«Российская экономика продемонстрировала высокий запас прочности в непростой ситуации и имеет огромный потенциал для развития» .
Валентина Матвиенко произнесла эту фразу на ПМЭФ-2026, глядя в камеры с той степенью уверенности, которая доступна только людям, чья пенсия не зависит от инфляции . Сказано красиво, торжественно, почти как тост: «за прочность, за потенциал, за то, что мы — на марше».
Вот только между этим «маршем» и реальностью, где бюджетный дефицит за шесть месяцев 2025 года вырос в шесть раз, а Фонд национального благосостояния тает как мороженое в сорокаградусную жару, образовалась пропасть. Пропасть под названием «а вы, собственно, о каком запасе прочности говорите?»
Часть 1. Бюджет трещит по швам, но мы на марше
Давайте сразу к цифрам, потому что их Валентина Ивановна в своих выступлениях обычно не афиширует.
Первое полугодие 2025 года. Доходы бюджета выросли на 3% (с учётом инфляции — упали), а расходы подскочили на 20%. Результат — дефицит бюджета 3,7 триллиона рублей. Это в шесть раз больше, чем годом ранее .
К чему это привело? Уже к июлю 2025 года спикер Совета Федерации собственной персоной призывала коллег готовиться к «жёсткой экономии бюджета». Её прямая речь: «девиз следующих бюджетов — жёсткая экономия, эффективность каждого рубля, контроль над каждым рублём» .
Проекты — под нож. Некоторые национальные проекты предложили «сдвинуть вправо на пару лет». Это такая красивая формулировка для «мы не знаем, когда у нас появятся деньги» .
При этом в 2026 году законодательно утверждён дефицит в 3,786 триллиона рублей (1,6% ВВП). И уже январь показал, что план нешуточно напряжённый .
Вот такая прочность: дефицит растёт, проекты режут, а мы всё равно «на марше» .
Часть 2. ФНБ: кубышка, которая оказалась дырявой
Кубышка Фонда национального благосостояния была нашей гордостью. До недавнего времени. На начало 2025 года его ликвидная часть составляла около $54 млрд. Для сравнения: до войны было $120 млрд .
Экономисты РАНХиГС бьют тревогу: если цены на нефть останутся низкими, этот резерв будет исчерпан уже в следующем году . Хорошая новость: Силуанов на ПМЭФ пообещал, что как только конъюнктура улучшится, «будем накапливать, восстанавливать». Плохая новость: никто не знает, когда эта конъюнктура наступит .
А вы говорите «запас прочности». При такой скорости таяния резервов прочнее — лёд на Волге в апреле.
Часть 3. Инфляция: пристегнитесь, будет трясти
Тут для Валентины Ивановны отдельный сюрприз.
В 2025 году инфляция составила 5,6% . Это, безусловно, ниже, чем 9,5% в 2024-м. Но радоваться рано.
С 1 января 2026 года правительство подняло базовую ставку НДС с 20% до 22% . Это не могло не сказаться. Уже на 12 января инфляция разогналась до 6,27% .
А что у нас с ценами на продовольствие? За первую половину января 2026 года они выросли на 1,4%, причём плодоовощная продукция подскочила сразу на 7,88% . И это без учёта прочих «радостей жизни», которые дорожают непрерывно.
Центробанк уверяет, что к 2027 году мы увидим 4%. Главное — дожить. И верить.
Часть 4. А не в «клуб миллионеров» ли нам податься?
Тем временем на ПМЭФ Матвиенко предложила создать «клуб миллионеров» — компании, которые будут выплачивать сотрудникам по 1 миллиону рублей при рождении ребёнка .
Идея, безусловно, прекрасная. В России уже больше сотни предприятий так делают. И Владимир Путин, надо отдать должное, освободил эти выплаты от НДФЛ.
Но давайте приземлимся с небес на грешную землю. Какой процент российских компаний может позволить себе разбрасываться миллионами при нынешней ключевой ставке? Да и с чего бы спикеру Совета Федерации предлагать бизнесу такие щедроты, если экономика, по её же собственным словам, живёт в режиме «жёсткой экономии»?
Логика железная: сначала отменяем проценты по кредитам и режем расходы, а потом удивляемся, почему частный сектор не готов спонсировать демографию. Классика: «план — оркестр — и никого не жалко».
P.S. Про запас прочности на пальцах
Матвиенко сказала, что «надо делать продукцию, не имеющую аналогов в мире» . Прекрасная цель. Только вот Минпромторг, Минфин и эксперты на том же ПМЭФ спорят о том, как удержать экономику, которая постоянно «шарахает», по меткому выражению главы минфина . Министр финансов Силуанов, кстати, признал: «Нас постоянно шарахает» . И это цитата официального лица, не оппозиционного журналиста.
Или вот ещё: модератор сессии на форуме, депутат Макаров, сказал министру финансов: «Страшно, когда министр финансов говорит, что экономика — это не финансы» . На что Силуанов резонно возразил, что имел в виду «не только финансы». Но осадочек остался.
Когда рост ВВП за 2025 год составил всего 1%, промышленность прибавила 1,3%, а ВВП в начале 2026 снова пополз вниз , любые разговоры о «высоком запасе прочности» напоминают попытку доказать, что дырявая лодка — это отличное плавсредство, просто нужно грести энергичнее.
Пока официальная риторика расходится с цифрами из того же официального Росстата, единственное, что сохраняет высокий запас прочности — это воображение наших законодателей и их умение не замечать ни дефицитов, ни иссякающих фондов, ни инфляции, бьющей по кошелькам. Россия, безусловно, «на марше». Вопрос только: куда именно?
