НАЧАЛО Серафима стояла неподвижно на лютом холоде уже несколько часов. Двор барского имения был пуст, даже собаки попрятались в будки. И лишь она терпеливо ждала у крыльца дочку. Руки и ноги немели от мороза, лицо жгло, будто огнем. Но проситься в людскую или на кухню она не стала из гордости. Оказавшись дома, упала Серафима без сил у печи, ночь провела в ознобе, все никак не могла согреться даже под пуховой периной. Но на следующий день снова пошла с дочерью в усадьбу. Чтобы ждать ее у входа, словно терпеливая сторожевая собака. Холод, вьюга, окоченевшее тело, взгляды и смешки дворовой челяди – ничего ее не останавливало. Через день она часами стояла на своем месте черной, застывшей статуей. Изредка выходил Кирилл, крепостной живописец, который когда-то делал набросок ее портрета. Сейчас ему было уже за пятьдесят. Голова засеребрилась, спина и шея согнулись от долгих часов за мольбертом. Сдавало зрение, он щурился на свет и тер веки, будто в глазах всегда был песок. Художник дымил тру
Публикация доступна с подпиской
Лучшие рассказы канала