Если профессиональная деятельность или иные факторы ограничивают участие человека в общественной жизни, то неизбежно, его взаимодействие с другими людьми становится весьма редким. Это сводит к минимуму вероятность искушений, конфликтов, столкновений из-за разногласий, несовместимости характеров и противоречия мировоззрений. Однако даже в узком кругу его общения могут возникать недопонимания и разногласия и, как следствие, – неприязнь. Насколько же сложнее приходится тем, кто вынужден постоянно контактировать с разными людьми. Особенно сложно сохранять взаимопонимание и мир среди людей с разными укладами, принципами и воспитанием. Ведь общество неоднородно по своим этническим, моральным, экономическим, и интеллектуальным качествам. Конечно же это касается и противостояния в этом мире между духом «Зверя», который стремится к доминированию, и духом «Человека», который призван к миру, разуму и правде.
Это противостояние будет длиться, пока существует этот мир. Лишь в новом веке, когда, согласно пророчествам, под новым небом и на новой земле совершится вселенский Суд над воскресшими из мёртвых, чуждый дух будет отделён от среды праведников и уничтожен. Но здесь, на земле, тем, кто уже сейчас отвергает дух нечистый, хищный и чуждый, необходимо как-то противостоять его силе – силе, которая агрессирует, ищет преобладания над правдой и жаждет утвердить себя любой ценой.
Как действенно противостоять духу зверя? Как сила духовная может явить себя на фоне силы физической и силы животной – той, что подавляет страхом и болью? Вопрос этот во всей его полноте всегда остаётся сложным. Однако существуют определенные векторы – направления, ориентируясь на которые, человек может обрести понимание самих принципов этого противостояния.
Что же это за векторы? Если говорить кратко, то всякое противостояние праведника совершается либо через «Строгость», либо через «Милость», либо через их разумное сочетание. Именно поэтому для понимания такого противостояния нам необходимо обратиться к образу МАЛЬМА́Д – пастырского инструмента, который удивительным образом соединяет в себе оба этих Божественных Принципа.
У МАЛЬМА́Д один конец – загнутый: им Пастырь приближает к себе. Это «Милость» = ХЭ́СЕД. А другой конец – остриё стрекала. Это «Строгость» = ГВУРА́. Таковы основополагающие Принципы пути, то есть действия Всевышнего в этом мире.
Здесь можно провести аллюзию и на упомянутые в псалме ШЭ́ВЕТ = «жезл» и МИШЭ́НЕТ = «посох» Пастыря, которыми Он успокаивает и утешает душу. Примечательно, что обычно у пастуха в руке что-то одно. Но псалом загадочно говорит о двух инструментах:
4 Если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что Ты со мной; жезл Твой и посох Твой = שׁבטך ומשׁענתך = ШИВТЕХА́ У-МИШАНТЭ́ХА[1] – они успокаивают меня. (Пс.22:4)
Первое слово שׁבט = ШЭ́ВЕТ = «жезл», «скипетр», «символ власти и строгости». Жезл соотносим со строгостью и судом, а также с Законом Торы Моше. С тем Законом, который обличает грех и грозит неизбежным возмездием. Он – как сила поражающая. Он – как инструмент наказания.[2]
Второе слово משׁענת = МИШЭ́НЕТ = «посох», «опора, поддержка». На посох опираются. Он для помощи уставшему. Он – как сила восстанавливающая. Он – и пастырский инструмент приближения. Им улавливается и возвращается неразумная заблудшая овечка. Это милость, которая в свою очередь связана с Торой Машиаха – с Духом Его.
Некоторые комментаторы усматривают в упомянутых псалмопевцем жезле и посохе аллюзию на Крест.[3] Как в Кресте Искупителя не только было явлено возмездие за грех но и явилась милость для искупленных, так и в двух орудиях Пастыря сложенных крестообразно присутствуют эти два свойства.
В каббалистической традиции Левая сторона связана с качеством суда и Строгости = ГВУРА. А Правая – с Милостью = ХЭСЕД. И если горизонталь одного орудия имеет два конца с аллюзией на Строгость и Милость, то и вертикаль второго можно распределить так же: Низ – Строгость Закона, а Верх – Милость Духа. Здесь перед нами возникает образ Креста.
Низ – это стоящее на земле основание: Строгость Закона, основана на справедливости и правде. Верх – устремлённость в Небо: Милость Духа, не парит в отрыве от основания, но стоит на нём.[4] Благодать Духа не отменяет Букву Закона, а увенчивает её, как верх посоха венчает его древко. Так Левая сторона и Низ Креста составляют внешний «угол строгости» – остриё, обращённое к противникам. А Правая сторона и Верх – составляют внутренний «угол милости», тот самый крюк, которым Пастырь приближает нас.
Представим пастуха, держащего посох. Загнутая часть посоха образует собой внутреннее пространство, своего рода крючок – это и есть «угол милости». Когда овца попадает в этот изгиб, она оказывается пойманной, но не для наказания, а для спасения и приближения к Пастырю. Так действует внутренний «угол милости», «принимающая» сторона Креста.
Но у того же посоха есть и внешняя, выпуклая сторона изгиба, (а у стрекала – прямое остриё). Эта сторона направлена вовне, против врагов стада. Это внешний «угол строгости». Он не привлекает, а погоняет или прогоняет, отражает и даже поражает. Так один и тот же инструмент для своих – спасение, а для хищников – гибель.
«Две Руки» Всевышнего[5] или «Два Жезла» аллегорично отображающие Его Строгость и Милость,[6] на самом деле, это одно действие Его Силы. Но для злодеев – это «Суд», а для праведников – «Благодать». И об этой двойственной Силе Бога сказано у Давида: «Единожды сказал Бог, и дважды слышал я, что – Сила Бога» (Пс. 61:12).
Итак. МАЛЬМАД в аспекте противостояния хищному духу действует двумя способами, каждый из которых соответствует одному из Божественных Принципов.
Первый – Принцип «Справедливого Суда». В нём заключена поражающая сила: она наказывает зло, бунтующее против правды, пресекает его и полагает ему предел. Это остриё, которым Пастырь отражает и сокрушает врагов стада. Второй – Принцип «Милости». Он дарует прощение виновному, являет незаслуженное благо и покрывает грех любовью. Это загнутый конец посоха, которым Пастырь привлекает и возвращает заблудшую овцу. Оба эти принципа могут определять действия праведника в отношении его противников. Однако прежде чем говорить о самих действиях, необходимо различить типы тех, против кого они направлены.
Среди носящих в себе «дух зверя» не все одинаковы. Есть те, в ком «зверь» ещё не проснулся окончательно.[7] Есть те, в ком он воюет с остатками образа Божия.[8] А есть те, в ком всё доброе и человеческое уже выжжено до основания.[9] Каждому из этих трёх типов соответствует своя мера строгости и своя мера милости. Потому и говорил апостол: «…к одним будьте милостивы, с рассмотрением, а других страхом спасайте, исторгая из огня» (Иуд. 1:22-23).
Мы рассмотрели свойства МАЛЬМАДа – Пастырского инструмента, действующего двойной силой Божественных Принципов Строгости и Милости, а также определили три типа носителей чуждого духа. В следующей же главе мы приступим к рассмотрению действенных способов противостояния для каждого из этих типов.
++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++
[1] Намёк на защиту от врагов и поражение самих врагов через «жезл» и «посох» мы видим в сумме гематрии двух слов: שבט משענת = ШЭВЕТ = «жезл» + МИШЭ́НЕТ = «посох» = 1171. Она такая же как и у фразы, которую произнесли бесы встретившись с Силой Божественного Духа Мессии. לענותנו בלא עתנו = ЛЕ-АНОТЭ́НУ БЕ-ЛО́ ИТЭ́НУ = «для притеснения нас вне времени нашего» (Матф.8:29) = 1171. Также через фразу כי־תלבשו עז ממרום = КИ-ТИЛБЭ́ШУ О́З МИ-МЕРО́М = «Ибо вы облечётесь силою свыше» (Лук.24:49) = 1171, эта гематрия намекает на то, что образ двух «жезлов» символизирует Силу Божию, подаваемую верным в Духе Святом. Эта же гематрия и у фразы: גבורת וחכמת אלהים = ГВУРА́Т ВЭ-ХОХМА́Т ЭЛОИ́М = «Сила и Премудрость Божьи» = 1171.
[2] Слово שבט = ШЭ́ВЕТ означает «розги, страдание». Например. «Удерживающий розги свои = שבטו ненавидит сына своего» (Прит.13:24) и «Да отстранит Он от меня розгу Свою = שבטו» (Иов.9:34). (р. Гирш). «Твой посох» – это страдания (Радак). «Жезл – это наказание, как в выражении «жезл = שׁבט угнетателя» (Ис.9:4); а Посох – это Закон, который является посохом-опорой для Израиля» (Мидраш Теилим 23:4).
[3][3] «Феодорит и Максим, под жезлом и посохом, разумели Крест, который был составлен из двух брёвен, из которых одно прямо стоящее, есть как бы посох, при пособии которого мы, падшие в заблуждение, исправились, а поперечное бревно есть как бы жезл, которым Христос поразил и низложил демонов; так как бьющие кого либо, когда бьют, поднимают палку наискось» (Зигабен).
[4] Как написано: «Милость и истина встретятся, правда и мир облобызаются; истина возникнет из земли, и правда приникнет с небес» (Пс.84:11,12).
[5] Подробно о этой библейской метафоре было рассказано в толковании буквы ЙУД.
[6] «Жезл – слово поражающее, а посох – утешающее». (Исидор Пелусиот)
[7] Первый, начальный тип злодея сравним со скотской душой. В еврейской традиции душу, в которой преобладают животные стремления над разумным духом, называют נפש בהמה = НЭ́ФЕШ БЕhЕМА́ = «душа скотская». В зеркальной параллели этому типу соответствует начальный уровень праведности, где непослушная «скотина» с помощью МАЛЬМАД начинает преображаться. Этот уровень можно определить как נפש צאן = НЭ́ФЕШ ЦОН = «душа овцы». Это не толстокожий бегемот, не шкодливый козёл, не ретивый жеребец и не упрямый осёл, но послушная овечка из Пастырского стада.
[8] Этот тип можно определить как נפש טרפן = НЭ́ФЕШ ТАРФА́Н = «душа терзающая», «душа-хищник». Корень טרף означает «рвать на части», «терзать добычу» – это грубое, внешнее, хищническое действие. Хищник разрывает другого и тем самым разрывает собственную душу, губя её своим злом, делая её «трефной». В зеркальном параллелизме этому злодейскому типу противостоит второй тип праведника – נפש שונן = НЭ́ФЕШ ШОНЭ́Н = «душа, терзающаяся в учении», «душа заострённая», «душа размышляющая». Как написано: «Когда кипело сердце моё, и терзалась = אשׁתונן = ЭШТОНА́Н внутренность моя, тогда я был невежда и не разумел; как скот был я пред Тобою» (Пс. 72:21,22). Это не просто смиренная «овечка» или безвольный «агнец», но тот, кто обучается сквозь боль и терзания новому Закону Духа. Его животная душа иногда всё ещё протестует и кипит. Он уже не желает быть «овцой», но и сыном ещё не может быть в силу своего духовного уровня. Он уже хочет действовать, но когда действие совершается не по Духу, а от «ветра головы своей», оно становится ошибочным, то есть греховным. И этот опыт – тоже обучение, тоже урок, в котором душа постигает мудрость: когда нужно – бездействует, как овца, а когда нужно – действует, как сын. Слово ШОНЭН происходит от корня שננ. Он означает «заострять», «повторять», «учить», а в возвратной форме – «терзаться, мучиться». Хищник терзает других, делая недозволенным и «некошерным» самого себя. А праведник НЭ́ФЕШ ШОНЭ́Н воспитывает и заостряет себя в обучении и в борьбе с эпизодически возникающими позывами чуждого духа, приучая себя следовать воле Пастыря. На этом уровне он препятствует духовной мутации и деградации, не давая низвести себя обратно вниз. Это внутреннее, духовное «пережёвывание», эта духовная брань не разрушает душу, а заостряет её, делая опытной и осторожной. Когда душа будет готова, она получит МАЛЬМАД для служения своему Пастырю.
[9] Самый страшный, третий тип нечестивца – это נפש רשע שרופה = НЭ́ФЕШ РАША́ СРУФА́ = «душа нечестивая, сожжённая» до пепла. В такой душе уже невозможно найти искру добра – всё выгорело. Это душа, лишённая совести и всякой нравственной основы. Всвоей черноте она, не задумываясь и без оглядки, творит страшное зло. Полярностью этому крайнему типу нечестивцев служит крайний тип праведников: נפש בן = НЭ́ФЕШ БЭН = «душа сына». Этот третий тип праведника – уже не безвольная овца, которую ведут, и неученик, который учится и борется. Он – «сын» Пастыря. Но сыновство не достигается естественным путём. Это плод усыновления, которое совершается через Того, о Ком мы говорили ранее: «Последний Адам есть Дух животворящий = РУ́АХ МЕХА́ЙЕ. Именно Он, вселяясь в человека, превращает «раба» и «ученика» в «сына». Поэтому сила Пастырского «сына» – не его собственная, а Сила Отца, действующая в Духе. Как сказал апостол: «Вы не приняли духа рабства… но приняли Духа усыновления» (Рим.8:15). Так что НЭ́ФЕШ БЭН и РУ́АХ МЕХА́ЙЕ соединены нераздельно, но не как два равных слагаемых, а как сосуд и его содержание, как светильник и горящий в нём огонь.