Если бы неделю назад кто-нибудь сказал мне, что тётя Фатьма добровольно пригласит нас с Леной на чай, я бы решила, что у этого человека солнечный удар.
Но именно это и произошло.
На следующее утро после Великого Скандала к яхте подошёл Эмре.
Очень серьёзный.
Слишком серьёзный.
— У меня сообщение.
— От кого? — насторожилась Лена.
— От тёти Фатьмы.
Мы переглянулись.
— Так.
— Она приглашает вас на чай.
— Нас?
— Только вас.
— Без свидетелей?
— Без свидетелей.
Лена побледнела.
Я тоже.
— Это ловушка.
— Безусловно, — согласился Эмре.
— Спасибо за честность.
К вечеру мы всё-таки пришли.
Дом тёти Фатьмы был непривычно тихим.
Без родственников.
Без кузин.
Без стратегических совещаний.
Без папок.
Хотя насчёт папок я не была уверена.
Фатьма встретила нас сама.
И впервые за всё время выглядела не грозной командующей, а просто уставшей женщиной.
На столе уже стоял чай.
Пахлава.
Фрукты.
И огромный пирог.
— Садитесь.
Мы сели.
И приготовились к худшему.
Но худшее не наступало.
Пять минут.
Десять.
Пятнадцать.
Мы просто пили чай.
Это было настолько необычно, что начинало пугать.
Наконец Фатьма вздохнула.
— Я была неправа.
Мы с Леной одновременно поставили чашки.
— Простите, что?
— Я была неправа.
— Вы уверены?
— Елена!
— Извините. Просто хочу зафиксировать этот исторический момент.
Лена чуть не подавилась чаем.
Даже Фатьма улыбнулась.
Впервые по-настоящему.
— Когда умер мой муж, — тихо сказала она, — я решила, что должна заботиться обо всех.
Мы молчали.
— О детях. О племянниках. О семье.
Она посмотрела в окно.
— А потом привыкла решать за них.
И вот тут мне стало её жалко.
Потому что за всеми её интригами и заговорами вдруг показалась совсем другая женщина.
Не злодейка.
Не генерал.
Просто человек, который очень боялся потерять своих близких.
— Мурат хороший мужчина, — сказала я.
— Я знаю.
— И Кемаль тоже.
— Знаю.
— Тогда почему вы им не доверяли?
Фатьма долго молчала.
— Потому что они для меня всё ещё мальчишки.
— Им под пятьдесят лет.
— Для тёти это не считается.
С этим трудно было спорить.
Потом дверь открылась.
И вошли Мурат и Кемаль.
Я удивлённо посмотрела на них.
— Вы знали?
— Конечно, — сказал Мурат.
— Почему не предупредили?
— Мы сами боялись.
— Спасибо за поддержку.
Кемаль засмеялся.
Фатьма посмотрела на племянников.
Потом неожиданно сказала:
— Подойдите сюда.
Они подошли.
— Я больше не буду устраивать вам свадьбы.
— Правда? — осторожно уточнил Кемаль.
— Правда.
— Совсем?
— Кемаль, не испытывай судьбу.
Он тут же замолчал.
Умный мужчина.
Потом Фатьма посмотрела на меня и Лену.
Очень внимательно.
Мы даже немного напряглись.
— Вы странные женщины.
— Спасибо, — сказала Лена.
— Это был не комплимент.
— Всё равно спасибо.
Фатьма покачала головой.
А потом вдруг улыбнулась.
— Но мои мальчики рядом с вами счастливы.
На секунду в комнате стало совсем тихо.
— Поэтому…
Она сделала паузу.
— Добро пожаловать в семью.
Господи.
Лена заплакала первой.
Потом я.
Потом Айше, которая каким-то образом уже стояла в дверях.
Потом Зехре.
Даже Кемаль подозрительно отвернулся к окну.
— Ты плачешь? — спросил Мурат.
— Нет.
— Тогда почему глаза мокрые?
— Аллергия.
— На что?
— На родственников.
И тут засмеялись все.
Даже тётя Фатьма.
Особенно тётя Фатьма.
В тот вечер никто больше не строил планы.
Не устраивал заговоры.
Не придумывал интриги.
Мы просто сидели за большим столом.
Пили чай.
Смотрели на закат над Мармарисом.
И впервые за всё время чувствовали себя одной большой, немного сумасшедшей семьёй.
А уже уходя, Фатьма тихо сказала мне:
— Елена.
— Да?
— Если обидите Мурата…
Я засмеялась.
— Вы меня найдёте?
— Конечно.
— Я так и думала.
— Хорошо.
И впервые за всё путешествие мы обнялись.
Без войны.
Без заговоров.
Без условий.
Только как две женщины, которые слишком долго шли друг к другу окружным путём.
Так закончилась Великая Война тёти Фатьмы.
И началась новая история.
Гораздо более опасная.
Потому что теперь тётя Фатьма решила помочь нам организовать совместный отпуск всей семьи следующим летом.