В конце семидесятых, когда по Каме ещё ходили баржи и на берегу то и дело слышался гул моторов, а вечерами над водой стелился туман, жители прибрежных домиков начали замечать странное. По ночам, когда деревня затихала и даже собаки переставали брехать, с реки доносился плач — тонкий, протяжный, такой, что по спине сразу бежали мурашки. Поначалу люди думали, что это ветер гудит в камышах или где-то на дальнем перекате бьётся о камни вода, но потом поняли: звук слишком уж похож на человеческий, будто кто-то горько всхлипывает, зовёт на помощь, да только слов не разобрать. Старики качали головами и вспоминали старые поверья: мол, на Каме издавна водились русалки, особенно там, где река делает крутые повороты и подмывает берега, оставляя после половодья глубокие омуты. Молодёжь над этим смеялась, но по ночам к воде всё равно старалась не подходить, а если и приходилось, то шли парами и обязательно брали с собой фонарик, хотя от света в тумане порой становилось только страшнее.
Осенью 1978 года плач стал громче и ближе, будто тот, кто его издавал, подплывал всё ближе к берегу. В одну из ночей, когда луна пряталась за тучами и над рекой висела густая пелена, несколько мужчин из деревни собрались и решили наконец выяснить, что там такое. Среди них были Фёдор, крепкий мужик с рыбзавода, его сосед Степан, вечно хмурый и молчаливый, да ещё трое парней помоложе — Валерка, Мишка и Петька, которым просто было любопытно, да и страшновато сидеть дома, когда за окном кто-то так жалобно стонет. Они взяли с собой фонари, верёвку на всякий случай и двинулись вдоль берега туда, откуда, как им казалось, шёл звук. Туман был такой плотный, что свет фонарей едва пробивался вперёд, а голоса звучали глухо, будто их накрыли ватным одеялом. Плач то затихал, то снова становился отчётливым, и от этого у всех внутри всё сжималось, но отступать было стыдно, да и любопытство гнало вперёд.
Когда они подошли к излучине, где берег резко уходил вниз, а вода казалась чёрной и неподвижной, плач вдруг оборвался. Мужчины остановились, прислушиваясь, и в этот момент из тумана прямо перед ними выступила женская фигура. Она стояла по колено в воде, волосы были распущены и стекали по плечам тёмными мокрыми прядями, одежда прилипла к телу, а лицо было бледным, почти прозрачным, с тёмными провалами глаз. Она подняла руку и тихо, но отчётливо произнесла: «Помогите». От её голоса у Фёдора похолодело внутри, а Валерка невольно отступил на шаг, едва не оступившись на скользких камнях. Никто не знал, что делать: с одной стороны, человек в беде — надо спасать, с другой — что-то в облике этой женщины было неправильное, неестественное, будто она не до конца принадлежала этому миру.
Фёдор шагнул вперёд, собираясь подать ей руку, но в этот миг женщина медленно покачала головой, будто предупреждая, и вдруг растворилась в тумане, оставив после себя лишь лёгкую рябь на воде и едва уловимый запах речной тины. Мужчины застыли на месте, не в силах пошевелиться, а потом разом бросились прочь, спотыкаясь о коряги и не разбирая дороги. Лишь оказавшись на освещённой улице, они перевели дух, но даже тогда никто не решался заговорить первым. Позже они пытались убедить себя, что им всё привиделось из-за тумана и игры света, но каждый из них помнил тот голос и взгляд, от которого кровь стыла в жилах.
Авиатехник в Telegram, подпишитесь! Там вы увидите ещё больше интересных постов про авиацию (без авиационных баек и историй, наведите камеру смартфона на QR-код ниже, чтобы подписаться!):
На следующий день на том месте, где стояла женщина, на мокром песке остались следы босых ног, которые вели от воды и обрывались посреди тропинки, будто человек вдруг взлетел или провалился сквозь землю. Рыбаки, проходившие мимо, только крестились и ускоряли шаг, а старики сразу сказали: это была русалка, душа утопленницы, которая не может найти покой и заманивает людей в омут. С тех пор местные старались не ходить к реке в сумерках, а если уж приходилось, то никогда не отзывались на голоса и не смотрели в тёмную воду, боясь увидеть там отражение чего-то чужого.
Со временем история обросла новыми подробностями. Одни говорили, что русалка появляется только в те годы, когда Кама особенно сильно разливается и уносит чьи-то жизни, другие утверждали, что она ищет того, кто сможет освободить её от проклятия, но для этого нужно произнести какие-то особые слова, а ошибиться нельзя — иначе сам останешься с ней на дне. Были и такие, кто уверял, что слышал её плач даже спустя годы, особенно в безветренные ночи, когда над рекой стоит густой туман и луна едва пробивается сквозь облака. В деревне до сих пор помнят тот случай и рассказывают его приезжим шёпотом, словно боятся, что, если говорить громко, звук долетит до воды и она снова откликнется.
Прошло много лет, деревня постепенно опустела, многие дома стояли заброшенными, а берег местами обвалился, обнажив старые корни деревьев. Но те, кто ещё оставался в этих местах, по-прежнему прислушивались по ночам к звукам с реки и вздрагивали, если вдруг слышали отдалённый плач. Однажды поздней осенью, когда листья уже облетели, а по утрам на воде появлялась тонкая корка льда, старый Фёдор, который к тому времени стал совсем седым и сгорбленным, снова пришёл к излучине. Он долго стоял на берегу, глядя в тёмную воду, будто надеясь что-то разглядеть в глубине, а потом тихо произнёс: «Если ты слышишь, прости, что тогда мы не помогли». В ответ лишь ветер шевельнул камыши, да где-то далеко прокричала ночная птица. Фёдор повернулся и медленно пошёл прочь, чувствуя, как по спине ползёт знакомый холодок, и знал: река всё помнит, и голоса с неё не исчезают бесследно, они лишь затихают на время, дожидаясь, когда кто-нибудь снова подойдёт слишком близко к кромке воды.
Все совпадения случайны, данная история является вымышленной байкой
Хотите видеть качественный контент про авиацию? Тогда рекомендую подписаться на канал Авиатехник в Telegram (подпишитесь! Там публикуются интересные материалы без лишней воды)