В Киргизии стоит вершина, которая не попадает в туристические буклеты. Не потому что неизвестна — а потому что её репутация не располагает к романтике. Пик Победы, 7439 метров. Почти на полтора километра ниже Эвереста. И при этом по соотношению погибших к числу восходителей он оставляет Эверест далеко позади.
Точную статистику здесь сложно вести — гора труднодоступна, учёт экспедиций неполный. Но по разным оценкам, от одного из десяти до одного из тринадцати, кто выходит на маршрут, не возвращается. На сегодняшнем, коммерциализированном Эвересте с верёвками и шерпами — примерно один из шестидесяти. До конца 1960-х годов картина на Победе была и вовсе другой: число погибших и выживших шли почти вровень.
Почему? Гора находится в Тянь-Шане, не в Гималаях. Это принципиально иной климат — более северный, более континентальный, по-настоящему арктический. Летом, в разгар сезона, температура выше семи тысяч метров может за несколько часов упасть до минус сорока. Не в шторм. Просто так, без предупреждения. Организм при такой температуре и разреженном воздухе работает на пределе даже в состоянии покоя. Любое лишнее усилие — уже борьба.
На Эвересте коммерческие экспедиции давно выстроили инфраструктуру: провешены верёвки, установлены лестницы через трещины, работают шерпы с кислородными баллонами. На Пике Победы ничего этого нет и, судя по всему, не будет. Советские альпинисты, впервые поднявшиеся сюда в 1956 году, шли с компасом и верой в себя — без GPS, спутниковой связи и коммерческих гидов. Гора с тех пор не изменилась.
Главный маршрут — по Западному гребню — тянется шесть километров по острому снежному хребту на высоте выше семи тысяч. Альпинисты называют такой путь траверсом. Это не «подняться и спуститься» — это двигаться вдоль гребня, где каждый шаг требует точности, а падение в любую сторону означает конец. Считается, что этот траверс — самый длинный высокогорный в мире.
Есть на маршруте участок с неофициальным названием «Нож» — гребень около 250 метров длиной и шириной буквально в две ступни. С одной стороны — Тянь-Шань, с другой — Китай, под ногами — пустота глубиной в километр. Нормальная страховка здесь невозможна технически. И всё это — при ветре до 40–50 метров в секунду, который сдувает снег со скал и может мгновенно похоронить тропу.
В 2016 году ледопад Дикий обрушился на лагерь, стоявший на высоте 5200 метров. Лагеря не стало. Снег на Победе сдувается с рельефа постоянно, поэтому лавины здесь не ждут свежих снегопадов — они сходят в любое время.
Ближе к вершине рельеф формирует так называемую «ветровую ловушку»: участок, где форма горы концентрирует воздушный поток и усиливает ветер в несколько раз. Бывает, что весь маршрут — в относительном штиле, а этот отрезок — настоящий ураган. Именно здесь, по словам тех, кто возвращался, решается исход восхождения.
Погодное окно для штурма вершины — три-четыре дня, не больше. Если его нет, альпинисты ждут в лагерях. Неделями, в зоне, где организм уже не восстанавливается: выше семи тысяч метров клетки начинают умирать быстрее, чем успевают обновляться. Чем дольше задержка, тем меньше шансов дойти и вернуться.
Спасательная операция выше семи тысяч здесь — почти абстракция. Вертолёт не сядет: воздух слишком разрежен, ветер слишком непредсказуем. Наземная помощь требует нескольких дней акклиматизации. Человек в беде на гребне может рассчитывать только на себя и тех, кто рядом.
Есть горы, которые убивают неожиданно. Пик Победы убивает предсказуемо. Это не случайность и не невезение. Это условия, которые не меняются от сезона к сезону.
Среди тех, кто всё же поднялся на Пик Победы, немало людей, которые до этого стояли на Эвересте. И многие из них говорят одно и то же: Эверест после Победы показался им технически простым. Не лёгким — именно простым по сравнению.