История Киргизской волости относится к числу наименее изученных. Большинство документов рассматриваемого периода, отражающих хозяйственную и иную деятельность волостного населения, остались вне пристального внимания исследователей. Между тем, они содержат разнообразные сведения о вотчинниках и невотчинниках, а также их поселениях. Важно выявить не только их имена, но и установить на основе анализа документов их причастность к возникновению поселений, обратить внимание на их сословную структуру.
Автор - Тагир Каримов
Займы, долги и родовые тамги: татарско-марийские связи в XVIII веке
Рассмотрим документы в хронологическом порядке. В документе от 18 августа 1727 г. сообщается, что вотчинник д. Илишево Калмамет Ильгильдин одолжил 7 рублей своему односельчанину марийцу Канышу Козянову. Взамен последний с женой должны были прожить у него 3 года и выполнять все его домашние и другие работы и во всем ему подчиняться. При этом Калмамет обеспечивал их едой и питьем, но одежду и обувь они носили свою. В документе содержатся родовые тамги Каныша и Калмамета.
Следует отметить, что марийцев в д. Илишево было немного, наряду с вотчинниками, большую группу здесь составляли татары тептярского сословия и ясачные татары, отмеченные в ревизских сказках.
13 июня 1732 г. вотчинник Киргизской волости Мурза Чюрин дал запись окладному «тептярю» той же дороги д. Нурметово Рахманкулу Ишметеву о припуске его для поселения в своей вотчине на правах общего владения.
«Припустил я, Мурза, оного Рахманкула на вотчинную свою землю к поселению юртом и в пахотную землю, и в сенные покосы, и в леса для рубки лесу, и в снимания лубьев, и в бортные угодья, и в звериные и рыбные и птичьи ловли, как я, Мурза, владею. И платить ему, Рахманкулу, положенной на меня, Мурзу, ясак в подмогу на год по кунице. А ежели я, Мурза, с припускных людей на оную вотчинную землю буду оброк брать, то тот оброк брать вобще и делить пополам. Токмо ныне я, Мурза, уступил ему, Рахманкулу, и старых дельных бортей 5. И впредь ему в вотчине моей повытья владеть вечно, а мне, Мурзе, с той вотчины ево не збивать и во всем и показанном воля давать, и ни чем не истеснять, и от посторонних людей и от родственников своих, от ступщиков, очищать, и никакова в том вотчинном владении убытку не учинить, и, очистя от ступщиков, владеть ему, Рахманкулу, и детям и внучетом впредь потому ж ис показанного подможного есаку, как писано выше сего».
Этот документ свидетельствует о том, что «тептяр» Рахманкул Ишметев стал полноправным участником хозяйственной деятельности вотчины, без каких-либо ограничений в сроках («владеть вечно»). Подобно Мурзе Чюрину, он отныне будет платить куничный ясак (т. е. часть общего ясака с вотчины). Кроме того, они договорились делить прибыль от сдачи вотчинных земель «припускным людям» в оброк пополам.
В документе от 14 июня 1735 г. упоминаются вотчинники Киргизской волости Заит Устимов (из д. Устюмово) и Ба[и]слан Уразаев (д. Куктау). Во время восстания 1735–1740 гг. они были сторонниками правительства. Первый из них – сын основателя д. Устюмово (ныне Бакалинского района РБ). Братом Заита был Бимет Устюмов, который ранее упоминался в документе от 3 июля 1724 г. (тогда он одолжил 6 рублей ясачному татарину д. Актаныш Баймету Войкину).
Позднее, переехав на новое место, старшина Заит Устимов основал д. Заитово (ныне Нижнезаитово Шаранского района РБ), названную его именем. Мы полагаем, что его переезд был связан с передачей участка своей земли мурзе Тевкелеву, чьи крестьяне затем поселились в д. Устюмово.
Еще один вотчинник Баислан Уразаев – представитель одного из влиятельных родов Киргизской волости. Его сын Кадыргул Баисланов в документе от 1 ноября 1774 г. упоминается волостным старшиной и повстанцем. В д. Новое Куктово жил сын Кадыргула, юртовой старшина Кутлуяр Кадыргулов (1760–1831; двоеженец). Здесь же жил и походный сотник Биткул Кадыргулов (1775–1832). В 1833 г. его братом значился Кинзягул Кадыргулов (42 года). Юртовой старшина Курбангали Валитов (47) также был жителем д. Новое Куктово.
В документе, датированном мартом 1737 г., названы татарин Аблазей Сулеев (из д. Катаево) и новокрещен Никита (д. Маты), купивший у первого светло-серую кобылу. Эта сделка облагалась налогом: продавец заплатил 3 рубля пошлины, а покупатель – 5 копеек, что принимал целовальник Иван Бабин. Важно отметить, что Аблазей Сулеев упоминается только один раз как татарин. Его родственники в д. Катаево и другие вотчинники по географическому признаку будут называться «башкирцами».
«Из Киргизской в Кыр-Еланскую: как татары переходили волости ради земли»
По договору от 6 февраля 1738 г. вотчинники д. Торузино Кыр-Калнинской волости Казанской дороги Бойдан Боиртов, Аликай Тохтаров, Спир Азанов, Мурзакай Сеитов, Якуп Аитов, Буздяк Ишимбетев их дети, братья и племянники припустили «башкирцев» Аита Каиршиева, Шигая Ишимова из д. Зияшево Енейской волости, Мусу Кутлумбетева из д. Алимово, их детей, братьев, племянников и родственников на свою вотчинную землю «для поселения дворами». Как границы той вотчины: речки Кармасан, Чермасан, Уван-Сакат, Тюбякузю, Базылкай, Тогыз Кызыл-Тамак, Туборинское, гривы Кутлюк-Сырт и Сырт-Буляк, горы Магиш и Суэруш. Они обязались ежегодно платить ясак вместе с вотчинниками по 25 куниц.
В этом договоре обращает на себя внимание «башкирец» Муса Кутлумбетев из д. Алимово. Хотя название волости не указано, деревня с таким названием была одна и относилась она к Киргизской волости. Это первый документ, в котором упоминается д. Алимово, где население жило по припуску киргизцов. Отсутствие у Мусы собственной земли, по-видимому, и стало причиной его переселения в Кыр-Калнинскую волость.
Ясачные татары из Киргизской волости продолжали активно мигрировать за пределы своей территории. Договора 1738 и 1741 гг. фиксировали переход в Кыр-Еланскую волость ясачных татар Салима Бегенеева (из д. Крусево), Уразмета (д. Камаево), Асана Мосеева, Алея Месеева (д. Килки Абызово), Курмекея Кулметева, Мамекея Кулметева (д. Тупеево), Юлдаша Ижбулатова (д. Урметево) с условием уплаты ими ясака по 5 куниц в год. Перевод договора 1738 г. был выполнен 20 июня 1743 г. и находился в руках Салима Бегенеева, который в нем значился ясачным татарином из д. Наратасты. В припуске ясачных татар в 1741 г. участвовал старшина Нурбакый Яркеев из д. Яркеево, сын основателя этой деревни. Сами припущенники или их наследники будут зафиксированы в ревизской сказке 1762 г. д. «Карагай Асты на речке Суне». Оттуда Салим Бигенеев переселился в д. Туймазы по договору от 1 июня 1775 г., поэтому этот договор значился в числе земельных документов «башкирцев и тептярей» д. Туймазы в 1842 г. Эти документы обогащают наши знания о ясачных татарах Киргизской волости новыми именами из дд. Куручево («Крусево»; ныне Старокуручево), Камаево, Килькабызово («Килки Абызово»), Тупеево, Урметево. Об этом мы могли знать по материалам I и II ревизии, но они сохранились не полностью.
Важно отметить, что при составлении договора 1738 г. свидетелями выступили сотник Иман Юлметев, выборной Ибрай Кимзин и Рысмет Мутаев из д. Тыпыево (ныне Тупеево Илишевского района РБ). Они приложили свои тамги, представляющие собой две вертикальные параллельные линии и свидетельствующие об их принадлежности к одному роду. 55-летний сын Имана Ямангул Иманов будет показан в ревизской сказке этой деревни в 1816 г. Поскольку Иман является внуком основателя деревни, генеалогическая схема этого известного рода выглядит следующим образом: Бизирген → Тыпый → Юлмет → Иман → Ямангул.
В 1742 г. вотчинники Киргизской волости припустили ясачных татар Юлметева и его товарищей (всего 5 дворов) для проживания в д. Заитово. Они будут зафиксированы в ревизской сказке 1762 г. по этой деревне. Со ссылкой на этот же источник, А.З. Асфандияров пишет, что в д. Чекен-Тамак
«в 1742 г. по договору башкир Киргизской волости в эту деревню были припущены 5 семей ясачных татар и тептярей. 18 сентября 1782 г. ясачный татарин Бакир Якметев с тов. был припущен с правом владения землей "бессрочно"».
Однако автор не обратил внимания, что в самом источнике д. Чекен-Тамак зачеркнута, а по нумерации в начале источника речь идет о д. Заитово.
В документе от 3 апреля 1745 г. упоминается сотник Иштеряк Дюсмекеев из д. Чюганак (ныне Чуганак Актанышского района РТ). Он и другие «башкирцы» Гарейской волости, включая старшину Мутю Янурусова, разрешили ясачному татарину Зиганше Балтаеву и его шести братьям пользоваться бортным угодьем и охотиться на территории своей вотчины. За это припущенники должны были платить в казну 50 копеек и поставлять мед в качестве соляного налога по одному пуду в год. Этот факт говорит о том, что татарин башкирского сословия д. Чугана Киргизской волости имел вотчинные права в соседней Гарейской волости.
В следующем документе речь идет о сдаче вотчинных земель в оброчное владение на 20 лет русским крестьянам. 1 июля 1745 г. вотчинники Киргизской волости старшина Бикбатыр Исаев, писарь Еркей Ермаков, Аптим Салтанаев, Мухту Минлибаев, Минлигул Кадыров, Зайсан Акбаев, Муксин Бикбатыров, Ишкара Исаев (из д. Ябалаково), Мансур Калчанов, Авес Шигаев (д. Аишево), Иски Танатаров (д. Киргиз), Заит Сеитов (д. Куктав), Тогуча Мряков (он же «Тугучай»; д. Илишево), Ибрай Ногаев (д. Ногаево) и их товарищи передали дворцовым каракулинским крестьянам С.Я. Туманину, Д.К. Дьяконову, А.И. Бердникову, А.И. Тебенкову и их товарищам право пользования вотчиной на 20 лет с уплатой оброка в размере 50 коп. в год (*«вотчинную свою для пашни землю с лесом и с сенными покосы и с хмелевым щипаньем. В межах та наша вотчина: с восточную сторону деревни Ты[н]ламас от пашенной земли, с полуденную сторону по проезжей столбовой дороге, ехав от Уфы по правую сторону, до Актанышевских поль и вниз по горе до увалу, которой взялся от деревни Ты[н]ламасу, и с речкою Узунколом и с озерки, в которые пала речка Узункол, и по увалом с мелкими озерки, с рыбными ловли и со всякими угодьи, да сенные покосы по речке Сюне по левую сторону от дерева тополи на озерко Чюраш-куль и по ветле, а на низ по речке Сюне до речки Чюганак, да по правую сторону речки Сюни Сииля арема и луг, сенной покос, во владение с нынешняго 745-го году впредь на 20 лет»*).
Им было позволено
«для житья построить на речке Узункол деревню 5 дворов, и на строение дворов всякий лес рубить, и лубья снимать, и жерди рубить и скота всякого водить, кроме свиней; на за Белой рекой в старом Кыргыскому лесу на строение бревна рубить и лубья снимать».
Так была основана д. Узункулово, к 1842 г. состоящая из татар и крещеных вотяков. В этом документе речь идет о владениях волости, расположенных в основном на левом берегу р. Сюнь (позднее – территория Мензелинского уезда). Среди вотчинников из многочисленных родов Киргизской волости упоминается Ибрай Ногаев из д. Ногаево («деревни Ногаевой Ибрай Ногаев»), а также дана его родовая тамга в виде серпа (№ 451). В более поздних источниках этот человек и Тугучай Мряков указаны жителями д. Шамметово, поэтому нет оснований полагать, что Тогучай имеет отношение к д. Ногаево Гарейской волости. Получается, что деревня могла сначала называться Ногаево, а затем Шамметово или Шембетово. Позже имя старшины Киргизской волости Бикбатыра Исаева появится в другом договоре.
Следует отметить, что ранее в документе от 21 марта 1693 г. назывался Ногай Уразметов. Ибрай Ногаев может быть его сыном, так как других вотчинников с таким именем не обнаружено.
Кузеев ошибался: почему "племя Кыргыз" не выдерживает архивной проверки
Примечателен документ от 24 августа 1745 г. Он представляет собой указ, данный старшине Тамьянской волости Ишкувату Мурзаеву, старшине Сенирянской волости Шерыму Илишеву и «башкирцу» Киргизской волости Сулюку Султюкову.
«Они объявили, что имеется у них дедов и отцов их вотчинная земля, по старинным уфимским ясачным книгам, по Самаре реке от Кинельского сырта и от Красного Яру вверх по обе стороны по реке Юшаду, да по Тереклинский верхний сырт с бортными ухожьи, и с бобровыми гонами, и рыбными ловлями и со всякими угодьи, на которую вотчину приложили с присланной в Уфу к стольнику и воеводе Ивану Андрееву сыну Толстому грамоты копию, и с той вотчины повсягодно платят ясак по четыре рубли по пятидесяти копеек».
До них выплату ясака на такую сумму осуществлял тархан Киргизской волости Явгильды Мурзагильдиев.
Однако по указу императрицы Анны Иоановны от 11 февраля 1736 г. казакам, поселившимся в новых городках-крепостях, предписывалось выделять земли из тех мест, где были владения вотчинников по-соседству, что привело к спору с новопоселенцами. Поскольку вотчинники по-прежнему продолжали платить ясак, было решено, что пока «оный с них с не снимется, … они теми местами совсем лишены быть не должны». Чтобы «препятствия и обид никаких им не чинили», Ишкувату и его товарищам был дан указ.
Из этого документа следует, что если первоначально землями владел Явгильды Мурзагильдиев, то к 1745 г. владельцами стали представители 3 волостей. Имя вотчинника Киргизской волости Сулюка Султюкова встречается только в этом источнике. Возможно, он отец старшины Киргизской волости Аднагула Сулюкова.
Вернемся к другим документам. Если ранее названный документ 1745 г. разрешал русским крестьянам селиться на определенных условиях («скота всякого водить, кроме свиней»), то в другом договоре от 4 июня 1748 г. речь идет об аренде мест для рыбной ловли на р. Белая на 10 лет дворцовыми крестьянами А.Г. Бештомовым (из д. Касево Сарапульской волости) и А.Ф. Кореневым («каракулинский дворцовый крестьянин») (*«отдали мы, сотник Куныр с вышеписанными таварыщи и с родственники своими, им; Алексею, вотчинные свои воды, рыбные ловли, Белую реку стреж, во урочищах: верхняя межа Красной Яр и выше Киргискаго истоку, нижняя межа до устья реки Сатарки, а по другую сторону Медведвеной исток, и с пески и с неводами и с летними и зимними езамии с сашковою и с самоловною ловлею, кроме оханов и крыг, во владение с нынешнего 1748-го году впредь на 10 лет»*).
В документе названы вотчинники д. Илишево Юсуп Шагов, Мухту Минлибаев, Асян Мурзашев, Якуп Муаитмасов («Маитмасов»), Имангул Маметкулов, Аит Темиров, Тогучай Мряков из команды сотника Кунура Темирова. Якуп Маитмасов позже будет упоминаться как старшина Киргизской волости, а сотник Кунур Темиров – как житель д. Чекан-Тамак (Кульчубаево).
По другому договору от 15 июня 1748 г. дворцовые крестьяне д. Пермяково Каракулинской волости И.Н. Паркачев, И.П. Чернышев и И.О. Тебеньков взяли в аренду вотчинные озера для рыбной ловли у Якупа Маитмасова, Имангула Маметкулова (из д. Илишево), Муслюма Багаева, Сеита Ишметева (д. Татыш) с товарищами «со всего общего мирского совету» (*«Отдали мы, Якуп с товарыщи, им, Ивану с товарыщи, вотчинное свое озеро Темеду да озеро Татыш, да озеро Силиди, озеро Кытылды, да озеро Акбулат, рыбные в них ловли, с-ыстоки и с суходолы и с вешними заливы и с сетевыми метищами и с духовою рыбою, точию в Татыше ловить духовую вместе с нами, башкирцы, а в Ташском истоке ловить рыбу им, Ивану, до межи мельнишнаго места, во владение с претбудущаго 749-го году впредь на 8 лет. А оброку рядили мы, Якуп с товарыщи, у них, Ивана с товарыщи, за те свои озера, за рыбные в них ловли, на год по 10-ти руб.»*).
В этом документе впервые упоминается вотчинник д. Татыш (ныне Старотатышево Илишевского района РБ). Обращает на себя внимание одноименный гидроним, который, возможно, объясняет происхождение названия деревни.
9 сентября 1749 г. татары башкирского сословия Киргизской волости старшина Аднагул Сюлюков (тамга №371; д. Кугарчин-Бюляк), Абдей Кузянов (тамга №588), Чапай Бигинеев (тамга №195), Заит Сеитов (тамга №576; д. Куктав), Исембай Енурусов (д. Исембаево), Ибрай Ногаев (д. Шембетево), Абтим Солтанаев (тамга №389; д. Кадыкеево), Тогусяй Мряков (тамга №353; д. Илишево), Минлигул Кадыров (тамга №589), Бакы[й] Солтанаев, Аит Дурбанов (тамга №369; д. Ебалаково), Кучюк Искин (тамга №392), Елдаш Максеев (тамга №572; д. Киргиз), Авесь Шигаев (тамга №221), Еркей Ермяков (тамга №590), Бакай Ярметев (тамга №591; д. Аишево), Араптан Муканов (тамга №267; д. Заитово), Калмамет Бекметев (его тамга №593), Минлигул Танатаров, Масегут Танатаров (тамга ; д. Куручево («Крусево»)), Башир Имангулов (тамга №594; д. Карабашево), Кузей Юзеев (тамга №595; д. Тыпеево) команды старшины Аднагула Сюлюкова и их товарищи «с общего всей той волости мирских людей согласия» разрешили поселиться на 10 лет в своей вотчинной земле ясачным татарам Казанского уезда Усею Асееву (из д. Урсалы Арского уезда), Аиту Усееву с братьями (д. Балыклы Алатской дороги) и Муртазе Аитову с братьями (д. Орбор). Местами для строительства двух хуторов для них обозначены урочища по рр. Байряка и Ютада, «где они к строению тех хуторов удобные места изберут». Среди свидетелей договора были ясачные татара Габдрашит Шукуров, Танай Усев (из д. Салауш) и Бакир Юсупов (д. Максара) из Арской дороги. Позже новопоселенцы были записаны в ревизской сказке 1762 г. д. Байряка (ныне Ютазинского района РТ).
Рассматриваемый документ 1749 г. примечателен тем, что в нём указаны имена и фамилии вотчинников-татар с разных территорий большой Киргизской волости. Названные здесь дд. Ебалаково (ныне Ябалаково), Исембаево (Исанбаево), Карабашево, Куктов (Старокуктово), Тыпыево (Тупеево), Шембетово (Шамметово) в настоящее время относятся к территории Илишевского района РБ, д. Кадыкеево (Казкеево) – Актанышского района РТ, д. Крусево (Старокуручево) – Бакалинского района РБ, дд. Заитово (Нижнезаитово), Кугарчин-Бюляк (Кугарчи-Буляк) – Шаранского района РБ. Некоторые из этих деревень (Заитово, Карабашево, Кугарчин-Бюляк) упоминаются впервые.
Тамги вотчинников подчёркивают многочисленность родов, населяющих Киргизскую волость, и опровергают измышления некоторых историков и краеведов-любителей, пытающихся представить огромное население волости принадлежащим к роду «Кыргыз» вслед за историком-этнографом Р.Г. Кузеевым.
Однако ранее уже было отмечено, что этот исследователь выдумал «племя Киргиз» на основе одного шеджере, относящегося только к одному роду. Имеются два документа 1749 г., касающихся уплаты ясака вотчинниками д. Катаево. Прежде чем комментировать, мы сочли необходимым процитировать их полностью, сохраняя стиль.
Документ 1: «1749 года августа в 18 день по указу ея императорского величества принято в казну ея императорского величества по доношению Казанской дороги Киргиской волости команды старшины За[и]та Устинова (Заита Устюмова. – Т. К.) деревни Катаевой башкирца Аднагула Сюлеева с товарыщи в оклад той же волости старосты Бойсары Теняшевы с товарыщи на 749 год за шесть куниц с подымными два рубли пятьдесять две копейки. У подлинного подписано тако майор Сергей Филимонов, майор Иван Тютчев, секретарь Семен Зубов, канцелярист Флор Щедрин».
Документ 2: «1749 года ноября 17 дня принято в казну ея императорского величества по доношению Уфинского уезда Казанской дороги Киргиской волости команды старшины Аднагула Сюлюкова деревни Кактов з башкирцев Аднагула Сулеева с товарыщи в оклад той же волости старосты Бойсары Теняшевы с товарыщи на 749 год за шесть куниц с подымными два рубли пятьдесять две копейки. У подлинного подписано тако майор Сергей Филимонов, майор Иван Тютчев, секретарь Семен Зубов, канцелярист Флор Щедрин».
Из этих документов видно, что в 1749 г. старшинами Киргизской волости были Заит Устюмов и Аднагул Сюлюков, а старостой служил Байсары Теняшев. Имя Байсары как старосты впервые встречается в квитанции от 5 марта 1719 г., где также упоминается Сунбай Кузубаев, принадлежавший к его роду.
Итак, источники второй четверти XVIII в. содержат большое количество сведений о вотчинниках и поселениях Киргизской поземельной волости. Кроме того, они позволили сделать вывод о том, что, помимо вотчинников, большинство жителей составляли представители других сословий татар. Названия некоторых поселений (Устюмово, Заитово) связаны с именами вотчинников или гидронимами (Татышево), некоторые (Ябалаково и др.) встречаются впервые.