Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Сергей Громов (Овод)

Неудачная попытка открыть брак. Часть 6. Окончание.

Предыдущая часть: Неудачная попытка открыть брак. Часть 5. Они встретились. Разговаривали три часа. О своих браках, о детях, о том, как непросто начинать сначала, когда тебе за пятьдесят. Светлана не плакала. Она вообще была сухой, чёткой, как чертёж. Леониду это нравилось - в ней чувствовалась такая же усталость, как в нём. Но не безнадёжность. Он спросил: - Что вы ищете, Светлана? Она ответила: - Мир. Спокойствие. Чтобы никто не врал. Даже в мелочах. Он кивнул. Сказал: - Я тоже. Они разошлись в шесть вечера, договорившись встретиться ещё раз, но без обязательств. Просто погулять. В парке. В конце сентября Анжела попала в больницу. Аппендицит. Обычная операция, но всё равно страшно. В палате она лежала одна. Палата двухместная, соседку выписали накануне. Телефон разрядился, книг не было. Она лежала и смотрела в потолок, и в голову лезли мысли. Кто её навестит? Дети - конечно. Настя придёт с внуком, Кирилл с Викой. Но они придут из чувства долга. А кто придёт потому, что скучает? Пото

Предыдущая часть: Неудачная попытка открыть брак. Часть 5.

Они встретились. Разговаривали три часа. О своих браках, о детях, о том, как непросто начинать сначала, когда тебе за пятьдесят. Светлана не плакала. Она вообще была сухой, чёткой, как чертёж. Леониду это нравилось - в ней чувствовалась такая же усталость, как в нём. Но не безнадёжность. Он спросил:

- Что вы ищете, Светлана?

Она ответила:

- Мир. Спокойствие. Чтобы никто не врал. Даже в мелочах.

Он кивнул. Сказал:

- Я тоже.

Они разошлись в шесть вечера, договорившись встретиться ещё раз, но без обязательств. Просто погулять. В парке.

В конце сентября Анжела попала в больницу. Аппендицит. Обычная операция, но всё равно страшно. В палате она лежала одна. Палата двухместная, соседку выписали накануне. Телефон разрядился, книг не было. Она лежала и смотрела в потолок, и в голову лезли мысли.

Кто её навестит? Дети - конечно. Настя придёт с внуком, Кирилл с Викой. Но они придут из чувства долга. А кто придёт потому, что скучает? Потому что хочет её увидеть? Ответа на эти вопросы не было.

-2

Леонид узнал о больнице от Кирилла. Он позвонил через час. Спросил:

- Как ты?

- Нормально. Операция прошла хорошо.

- Нужно что-нибудь?

- Нет. Спасибо.

Пауза. Он сказал:

- Я зайду. Завтра.

Она не поверила, но он пришёл. С пакетом мандаринов, она любила их с детства. С журналами, которые она читала в молодости. Нашёл в каком-то киоске, смеялся, когда покупал.

Анжела смотрела на него и понимала, что любит. Не привычку. Не память о молодости. А этого человека - с сединой на висках, в простой рубашке, нелепо держащего пакет с мандаринами. Она сказала:

- Ты изменился.

- Я? Скорее, ты.

- Я не про внешность. Ты стал… спокойнее. Раньше в тебе была эта вот… скованность. Как будто боялся слово лишнее сказать.

- Развод научил. Когда терять нечего, проще быть собой.

Она хотела спросить про Светлану, слухи до неё уже дошли. Не спросила. Не имела права. Он побыл полчаса, поговорил с врачом, заплатил за палату повышенной комфортности. Потом ушёл.

Анжела смотрела на мандарины и плакала. Не от жалости к себе. От того, что поняла, она могла иметь это всё. Каждый день. И потеряла по собственной глупости.

Мысленно она составила список тех, кто отвернулся от неё. Список был длинным.

Коллеги с прежней работы - даже те, с кем она обедала десять лет, перестали здороваться. Увидев её на улице, отводили взгляд.

Подруга Нина, через месяц после истории, прислала сообщение:

- Анжела, я не осуждаю, но мне нечего тебе сказать. Ты сама выбрала этот путь.

Анжела ей не ответила. Двоюродная сестра из Саратова позвонила, чтобы сказать:

-Ты опозорила всю семью. Мать твоя плачет каждый день. Ты подумала бы о ней, прежде чем бегать за мужиками.

Анжела молчала и слушала, а потом положила трубку и плакала в подушку.

Мужчина, с которым она познакомилась в приложении для знакомств. Да, была и такая попытка. Через два месяца после расставания с Леонидом, когда одиночество стало невыносимым. Она зарегистрировалась, выбрала несколько кандидатов, начала переписку. Первый написал:

- Ты красивая, но я ищу женщину без проблем.

Второй:

- У тебя взрослые дети? Отлично, значит, свободна. Мне нужна хозяйка в дом.

Третий, самый симпатичный, пригласил на свидание. Они встретились в парке. Он был вежлив, интересен, остроумен. А в конце сказал:

- Знаешь, я навёл о тебе справки. Ты та самая Анжела, которая хотела открытый брак? Извини, я ищу порядочную женщину. Удачи.

Она удалила приложение.

Наступил декабрь. Первый снег выпал внезапно, за ночь город стал белым и тихим. Леонид сидел в своей комнатушке, пил чай из старой треснувшей кружки и смотрел в окно. Полгода, которые он дал себе и Анжеле, заканчивались через две недели.

Он много думал. О том, что она изменилась не на сто процентов, но заметно. Перестала требовать внимания. Научилась слушать. Признала свою ошибку не на словах, а на деле - ходила к психологу, искала работу, не навязывалась, не звонила с истериками. Но достаточно ли этого? Он вспомнил разговор со Светланой. Она сказала тогда в парке:

- Леонид Николаевич, вы не обязаны возвращаться. Даже если она станет святой. Потому что простить - это одно. А забыть, как она хотела сделать вам больно, - другое. Иногда любовь заканчивается не потому, что кто-то плохой. А потому, что чашка треснула. И как ни склеивай - трещина останется. И по ней всегда будет течь.

Он не ответил ей тогда. Но сейчас, глядя на снег, понял, что Светлана права. Трещина останется. Вопрос только в том, научились ли они жить с этой трещиной. Он позвонил Анжеле, сказал:

- Привет.

- Привет.

Голос был спокойным, без надежды в нём. Она уже смирилась, понял он. Леонид сказал:

- Мне нужно принять решение. Ты знаешь. Полгода почти прошли.

- Знаю. Я не прошу тебя возвращаться. Я просто хочу сказать спасибо. За мандарины. За палату. За то, что не бросил меня в больнице. Этого достаточно. Мне было бы достаточно, если бы ты просто сказал, что я тебе не безразлична. Не как жена. Как человек. Потому что я поняла главное за эти полгода.

- Что?

- Что я хочу быть с тобой. Не потому, что боюсь остаться одна. А потому, что ты - единственный человек, с которым я могу молчать и чувствовать себя в безопасности. И я готова ждать. Год. Два. Пять. Если ты не вернёшься - это будет моя плата за глупость.

Он закрыл глаза. Перед внутренним взором встала картина: кухня, она плачет, он стоит у окна. Разговор. Её слова:

- Я научусь. Я пойду к психологу. Я уже записалась.

Она сдержала слово. Леонид сказал:

- Я не обещаю, что всё будет как раньше. Как раньше не будет никогда.

- Я знаю.

- Я не обещаю, что смогу доверять тебе полностью. Сразу. Может, никогда не смогу.

- Я знаю, Леонид. Я буду делать так, чтобы ты поверил. Каждый день.

- Я приеду завтра. В шесть вечера. Не за вещами. Просто - поговорить. Если ты хочешь этого.

- Хочу. Очень хочу.

Он повесил трубку и посмотрел на треснутую кружку. Подумал:

- «Как ни склеивай - трещина останется». Но чашка всё равно чашка. В ней можно заваривать чай. И она греет руки.

Он улыбнулся. Впервые за полгода - по-настоящему.

Эпилог.

Прошёл год. Они сидели на той же кухне. За окном падал снег - большой, пушистый, новогодний. Рядом на стульях сидели Настя с Петром и маленьким Лёней, который уже ходил и пытался стянуть со стола печенье. Кирилл и Вика готовили салаты.

Вячеслав? О нём почти не вспоминали. Кто-то сказал, что он уехал в другой город, устроился охранником на стройку, пьёт. Светлана развелась, продала квартиру, купила себе маленькую студию на окраине. Говорят, она счастлива - занимается йогой, путешествует.

Светлана и Леонид больше не встречались. Тот один разговор в парке остался единственным. Они оба поняли, что им не нужна новая любовь - им нужно было исцеление. Каждый исцелялся по-своему.

Анжела подружилась с коллегами на работе, но близко никого не подпускала. Научилась отличать доверие от наивности.

Леонида повысили в должности. Он стал реже молчать. Начал говорить о том, что чувствует. Анжела слушала, впервые за много лет не перебивая, не думая о своём.

Они ходили к семейному психологу - не потому, что были проблемы, а потому что решили: лучше профилактика, чем новый аппендицит. Учились говорить друг с другом. Учились ссориться, не разрушая. Учились мириться, не делая вид, что ничего не случилось.

В новогоднюю ночь, когда бой курантов затих, а дети вышли на балкон смотреть салют, Леонид взял руку Анжелы и сказал:

- Знаешь, что я понял за это время?

- Что?

- Что любовь - это не когда нет трещин. А когда трещины есть, но вы оба решаете, что чашка всё равно нужна. И вы аккуратно наливаете в неё чай. И держите осторожно, чтобы не обжечься. И ставите на стол каждый день. Даже, когда устали. Даже, когда кажется, что ничего не получится.

Анжела заплакала. Но на этот раз - от счастья.

- Я люблю тебя, Лёня.

- Я тебя тоже. Назло всем сплетням. Назло всему, что было. И вопреки.

Он поцеловал её в висок.

За окном падал снег. И где-то в темноте гремел салют, летели ракеты. Жизнь продолжалась. Не идеальная. Не новая. А настоящая.

Та, которую они спасли - по кусочкам, по трещинкам, по каплям.

Та, ради которой стоило жить.

Предыдущая часть: Неудачная попытка открыть брак. Часть 5.

Это окончание.

Если заметили опечатку/ошибку, пишите автору. Внесу необходимые правки. Буду благодарен за ваши оценки и комментарии! Спасибо.

Фотографии взяты из банка бесплатных изображений: https://pixabay.com и из других интернет источников, находящихся в свободном доступе, а также используются личные фото автора.

Другие работы автора: