ГЛУБИНА ДУШИ

— Ты что, меня выгоняешь? — Тимур перестал улыбаться. — Из моей же квартиры? — Квартира у нас общая, Тимур. Но я готова отдать тебе твою долю, лишь бы тебя здесь не было. Ты хотел жить для себя? Живи. Я тебе больше не мешаю. — Ты пожалеешь! — Ты издеваешься? Жень, ты серьезно думаешь, что это повод для праздника в кафе? Женя замерла, так и не донеся чашку с чаем до губ. Она ожидала чего угодно: шока, слез радости, долгого молчания, даже испуга. Но не этого брезгливого, раздраженного тона. — Тим, я...

— Мам, я просто больше не могу, понимаешь? — Лида прижала телефон к уху плечом, одновременно пытаясь переложить спящего сына в кроватку. — Он не спит третью ночь. У меня голова кружится так, что я боюсь его уронить...

- Ну, и когда поедем на ДНК-тест? – спросил муж. - Зачем делать такие глупости! – Ксения усмехнулась. – В роддоме у нас был расширенный пакет! Тест ДНК был сделан сразу после рождения Стасика. Это твой сын! – крикнула Ксения в лицо мужа. – Результаты теста находятся со всеми нашими документами в папке! Иди, изучай! - Нашел, кого слушать! – Ксения всплеснула руками. – Андрей, ты же взрослый человек! - Ну, знаешь, я и сам подозревал, - напряженно ответил Андрей. - Хорошо! – Ксения кивнула. – Ты...

— Знаете, Софья... Я всю жизнь на диетах. Мой муж всегда хотел, чтобы я выглядела как в день нашей свадьбы. И я вам скажу по секрету: это самое паршивое занятие в мире — пытаться соответствовать чужим ожиданиям. — Ты понимаешь, что они приедут через две недели? — Маргарита Львовна хлопнула ладонью по столу. — Ты хочешь, чтобы они увидели все вот это? Соня медленно отложила вилку. На тарелке сиротливо лежал кусок отварной грудки и две ветки брокколи. Она даже не успела их доесть. — Что именно — «это», мам? — тихо спросила Соня...

— Ты только и ждешь, когда я ноги протяну, чтобы вцепиться в эти стены! Не думала я, Варя, что родную мать на улицу выставишь, — рыдала Ирина Степановна. — Мама, о чем ты говоришь? Какая улица? — Варвара прижала ладони к вискам. — Я предлагаю тебе переехать в нормальную квартиру в Москву. Рядом со мной. Чтобы я могла зайти после работы, принести продукты, чтобы мы в парк ходили. Тебе шестьдесят восемь, мама! — Знаю я эти ваши «парки»! Сначала перевезешь, потом заставишь дарственную подписать, а потом — в дом пре...

- А я тебе говорю, оставь мою маму в покое! – настаивал муж. – Пенсию она в семейный бюджет кладет? Кладет! А наследство – это уже дело личное! Захочет – потратит, захочет – оставит! Не нам с тобой решать за нее! - Правда? – удивилась Лиза. – Как у вас красиво все получается! И главное, все в белом, одна я тут во всем виновата! - Не вовремя вы, Лариса Яковлевна, об экономии задумались! – проворчала Лиза. - Милая, хорошее дело никогда не поздно начать! – заявила свекровь. - Правда, что ли? – делано, удивилась Лиза...

— Извиниться? — тихо спросила она. — Знаешь что, Боря... Извинись сам. А я пойду собирать вещи. — Да куда ты пойдешь на ночь глядя? — Боря растерялся. — К подруге. В хостел. На вокзал. Куда угодно, лишь бы от вас подальше! Инна Руслановна победно улыбнулась невестке в спину. — Это что, забастовка или художественная инсталляция? — Неля стояла посреди узкого коридора, указывая на три таза с мокрым бельем, которые преграждали путь в ванную. Инна Руслановна, поправляя на переносице очки в роговой оправе, даже не повернула головы...

— Ты посмотри на него! Опять зенки залил и на диван завалился! Настя визг матери слышала даже через наушники. — Да отстань ты от человека, — глухо огрызнулся отец. — Выходной у меня. Имею право расслабиться. — Расслабиться? У тебя вся жизнь — одно сплошное расслабление! Полка в ванной на одном честном слове держится, кран капает вторую неделю, а он «расслабляется»! Настя, ты слышишь? Посмотри на своего папочку! Настя сдернула наушники и поднялась с кровати. — Мам, ну при чем тут я? — Настя вышла в коридор...

- Хватит! Прекращай! – обиженно сказала Алла. – Не смешно! - Не обижайся! – с усмешкой отмахнулся Влад. – Это ж я любя! - Что-то незаметно, - Алла стрельнула глазами и отвернулась. - Нет, ну, согласись, это было смешно! – Влад расплылся в улыбке...

— Ты деревенщина! Что, решила себя на шею сыну моему повесить? Выгодно устроиться? Света замерла. — Ирина Тимофеевна, я не совсем понимаю... — начала было Света, стараясь сохранить голос ровным. — Все ты понимаешь! — свекровь, а вернее, женщина, которая должна была ею стать, даже не присела. — Посмотри на себя. Как он с тобой жить будет? Ты об этом подумала? Ладно сейчас, пока он молодой и глупый, в «спасателя» играет. А через пять лет? Через десять? На кой ляд моему сыну неходячий инвалид?! — Мы любим друг друга, — тихо произнесла Света...

— Я буду спать спокойно! Я отдала этому браку тридцать лет, я сотню раз предупреждала вашего отца. Он выбрал свой путь сам. Почему я должна нести ответственность за его выходки? — Ты хоть понимаешь, как это звучит, мама? — Артем расхаживал по кухне, задевая локтем висящие пучки сушеных трав. — «Я наняла сиделку, потому что хочу пожить для себя». Это же отец наш! Твой муж! Вера Яковлевна методично нарезала авокадо, не поднимая глаз на сына. — Я понимаю, как это звучит для тебя, Артем. Но выхода у меня нет...

- Серьезно думал, что я не узнаю? – поинтересовалась Марина у мужа. - Донесли добрые люди, - проворчал Сергей. - Ты наивен, как ребенок, - Марина покачала головой. – Я дружу с твоей главной бухгалтершей, а с твоим замом мы семьями общаемся...