То есть место, которое было Меккой для всех художников, он фактически презирал. Вламинк и живописи почти не учился. Зато успел побыть велогонщиком, скрипачом, циркачом, писал эротические рассказы. На самом деле, тоже опыт для художника. Немудрено, что именно Вламинк с другом Андре Дереном изобрели фовизм. (Здесь портрет Дерена кисти Вламинка.) Матисс присоединился к ним чуть позже, он был уже признанный мастер, но ему понравилось, что делали эти парни. Потом Вламинк и Матисс почти враждовали: Анри был импозантен, а этот медведь без образования. Но в истории навсегда останутся вместе. А в Лувр этот бунтарь все-таки попадет. Уже после смерти – произведениями. Частная резиденция
Морис Вламинк гордился тем, что ни разу в жизни не был в Лувре. То есть место, которое было Меккой для всех художников, он фактически презирал.
Вламинк и живописи почти не учился.
Зато успел побыть велогонщиком, скрипачом, циркачом, писал эротические рассказы.
На самом деле, тоже опыт для художника.
Немудрено, что именно Вламинк с другом Андре Дереном изобрели фовизм. (Здесь портрет Дерена кисти Вламинка.)
Матисс присоединился к ним чуть позже, он был уже признанный мастер, но ему понравилось, что делали эти парни.
Потом Вламинк и Матисс почти враждовали: Анри был импозантен, а этот медведь без образования. Но в истории навсегда останутся вместе.
А в Лувр этот бунтарь все-таки попадет. Уже после смерти – произведениями.
