Даша же устроилась на хорошую работу, старенькая машина исправно отслужила ей целых девять лет.