Тяжёлый прозрачный стакан, наполненный янтарной жидкостью, едва заметно вибрировал на гладкой поверхности барной стойки. Вибрация шла откуда-то снизу, из самых недр исполинских парящих платформ Орисона — города, который люди умудрились подвесить среди бескрайних, дышащих нежным розовым золотом облаков Крусайдера. Здесь, на одной из открытых веранд элитного заведения, предназначенного для уставших пилотов и зажиточных торговцев, мир казался обманчиво спокойным.
За панорамным, кристально чистым стеклом медленно проплывали огромные грузовые баржи, тяжело переваливаясь на воздушных течениях, а чуть дальше, в лучах заходящего за газовый гигант солнца, ослепительно поблёскивали изящные корпуса пассажирских шаттлов корпорации «Crusader Industries». Из скрытых в стенах динамиков лилась мягкая, умиротворяющая музыка, призванная заглушить у пилотов стресс после затяжных межпланетных перелётов. Весь этот антураж буквально кричал о роскоши, безопасности и безмятежности.
Но Ник не замечал абсолютно ничего вокруг себя.
Для него весь этот мир, вся эта суета за окном и тихая музыка словно подёрнулись плотной серой пеленой, превратившись в беззвучный фоновый шум. Он сидел, низко опустив голову, и отрешённо смотрел на лениво тающие кубики льда на дне стакана. Никаких легкомысленных коктейлей, никаких ярких шотов с шипучими добавками — сегодня ему это категорически не подходило. Внутри всё горело от скопившегося напряжения, и ему нужно было то, что помогает заземлиться, успокоить скачущий пульс и хоть немного упорядочить мысли. Напиток, который он лениво цедил, больше всего напоминал качественный, долго выдержанный на Земле шотландский виски — терпкий, с глубоким торфяным ароматом, оставляющий плотное, обжигающее послевкусие в горле. Самый лучший, располагающий к тяжёлым думам напиток.
А думать было о чём. Точнее, мысли в его голове не просто крутились — они штормили, сменяя друг друга и накатывая тяжёлыми волнами, от которых виски то и дело начинали неприятно стучать.
Вдруг на левом запястье, прямо поверх плотной ткани пафосного плаща бронекостюма «Артимекс», требовательно замигал синий огонёк. Наручный компьютер MobiGlas настойчиво завибрировал, выбрасывая в воздух полупрозрачную голограмму входящего вызова. На экране светилась иконка Данила.
Ник даже не дрогнул. Он просто скользнул взглядом по мигающему интерфейсу, протянул правую руку и уверенным движением пальца сбросил звонок. Меньше чем через минуту прибор ожил снова — на этот раз на связь прорывался Рома. Ник снова нажал кнопку отбоя. Следом, словно по цепочке, замигал вызов от Кирилла. Ник заблокировал интерфейс полностью, принудительно переведя систему в режим «Не беспокоить».
Он делал это не потому, что пацаны ему надоели, и не из-за глупой прихоти. Он искренне, по-настоящему любил свою команду. Эти трое парней стали его единственной надёжной опорой в этом безумном мире, его щитом и мечом. Но прямо сейчас он был банально, физически не готов с ними разговаривать. Он просто не знал, что им сказать. Что из того, что произошло в тёмном доке затворника Викелло, можно выдать в эфир, а о чём нужно молчать под страхом немедленной смерти? Что можно объяснить, а что прозвучит как бред сумасшедшего? Ему жизненно необходимо было сначала разобраться в собственных мыслях, разложить по полочкам весь тот хаос, который обрушил на него костлявый инопланетянин.
Ник снова сделал глоток, позволяя крепкому алкоголю обжечь пищевод, и прикрыл глаза.
Самый главный, самый страшный и тяжёлый вопрос до сих пор оставался без ответа. «Почему именно я? Как я вообще сюда попал?» Этот экзистенциальный тупик преследовал его с самого первого дня, как он очнулся внутри этой вселенной, но после сегодняшнего дня он приобрёл поистине зловещие масштабы. Ник не был героем из книжек, не был прирождённым лидером нации или гениальным тактиком. Он был обычным человеком, который любил коротать вечера в космосимуляторе. Так почему система выбрала именно его фигуру для этой шахматной партии?
Ник принялся мысленно препарировать прошедший разговор с Викелло, убирая в сторону всю банукскую торговую шелуху, цветастые фразы про серебряные ложки и напускной пафос. Он вычленял из речи пришельца только сухие, твёрдые факты, ключевые точки, которые тот обронил как бы невзначай.
«...Именно поэтому ваше человечество там, в вашем родном измерении, до сих пор вообще существует».
Эта фраза сидела в подкорке мозга, словно застрявший осколок. На основе этих слов, на основе интонаций прагматичного торговца-инопланетянина, у Ника в голове постепенно вырисовывалась одна дикая, пугающая, но логически безупречная догадка. Это была даже не интуиция, не просто смутное ощущение — это был холодный, трезвый анализ.
Эта игра, которую на Земле в 2026 году считали просто масштабным цифровым проектом, развлечением для миллионов геймеров, покупающих пиксельные кораблики — на самом деле не являлась просто игрой. Это был некий связующий коридор. Технологический мост, искусственно проложенный между двумя абсолютно осязаемыми, материальными мирами. С одной стороны этого моста находилась мирная, ничего не подозревающая Земля, где люди сидели в уютных креслах перед мониторами. А с другой стороны — эта колоссальная, пугающе реальная вселенная с её холодным вакуумом, древними расами, жестокими законами и настоящей, неприкрытой болью. И этот коридор, судя по всему, работал в обе стороны, выдёргивая из одного мира в другой тех, кто по какой-то причине подходил под невидимые критерии отбора. Пока что эта догадка ничем не была подтверждена, кроме туманных намёков Викелло, но от мысли, что человечество на Земле живо лишь потому, что кто-то до Ника выполнял здесь некие «миссии», по спине продирал мороз.
И теперь пришёл его черёд. Но условия, которые ему поставили, казались верхом абсурда и злой насмешки.
Ника откровенно наполняла злость, смешанная с полным дезориентирующим непониманием. Его заставляют лететь бог весть куда, по скрытым координатам, которые были отправлены не понятно кем в его MobiGlas. Ладно, к загадкам он уже привык. Но зачем, во имя всех звёзд, ему нужно покупать для этого конкретный корабль? И не просто корабль, а белоснежный Origin 400i!
Ник отлично знал эту машину. В реалиях этого мира это был не боевой штурмовик, не бронированный катер, а самый настоящий космический «Мерседес». Пафосная, дорогая, люксовая яхта для богатеев, щеголяющая плавными линиями корпуса, дорогой внутренней отделкой, панорамными стёклами и белоснежной обшивкой, которая должна служить «сигналом мира». Этот корабль стоил просто прорву денег, баснословную сумму, которой у Ника сейчас не было и в помине. Его верный, грозный Crusader Ares Inferno с его гигантской пушкой, способной разрывать в хлам чужие щиты, оказался бесполезен. На нём лететь нельзя — уничтожат на подлёте. Нужно вывалить кучу миллионов aUecк за прогулочный катер.
Но самым паршивым, самым невыносимым пунктом во всём этом ультиматуме был категорический запрет на команду. На борту должен быть только один пилот. Никаких напарников, никаких стрелков, ни одной живой души в радиусе сканирования корабля.
Ник сжал кулаки так, что побелели костяшки пальцев. Как он должен пойти на это? Как он может оставить позади Рому, Даню, Кирилла? Парней, которые без лишних слов делили с ним последний паёк, которые прикрывали его спину в самых безнадёжных замесах, которые готовы были вылететь на помощь в любую точку галактики по первому свистку. Они были единым организмом, слаженной четвёркой, где каждый доверял друг другу как самому себе. А теперь он должен развернуться, промолчать и в одиночку отправиться в неизвестность, словно смертник, которого нарядили в красивый белый фрак и усадили в люксовое авто.
Ник посмотрел на дно своего стакана. Янтарная жидкость почти закончилась, оставив лишь тонкую плёнку на стекле и растаявший лёд. В этот момент внутри него словно что-то щёлкнуло. Наступил переломный момент.
Он глубоко, прерывисто вздохнул, заставив себя успокоиться, и признал очевидное: как бы он ни хотел защитить парней, как бы ни пытался отгородиться от них своим мрачным знанием, в одиночку он эту глыбу просто не сдвинет. Чтобы заработать на Origin 400i в кратчайшие сроки, ему понадобятся колоссальные ресурсы. Ему нужны будут их корабли, их руки, их общее время и, самое главное, их согласие на безумный, изнурительный майнинг. Скрывать от них факт того, что ему нужны деньги, было глупо и бесполезно. Значит, нужно говорить. Но говорить аккуратно.
Ник протянул руку, взял со стойки свой тяжёлый шлем бронекостюма «Артимекс», положил его на колени и активировал MobiGlas. Он решительно снял режим блокировки и вместо того, чтобы перезванивать кому-то одному, инициировал закрытый, зашифрованный групповой вызов сразу на троих.
Интерфейс коротко пискнул. Экраны моргнули, устанавливая стабильный канал связи через местную орбитальную сеть Крусайдера. Не прошло и трёх секунд, как в наушниках шлема раздался настоящий шквал звуков, помех и яростных голосов. Парни буквально ворвались в эфир, не сдерживая эмоций.
— Ник! Ты там вообще сдурел, что ли?! — первым взвился в динамиках громкий, раскатистый голос Ромы, в котором мешались злость и неприкрытое облегчение. — Ты куда пропал?! Мы тут себе места не находим, все доступные каналы оборвали, тридцать раз тебе на MobiGlas наяривали, а ты просто трубки сбрасываешь!
— Слышь, партизан, у тебя совесть есть вообще? — спокойно, но с заметным тяжёлым раздражением добавил Кирилл. — Мы бросили разгрузку на терминале, торчим на низком старте, не зная, куда лететь и кого спасать. Объявился, слава богу. Объясниться не хочешь?
Ник слушал этот поток дружеской взбучки, и вопреки мрачности своего положения, внутри у него впервые за день разлилось слабое тепло. Они переживали. По-настоящему, искренне. Он заставил себя сглотнуть комок в горле, выпрямился на барном стуле и заговорил — твёрдо, серьёзно, без привычных шуток и напускного дружеского тона. Парни на том конце провода мгновенно уловили эту перемену в его голосе, и в эфире сразу воцарилась глухая, выжидающая тишина.
— Пацаны, отбой тревоги. Я живой, целый, со мной всё в порядке, — ровно произнёс Ник, глядя на панорамное стекло, за которым розовые облака Орисона постепенно наливались фиолетовыми сумерками. — Но у меня к вам разговор. Дело максимальной важности, срочное, не терпит вообще никаких отлагательств. Прошу вас прямо сейчас бросить всё, чем вы там занимаетесь, садиться на ближайший доступный транспорт и оперативно дуть на Крусайдер. Я жду вас в Орисоне, в нашем постоянном баре на парящей платформе. Повторяю: это не учебная тревога и не шутка. Мне нужно, чтобы вы были здесь физически.
В динамиках несколько секунд слышалось лишь ровное дыхание парней и тихий писк квантовых систем на заднем фоне. Серьёзность Ника передалась им мгновенно. Никто не стал задавать лишних вопросов по открытой связи или требовать подробностей прямо сейчас. Они были слишком опытной и сыгранной командой, чтобы устраивать балаган, когда ситуация явно пахла жареным.
— Поняли тебя, Ник, — коротко и собранно выдохнул Кирилл, отсекая любые лишние эмоции. — Хорошо, без паники. Дай нам минут тридцать-сорок. Мы как раз недалеко от системы, сейчас прогреваем квантовые движки и прыгаем напрямую к Крусайдеру. Не дёргайся, жди нас на месте.
Канал связи закрылся с мягким цифровым щелчком. Ник медленно опустил руку на стойку и снова остался наедине со своим пустым стаканом. Полчаса. У него было ровно полчаса, чтобы окончательно решить, как построить этот тяжелейший разговор.
Время пролетело незаметно, словно смазанный кадр в дешёвой киноленте. Ник даже не заметил, как за стеклом окончательно стемнело, и Орисон вспыхнул миллионами неоновых огней, превращаясь в футуристическую сказку из розового газа и ярких световых дорожек.
Двери бара с тихим шипением разошлись, и внутрь заведения быстрым, решительным шагом вошли трое парней. Они даже не стали снимать свои бронекостюмы — лёгкие тактические куртки, элементы композитной защиты, набедренные кобуры. Лица у всех троих были сосредоточенными и хмурыми. Рома шёл впереди, Данил чуть отставал, сверяясь с чем-то на ходу в своём планшете, а Кирилл замыкал шествие, внимательно сканируя глазами зал бара.
Увидев Ника, сидящего в углу у барной стойки, они целенаправленно двинулись к нему. Без лишних приветствий, без улыбок и крепких рукопожатий — слишком напряжённой была атмосфера. Парни с шумом отодвинули тяжёлые стулья и плотно уселись вокруг Ника, фактически отрезая его от остального зала.
— Ну, мы на месте, — буркнул Рома, опёршись мощными локтями о деревянную поверхность стойки и в упор глядя на друга. — Выкладывай, Ник. Что за конспирация? Что стряслось?
Ник обвёл парней долгим, внимательным взглядом. Он смотрел на их знакомые лица и чувствовал, как внутри ворочается тяжёлый камень. Он сделал глубокий вдох, сцепил пальцы в замок и заговорил, стараясь, чтобы его голос звучал максимально убедительно.
— Пацаны, я сегодня сделал то, во что многие из вас не поверили бы, если бы не знали меня лично. Я встретился с Викелло. И не через голограмму, как он общается со всеми остальными игроками и торговцами. Я встретился с ним лично. Живой, настоящий двухметровый Бану, в своих этих дурацких шёлковых халатах. Он принял меня в своей резиденции, глубоко в доках.
Парни мгновенно переглянулись. На лице Кирилла отразилось глубокое сомнение, он нахмурился и слегка покачал головой. Данил удивлённо приподнял брови, а Рома лишь криво усмехнулся, явно посчитав это затянувшейся шуткой или байкой для разогрева интереса. Все топовые организации знали, что Викелло — это статичный скрытый NPC-квестодатель, который никогда, ни при каких обстоятельствах не выходит к игрокам лично, используя лишь внешние цифровые интерфейсы.
— Ник, хорош заливать, — мягко, но с явным недоверием произнёс Данил. — Какая личная встреча?
— Да в том-то и дело, что это не игра, Даня! — Ник резко подался вперёд, его глаза под визором шлема блеснули недобрым огнём. Он повернулся к Данилу всем корпусом. — Помнишь то текстовое сообщение с шифром, которое пришло мне на MobiGlas? Ты ещё уверял меня, что это просто системный баг, случайная ошибка кода, на которую не стоит обращать внимания? Так вот — твоя теория неверна. Абсолютно неверна. Это были реальные, осязаемые координаты. Точки в глубоком космосе. И лететь туда должен именно я. Не наша организация, не мы все вместе, а конкретно я один.
Парни молчали, переваривая информацию. Атмосфера за столиком сгустилась до предела. Ник продолжил, понизив голос до свистящего шёпота:
— Но есть одно жёсткое, суровое условие. Я не могу полететь туда на своём Inferno. И на любом другом боевом корабле тоже не могу. Викелло сказал предельно чётко: для этой встречи выбран конкретный борт. Белоснежный Origin 400i. Люксовая, пафосная яхта. Белый цвет — это их знак мира, готовности к диалогу. Проблема в том, пацаны... что этот корабль стоит просто безумных денег. У меня на счету сейчас нет и трети нужной суммы. И именно поэтому мне нужна ваша помощь. Мне нужны ваши ресурсы, общее время, ваши кошельки. И вообще... мне важно знать ваше мнение. Что думаете? Стоит вообще ввязываться в эту чертовщину и лететь туда?
В баре повисла тяжёлая, гнетущая тишина. Было слышно только, как тихо жужжат сервоприводы кондиционера под потолком. Парни переваривали услышанное, и по их лицам было видно, что история Ника ложится на их геймерский и жизненный опыт с огромным, скрипучим трудом.
Первым не выдержал Рома. Он откинулся на спинку стула, раздражённо выдохнул и откровенно скептически, с горькой дружеской усмешкой посмотрел на Ника.
— Ник, ты загнул, конечно! — Рома всплеснул руками, качая головой. — Слушай, ну что за детский сад? Что за конспирология, тайные ордена, личные встречи с Викелло, которого никто в глаза не видел? Зачем все эти сложные манёвры с какими-то мистическими координатами и скрытыми квестами от разработчиков? Если ты просто захотел купить себе новую, пафосную, дорогую игрушку — люксовый Origin 400i — ты мог бы просто прийти и сказать нам прямо! Сказать: «Пацаны, хочу новую тачку, подкиньте монет, займите в долг». Мы бы тебе без лишних вопросов отсыпали, одолжили бы, потом сочлись бы как-нибудь! Зачем придумывать всю эту фантастическую историю про спасение мира и ультиматумы пришельцев, чтобы просто попросить денег на корабль? Мы бы и так тебе помогли, ты же знаешь!
Данил и Кирилл согласно кивнули, на их лицах читалось то же самое выражение — смесь обиды и недоумения. Они искренне не понимали, зачем их друг и соратник городит такие сложные, нереалистичные конструкции ради банальной покупки игрового имущества. Они не поверили ему. Ни единому слову про настоящую опасность. Для них это всё оставалось красивой, пугающей сказкой.
Ник почувствовал, как внутри него вскипает глухая, обжигающая ярость. Он подсознательно, разумом понимал, что поверить в его историю со стороны практически невозможно — слишком дико всё это звучало для обычных игроков, сидящих в рамках привычных игровых механик. Но эмоционально его до глубины души задело то, что самые близкие люди, его единственные друзья в этой вселенной, увидели в его смертельной дилемме, в его ужасе банальное, дешёвое попрошайничество и манипуляцию ради пафосной яхты.
Его лицо потемнело. Он резко поднялся со своего места, едва не опрокинув стул, и с силой припечатал ладонь к деревянной стойке бара. Парни вздрогнули от неожиданности, уловив волну настоящей, неигровой агрессии, исходившей от друга.
— Короче, пацаны! — резко, как отрезал, бросил Ник, глядя на них сверху вниз тяжёлым, опаляющим взглядом. — Если не хотите помогать — так прямо и скажите! Я не стану вас умолять или что-то доказывать. Я справлюсь один. Сам заработаю, сам выменяю, сам найду эти чёртовы миллионы aUec. Просто это займёт у меня гораздо больше времени, а я понятия не имею, сколько этого времени у меня вообще есть в запасе! Хотите помочь — пожалуйста, я буду искренне благодарен. Вы прекрасно знаете, куда скидываться. Кто сколько может, без обид, я никаких конкретных цифр вам не назначаю и не требую. Но на эти координаты я в любом случае полечу один. Никого из вас я с собой не возьму, даже не просите.
Тон Ника был настолько ледяным и полным такой отчаянной решимости, что парни растеряли весь свой скепсис. Из их поз ушла расслабленность. Они поняли, что Ник не шутит и не пытается ими манипулировать — он действительно верит в каждое своё слово, и эта ситуация гложет его изнутри.
Тон разговора мгновенно изменился. Теперь в голосах ребят зазвучало ответное раздражение, но это было уже не раздражение от недоверия, а настоящая, глубокая забота опытных пилотов за безопасность своего друга, который упрямо лез в петлю.
— Блин, Ник, ну включи ты наконец свою голову! — Даня тоже поднялся со стула, сокращая дистанцию и в упор глядя на Ника. — Ладно, хорошо! Давай на секунду предположим, что всё это — чистая правда. Допустим, что Викелло действительно вышел с тобой на личный контакт, хотя это звучит как абсолютная, невозможная фантастика, потому что ни в одном гайде, ни в одном обновлении игры такого ивента никогда не существовало. Допустим, ты поймал какой-то скрытый, ультра-редкий баг или уникальный квест и получил эти чёртовы координаты. Допустим даже то, что разработчики зашили в код жесткое условие лететь туда исключительно на Origin 400i, чтобы обнулились триггеры. Но какого хрена ты собрался лететь туда в одиночку?! Ты хоть понимаешь, как это звучит со стороны?!
— Даня прав, это безумие! — поддержал друга Кирилл, тоже вставая. — Ты понятия не имеешь, что тебя ждёт на точке! Там могут быть, пираты, багнутые NPC или вообще хрен знает что! Ты летишь вслепую! Мы полетим с тобой! Мы пойдём следом в качестве конвоя, прикроем тебя со стороны на наших штурмовиках. Возьмем стелс корабли и будем держаться в тени, на грани радиуса радаров. Если там начнётся замес, мы разнесём любую угрозу в хлам, пока ты будешь вести переговоры или что ты там собрался делать! Нельзя идти в неизвестность без подстраховки, тебя там сожрут и не поморщатся!
Ник обвёл их взглядами. На секунду ему безумно, отчаянно захотелось согласиться. Захотелось сказать: «Да, пацаны, полетели вместе, мне страшно». Захотелось почувствовать за спиной надёжные крылья их кораблей. Но перед глазами тут же встало костлявый, безносый череп Викелло и его леденящие душу слова о предшественниках, которые провалили миссию и просто исчезли навсегда.
— Нет, — Ник отрезал жёстко и качнул головой, глядя парням прямо в глаза, отсекая любые пути к отступлению. — Бану сказал предельно чётко: на борту яхты я должен быть один. Любые другие корабли в радиусе сканирования будут уничтожены ещё на дальнем подлёте, а миссия будет считаться безвозвратно проваленной. Я понимаю, пацаны, что вам сейчас сложно во всё это поверить и это звучит как бред... но для меня это может быть последняя смерть.
Начни свой путь здесь: https://t.me/MandalorED
#NickRimmer #СтарСитизен #Venden #TurborTV #JamTV #StarlightFoundation #Log859 #Orison #Crusader #Origin400i #SpaceMystery #SciFi #SpaceSim