Аня стояла в прихожей и смотрела на пустой вешалку для ключей.
Она знала, что их там не будет. Кирилл улетел в Дубай ещё вчера вечером, рейс на семь утра, вернётся только через четыре дня. Вроде бы.
Она вздохнула, скинула туфли и прошла в гостиную. В квартире было тихо. Слишком тихо. Только холодильник гудел на кухне, напоминая о том, что жизнь продолжается.
Аня взяла телефон. Проверила сообщения. От Кирилла — ни одного. Обычно он писал каждые два часа: «Приземлился», «Заселился», «Как дела?». А сегодня — тишина.
— Странно, — пробормотала она.
Но решила не паниковать. Мало ли что — может, задержка рейса, может, сразу на совещание уехал.
Она налила себе бокал вина, села на диван и включила телевизор. Мелькали кадры какой-то мелодрамы, но мысли были далеко.
Она думала о Кирилле. О том, как он изменился за последние полгода.
Раньше он был внимательным, нежным, дарил цветы без повода. А теперь — постоянные командировки, холодные взгляды, редкие звонки.
В день её рождения он подарил ей новую машину — белую «Тойоту», последнюю модель. И айфон, самый новый. Она тогда расплакалась от счастья. Обняла его, прижалась к груди, прошептала: «Спасибо, любимый».
А он просто похлопал её по плечу и сказал: «Пользуйся».
Без тепла. Без улыбки.
Аня отпила вино и задумалась.
Она всё ему дала. Дом, уют, любовь. Ни в чём не нуждалась. А он? Он был вечно в небе. Вечно где-то там, за облаками.
И она начала чувствовать себя одинокой.
Очень одинокой.
Где-то в глубине души она понимала: это неправильно. Но когда ей стало особенно тоскливо, она зашла в кафе, куда ходила когда-то с подругами. Просто выпить кофе. Просто побыть среди людей.
И встретила его.
Мужчина за соседним столиком — высокий, с лёгкой сединой на висках, с добрыми глазами. Он улыбнулся, и Аня улыбнулась в ответ.
Всё началось с чашки кофе. А потом — встречи в том же кафе, прогулки по парку, случайные прикосновения.
Его звали Максим. Он был бизнесменом, часто бывал в командировках, но всегда находил время для неё.
— Ты заслуживаешь большего, чем холодные вечера в пустой квартире, — говорил он.
И Аня верила.
Она не думала о последствиях. Не думала о Кирилле. Просто плыла по течению, наслаждаясь вниманием и теплом, которых ей так не хватало.
В ту пятницу они снова встретились в кафе. Максим уже ждал её за столиком у окна, с двумя чашками капучино. Он поцеловал её в щёку.
— Скучала?
— Очень, — улыбнулась Аня.
Они говорили о пустяках. О погоде, о фильмах, о планах на выходные. И постепенно разговор перетёк в более интимное русло.
— Я снял номер в «Мариотте», — сказал Максим, глядя ей в глаза. — На всю ночь. Ты со мной?
Аня замялась. Сердце забилось быстрее.
— А если Кирилл узнает?
— Он в Дубае, — успокоил её Максим. — Вернётся только через три дня. Кто ему скажет?
Она колебалась всего секунду. Потом кивнула.
— Хорошо.
Они допили кофе, расплатились и вышли. На улице уже смеркалось. Максим взял её за руку, и они направились к отелю.
Пятизвёздочный «Мариотт» сиял огнями. Швейцар открыл перед ними дверь. В холле играла тихая музыка, пахло дорогим парфюмом и кофе.
Максим оформил номер. Они поднялись на лифте на десятый этаж.
Номер был роскошным: огромная кровать, панорамные окна с видом на город, ванна с гидромассажем.
Аня скинула туфли и прошла к окну. Город внизу горел огнями.
— Красиво, — прошептала она.
Максим подошёл сзади, обнял её за талию.
— Ты ещё красивее.
Она закрыла глаза.
И в этот момент зазвонил её телефон.
Аня вздрогнула. Посмотрела на экран.
Кирилл.
Сердце упало куда-то в живот.
— Не бери, — тихо сказал Максим.
— Я должна, — ответила она и нажала на зелёную кнопку.
— Алло?
— Привет, — голос Кирилла звучал спокойно. Даже слишком спокойно. — Ты где?
— Я… дома, — соврала Аня, стараясь, чтобы голос не дрожал. — А ты?
— Я тоже.
Аня замерла.
— Что?
— Я дома, Аня, — повторил Кирилл. — В нашей квартире. И я хочу знать, почему ты не здесь.
Она почувствовала, как пол уходит из-под ног.
— Я сейчас приеду, — быстро сказала она. — Я просто… вышла в магазин.
— Не надо, — голос Кирилла стал жёстким. — Я сам к тебе приеду. Ты где?
— Я… — она запнулась. — Я в «Мариотте».
Тишина. Долгая, тяжёлая тишина.
— Жди, — сказал Кирилл и отключился.
Аня уронила телефон на кровать. Руки тряслись.
— Что случилось? — спросил Максим.
— Он здесь, — прошептала она. — Он в городе. Он едет сюда.
Максим побледнел.
— Я не могу в этом участвовать, — сказал он и начал быстро собираться. — Прости. Я не думал, что так выйдет.
— Ты уходишь? — Аня смотрела на него с ужасом.
— Я не хочу проблем. Извини.
Он выбежал из номера, даже не оглянувшись.
Аня осталась одна.
Она села на край кровати и зарыдала.
Через двадцать минут в дверь постучали.
Аня открыла. На пороге стоял Кирилл. В пилотской форме, с чемоданом в руке. Лицо у него было каменное.
— Можно войти? — спросил он спокойно.
Она отступила.
Он вошёл, оглядел номер. Увидел скомканную постель, бокалы на столике, женские туфли у кровати.
— Я так и знал, — сказал он тихо.
— Кирилл, я…
— Молчи, — оборвал он. — Дай мне сказать.
Он поставил чемодан на пол и повернулся к ней.
— Я всё знаю, Аня. Уже две недели. Я нанял детектива.
Она побледнела ещё сильнее.
— Ты… следил за мной?
— А ты думала, я не замечу? — горько усмехнулся Кирилл. — Ты стала холодной. Отстранённой. Перестала ждать меня из рейсов. Я чувствовал, что что-то не так.
— Прости меня, — прошептала она.
— Я не за этим пришёл, — сказал Кирилл. — Я пришёл сказать тебе кое-что важное.
Он вытащил из кармана маленькую коробочку. Открыл её. Там лежало кольцо — то самое, обручальное, которое он надевал ей на палец год назад.
— Я забираю его обратно, — сказал он. — Мы разводимся.
— Кирилл, нет! — Аня упала на колени. — Я люблю тебя! Я совершила ошибку! Дай мне шанс!
— Нет, — он покачал головой. — Ты не понимаешь. Я не просто узнал про измену. Я узнал, что ты беременна.
Аня замерла.
— Что?
— Тот мужчина, с которым ты встречаешься… он бесплоден, — Кирилл говорил холодно. — Я проверил. А ты беременна. И срок — четыре недели. Это не от него.
— Откуда ты знаешь? — прошептала она.
— Я видел запись с камеры в аптеке, — сказал Кирилл. — Ты покупала тест. И я знаю, что ты не принимаешь противозачаточные. Я нашёл их в твоей сумочке. Ты их купила, но не пила. Зачем?
Аня молчала.
— Ты хотела ребёнка? — спросил Кирилл. — От меня? Или от него?
— От тебя, — выдохнула она. — Я всегда хотела только от тебя.
Кирилл долго смотрел на неё.
— Тогда зачем ты это сделала? — спросил он тихо. — Зачем ты пошла к нему?
— Я была одна, — заплакала Аня. — Ты постоянно в полётах. Я скучала. Мне было холодно. А он дал мне тепло.
— Тепло? — Кирилл горько усмехнулся. — Он сбежал, как только узнал, что я еду. Это ли тепло?
Аня опустила голову.
— Я дура.
— Да, — сказал Кирилл. — Но я люблю тебя.
Она подняла голову. В глазах — надежда.
— Что?
— Я люблю тебя, — повторил он. — И я хочу, чтобы наш ребёнок родился в полноценной семье.
— Ты простишь меня?
Кирилл вздохнул.
— Не знаю. Но я готов попробовать. Если ты готова бороться за наш брак.
Аня встала, подошла к нему, взяла его за руки.
— Я готова, — сказала она твёрдо. — Я сделаю всё, чтобы ты мне снова поверил.
Кирилл посмотрел ей в глаза. Долго. Потом кивнул.
— Хорошо. Но запомни: второго шанса не будет.
Он развернулся и вышел из номера.
Аня осталась одна.
Она подошла к окну и посмотрела на ночной город. Внизу горели огни, но в душе у неё было темно и пусто.
Она знала, что простить её будет трудно. Что их брак теперь — как битое стекло, склеенное наспех. Но она была готова.
Ради ребёнка.
Ради него.
Ради себя.
Она положила руку на живот, где зарождалась новая жизнь, и прошептала:
— Мы справимся.
За окном взлетел самолёт. Огни его крыльев мигнули и исчезли в облаках.
Аня смотрела ему вслед и знала: это только начало.